Мой взгяд остановился на отображение в зеркале и я увидел себя - свое второе я. Мое смуглое тело от загара и белое тело там, где были трусы отличалось, и в этом пространстве виден мой вздыбленный член. Лобок покрывали редкие пушистые вьющиеся темные волосики. Головка пениса едва видна, она еще не вышла, а лишь немного залупилась и отчетливо выделяясь своим контуром. Я несколько раз провожу рукой по мягкому стволу и член, как струна становится напряженным и от этого дрожит. Головка пениса ещё бледная и небольшая, но горделиво смотрится, она не раз испытывала со мной те сказачные мгновения сладострастия. Она главная воительница и ей первой приходится испытывать все радости и неудачи секса.
Она индикатор и датчик для моих мыслей, чувств и сексуальных утех. Смотрю на пенис и мне становится приятно, меня охватывает неподдельный эротизм. Тело отливается каким-то золотистым цветом перемешиваясь с лучами проникающего июльского солнца. Такого неподдельного эротизма я в своем теле давно не ощущал.
Я стал ценить те минуты, которые доставляли мне непередаваемые ощущения, когда я мастурбировал. Первый свой сильный оргазм получил в школьном туалете, тогда мой пенис возбудился. Я сидел на корточках на унитазе и справлял нужду и вдруг в этот момент мой пенис вскочил и напрягся, мне стало так любопытно, что я попробовал провести по стволу несколько раз, оттягивая шкурку с залупки. Пенис стал твердеть с каждыми моими манипуляциями. Только теперь странное перевоплощение моего достоинства меня сильно увлекало в естественное познание сексуального сладострастия.
Я смотрел в этот момент на свой отвердевший член и меня завораживало с каждым моим действием. Таких чувств я никогда не ощущал и не мог даже себе представить, что это будет доставлять непередаваемые ощущения. Ствол пениса наливался и твердел, пальцами я ощущал каждый его миллиметр и, только теперь я стал понимать, что при помощи моих пальцев, он становился ещё больше и тверже, только стоит подрочить. Пенис увеличился и стал в несколько раза больше. С таким перевоплощением мне становилось приятно и праздное любопытно увлекало меня всё больше. Мне показалось, что он так сильно набух, что его невозможно было сдавить, я почувствовал его хрящ. Я увлекся так сильно мастурбированием, что перешел в такой сильный экстаз, который закончился тем что по мне пробежала неведамая сильная приятная сладострастность. Тело так напряглось, мышцы при этом затвердели и я едва мог смог контролировать свои действия, моё тело уносилось в неведуюмую невесомость. Вместо мочи выступила прозрачная капелька, но мне, показалось, что во мне все перевернулось и я не мог понять, что со мной произошло. Это искрящаяся прозрачная слезинка была первой моей долгожданной неожиданностью и моей первой сладострастностью. Капелька не была похожа на простую каплю воды, а лишь всего липкой слезинкой, и когда я дотронулся, она превратилась в тонкую серебрящуюся ниточку. Для меня это была таким удивлением, я попробовал надавить на пенис и из отверстия выплеснулась ещё несколько капель прозрачной жидкости. Мне было сначала страшно, но с тем же, так привлекательно и завораживающе.
По мне просто блуждали мурашки доставляя мне приятные ощущения, я прошелся по всем помещениям, чтобы убедиться, что все двери прикрыты надежно и никто неожиданно не появиться внутри дома пока я буду развлекаться со своим органом. Сегодя я преисполнен таким желанием мастурбировать и схватить столько оргазмов на что только способен мой юный организм. Предоставилась такая возможность, которая вряд ли мне подвернется в ближайшее время.
Я снова подхожу к зеркалу и ожидаю новых ощущений. Пенис так же красуется в своем напряжении и твердея от наполняющих меня чувств. Только нескольких моих манипуляций, он всей своей статью предстал в моем взоре, раскрасневшая залупа полностью вылезла из своего убежища. Трудно передать такое состояние тела, оно будто бы наэлетризовано, пенис звенит, залупка поблескивает:- напряжена до предела и готова лопнуть на ней нежная кожица. Боюсь до него дотрагиваться, нестерпимо хочется дрочить.
