Поезд Алма-Ата – Москва прибыл по расписанию. Людей на перроне было немного и Надя поспешила к своему вагону. Тяжелая сумка била по ногам и она в очередной раз обругала себя, что набрала так много вещей. Вдруг чья-то сильная рука подхватила поклажу, легко забросила в дверь вагона. Те же руки, обхватив за талию, помогли взобраться по крутым ступеням и ей. Она обернулась и встретилась взглядом с высоким симпатичным майором.
- Спасибо, - поблагодарила она его, с удовлетворением отметив, что он тоже поднимается вслед за ней.
- В шестом купе два места свободных, - донесся до них голос проводника.
Надя двинулась вперед по проходу, остановилась у двери указанного купе. В вагоне было тепло и уютно. После пронизывающего холодного ветра, который дул не переставая третьи сутки, неся снежную крупу, перемешанную с желтой пылью, она не сразу согрелась. Майор услужливо потянул в сторону дверь купе, и их обдало запахом перегара, которым, казалось, было пропитано все вокруг.
У откидного столика примостились два казаха. Перед ними выстроились в ряд бутылки с пивом и початая бутылка водки, по всему видно не первая. Несколько пустых бутылок валялось на полу. Оба вопросительно уставились на молодую женщину. Тот, что был постарше, расплылся в улыбке, отчего его и без того узкие глазки превратились в щелочки.
- Вай, бай! Заходи, дорогая, - пропел он, приподнимаясь с места.
Однако, когда вслед за Надей в купе шагнул и бравый майор, улыбка его пошла на убыль. Поезд дернулся и плавно покатил по рельсам, все убыстряя ход. За окнами промелькнуло строение станции Тюратам и тут же растворилось в сгущающихся сумерках. Майор Сергеев забросил свой дипломат на верхнюю полку, снял шинель и помог девушке снять шубку. Казахи сидели, притихнув, пытаясь определить, вместе ли они едут. Обе нижних полки были заняты, и Сергеев дал понять им, что нужно уступить место даме. К его удивлению, наверх полез маленький, круглый и почти лысый казах, который казался вдвое старше своего товарища. Надя кивком поблагодарила и одного и второго и присела на освободившуюся полку.
- Мне надо переодеться, - сказала она, зябко поводя плечами.
- Конечно, конечно, - осклабился молодой казах, но не двинулся с места.
- Давайте выйдем, - пришел на помощь девушке Сергеев, поднимаясь.
Вслед за ним с явной неохотой потянулись в коридор и казахи.
- Твой женщин? – спросил лысый, когда они вышли, притворив дверь.
- Нет, не моя, - ответил майор, вызвав своим ответом радостную улыбку на лицах казахов.
Молодая женщина им явно нравилась, хотя и Сергееву тоже. На вид ей было лет двадцать пять, может чуточку больше. Густая копна темно-рыжих волос, аккуратный носик, большие зеленые глаза и пухлые губы чуть великоватого рта – не могли не нравиться.
- Можете войти, - прозвучал из-за двери голос девушки.
Сергеев первым шагнул в купе и невольно залюбовался своей случайной спутницей. На ней был короткий халатик бледно-розового цвета с крупными яркими цветами, который очень ей шел. Надя сидела на раскатанном матрасе, забравшись на него с ногами. Круглые коленки никак не хотели прятаться под полой халата, несмотря на старания молодой женщины. Но особенно поражала грудь – она едва умещалась под одеждой, которая, впрочем, не скрывала, а наоборот подчеркивала ее размеры.
- Присаживайтесь, - пригласила Надя Сергеева, чуть отодвигаясь к окну.
Он опустился рядом, на миг, почувствовав прикосновение упругого теплого бедра. Казахи расположились напротив.
- Знакомиться будем? – спросил тот, что был помоложе. – Меня зовут Абай, а это Сабитхан, - указал он на старшего.
- Надя, - коротко бросила девушка.
- Владимир, - кивнул головой майор.
- За знакомство надо выпить, - тут же оживился молодой.
Надя пожала плечами, то ли отказываясь, то ли соглашаясь с предложением молодого попутчика, но потом встала и полезла в сумку, пытаясь что-то достать из нее. Сергеев сглотнул набежавшую слюну. Круглый, довольно пышный зад молодой женщины, плотно обтянутый цветастым халатиком мог вызвать даже у мертвого законное желание. Он бросил взгляд на казахов. Те тоже сидели, открыв рты, пожирая узенькими глазами аппетитные женские формы.