Мне представилось, что я отсранён от какого-либо стыда и мне все - подвластно. Никто не может помешать мне продолжить наслаждаться наступающим и обостряющим эротизмом. Такую лоснящуюся и заостренную залупку я давно не видел, хотя не раз мастурбировал перед зеркалом и наслаждался увиденным. Пенис был просто в превосходной форме. Выгнулся так, что в зеркале прекрасно видны яички, они, как гондолы висят и забавно смотрятся, когда там происходят их движения, они то поднимаются, то опускаюся, а ведь совсем несколько минут назад был похож на грецкий орех.
Форму грецкого ореха он занимает, когда я встревожен или холодно. Яички, наверное, сами себя стараются себя уберечь и подтягиваются к телу. На мошонке имеется разделяющий пополам шов, он делит её пополам, а поверхность имеет такой же сморщенный вид, как орех с такими же морщинками и впадинками. Я несколько раз прощупывал их в таком состоянии, они были, как в скорлупе, скукошились и подтянулись к телу, но только стоило им разогреться и почувствовать себя в блогоприятной обстановке, тогда мошонка расширилась и яички сами начинали как бы блуждать в её пространстве. Она удлинялась и висела, как груша и свисала ниже самого пениса. Темная мошонка стала прозрачной, сменив свою окраску, на ней проявлялся рисунок с извилистыми ниточками разнообразной толщины и оттенков.
Много раз мне приходилось подробно рассматривать свой член, но сегодня я настроен особенно эротично, - и основательно исследую его. На поверхности залупки просматриваются светлые крапинки и только стоило мне несколько раз провести по стволу пениса пальчиками, как она заалела и заблестела. Ствол пениса распрямился так что все крупные вены особенно налились и мускулы самого пениса стали выделяться проявляясь на поверхности основного хребта. Вены на ней, как полноводные реки и ручейки расширяли себе пространство. Поверхность ствола при внимательном рассмотрении была бугристой и при напряжённости мускулистой. Хребет раздваивался по середине, снизу образовывалась трубчатое образование, которое при разбухании члена также становилось очень заметным и при выходе мочи и спермы, я чувствовал, особенно, как продвигается по ней сперма, когда держуся за него. Этот момент был таким приятным и нестерпимо сладострастным, и такое будет каждый раз, когда я буду дрочить.
Не знаю почему, но первое слово, которое мне пришлось узнать о сперме, пока не обнаружил какой-то мной книге, называли мальчишки малафья. И среди моих друзей всегда применялось это слово. К ней я относился как-то пренебрежительно пока сам не почувствовал, как это здорово и, мой жизненный тонус становился другим.
Из чего он состоит мне еще было не понятно, но я заметил что утром он иногда так же торчал и скрыть это было трудно и трусы выпирали предательски. Я сначала думал, что у меня только такое возбуждение происходит, но оказалось что это не так.
Мне удалось однажды увидеть торчащий член у своего товарища Олега Ж., когда мы ехали поездом из Ленинграда. Он спал на верхней полке надо мной и, когда наш поезд пришел в Москву, то оказалось, что мы проспали и наш вагон полностью оказался вне вокзала. Наш поезд отправили в отстой - в тупик, и когда кто-то в вагоне закричал, что мы стоим в тупике - то стали быстро вскакивать и одеваться. Вот в этот момент я увидел перед своим взором торчащий член товарища в нескольких сантиметрах от себя. Олегов пенис выпирал из белоснежных узких плавок. Атлетический торс Олег и его вздыбленный член, привели меня в какое-то замешательство, что чуть было не потерял рассудок. Олег в этот момент спешил найти свои брюки и в поисках их забыл, что он не один. Залупка полностью вылезла из под резинки и раскрывшиеся её крылья сдерживала уздечка. Я хотя и сам был очень возбужден и торопился найти свои вещи,