- Вот, угощайтесь, - Надя выложила на столик сверток с бутербродами. – Только водку я сегодня уже пить не буду.
Майор отреагировал почти мгновенно, выудил из дипломата бутылку коньяка. Казахи зашевелились, убирая остатки еды, пустую посуду. Через пол часа компания приговорила все припасы, включая водку, коньяк и пиво. За выпивкой коротко представились. Надя возвращалась в Москву от подруги, у которой гостила больше недели. Казахи тоже ехали домой, в Уральск, после ревизии на одном из предприятий Алма-Аты, Серегин ехал в столицу по делам службы. Надя раскраснелась, ее глазки, в не очень ярком свете вагонных светильников, заблестели еще больше и от этого, в глазах мужчин, она стала еще более привлекательной.
Мужчины вышли в тамбур вагона покурить, и оттуда Сабитхан был откомандирован в вагон-ресторан за добавкой. Его возвращение с двумя бутылками коньяка и лимоном было встречено одобрительным гомоном. Выпили и это. Казахи, и до того потребившие изрядное количество спиртного, поплыли, но продолжали удерживаться за столиком, надеясь на продолжение. Курить начали прямо в купе. Потянувшись сигаретой к огоньку зажигалки, Надя навалилась грудью на сидевшего рядом Сергеева. Большие молочно-белые полушария при этом едва не вывалилась из белого кружевного лифчика.
Поправив отвороты халатика, Надя пьяненько хихикнула и посмотрела на майора затуманенным взором, в котором можно было прочитать неприкрытое желание.
- Пойду, освежусь, - сказала молодая женщина, загасив окурок.
Выбираясь из-за стола, она проутюжила своим задом по коленям Сергеева, вызвав у того ответную естественную реакцию. Казахи о чем-то залопотали по-своему и тоже выползли в коридор. Но направились они не в тамбур за девушкой, а в сторону ресторана. Воспользовавшись моментом, Сергеев решил переодеться в спортивный костюм, чтобы чувствовать себя более свободно.
- Ой! Извини, - послышалось вдруг сзади, - я помешала?
Надя стояла в дверях, окидывая взглядом его ладную фигуру и при этом даже не пытаясь отвернуться.
- Да я уже практически готов, - поведя голым торсом, ответил майор. – Заходи.
Он слегка посторонился, пропуская девушку на ее место. На какой-то миг их тела соприкоснулись, и ему показалось, что их попутчица вовсе даже не прочь поразвлечься. Он придержал ее за плечи, повернул к себе лицом. В больших зеленых глазах плескалось желание. Владимир наклонился, коснулся губами ее губ. Затуманенный хмелем мозг подтолкнул к дальнейшим действиям. Сергеев впился губами в ее полуоткрытый рот, почувствовав, как горячий язычок девушки откликнулся на его поцелуй.
Тело обмякло под его жадными руками, ощупывающими пышные формы. Надя опустилась на нижнюю полку, увлекая майора за собой. Откинувшись на спину, она позволила ему освободить выпирающую грудь из лифчика, подставляя ее под горячие губы мужчины. Осыпая ее тело жаркими поцелуями, Сергеев торопился, опасаясь скорого возвращения попутчиков. Распахнув халатик, он сжал в ладонях нежную плоть грудей, почувствовав, как напряглись и затвердели соски. Продолжая ласкать губами тело молодой женщины, он сунул правую руку между ее бедер. Трусики были влажными, но она сжала бедра, не пуская руку дальше. Его член рвался наружу, почуяв скорую добычу.
- Нет, нет, не надо, - вдруг оттолкнула его девушка, выгибаясь всем телом.
Но Сергеев уже завелся не на шутку. Щелкнув задвижкой на двери, он снова склонился над белеющими в полумраке вагона полушариями. Он знал, как можно доставить женщине удовольствие и не хотел ей в этом отказывать, даже на слабые протесты. Через несколько минут Надя расслабилась и ему таки удалось забраться рукой в ее трусики. Шелковистые волосики лобка были влажными, половые губки липкими и горячими. Два пальца уверенно ворвались между ними. Девушка дернулась, взбрыкнула ногами, пытаясь освободиться, но тем самым дала ему возможность проникнуть пальцами еще глубже.
Молодая женщина тяжело задышала, ее глаза закатились и, вцепившись острыми ногтями в спину майора, она бурно кончила. «Ну и темперамент!» - подумал Сергеев, едва сдерживая рвущийся на волю член. Воспользовавшись моментом, он высвободил его из штанов и,
