Часть первая.
Мне удалось устроиться на работу ночным сторожем. В деревне у нас с работой проблема и это мне просто подфартило. Зарплата почасовая и не так уж велика по городским меркам, а у нас это были деньги и я с радостью согласился. Работа не пыльная и меня все знали и кому нужно в здание администрации залезать. Рядом ещё и гаражи были и небольшая территория ограждённая забором. Мы дежурили вдвоём, с шурином механика и с его занятостью мне приходилось часто его заменять. В общем, у меня за месяц накапывало иногда даже свыше трёхсот часов. А платили нам, что-то около тридцати в час – так что можно было заработать и на еду и свой трактор подремонтировать к лету. В общем, я с наступлением осени и приступил к своей новой работе.
У меня была маленькая комната с проёмом для дверей, которые сняли, чтоб сторожа не спали по ночам. Стоял небольшой диван для сидения, стол и телевизор, и местный телефон – вот и всё. Первая смена прошла спокойно, как и все последующие. Я обошёл все два этажа и проверил, не остался ли после работы кто-то в кабинете, потом обошёл территорию и проверил замки на гараже и складе и въездных ворота и закрывшись сед за телевизор.
Конечно, было не привычно – не спать ночь, но нужно было привыкать. Постепенно освоившись, я нашёл себе развлечение, хотя дома для меня это было как обычное явление. А тут работа и мало ли кто мог войти, хотя я и всё время был закрыт и кто бы вошёл без меня. Но я всё равно побаивался и вечером, когда уже становилось темно, стал пробовать прогуливаться по коридору и этажам голым. Было жутко страшно, ведь в этом здании работали все наши высокие чиновники в селе – иногда просто жуткий страх охватывал, когда представлял себе, что я иду по коридору голый а на встречу Иван Петрович, или Антон Сергеич или того хуже Вера Ивановна – наш главбух. Постепенно страх улетучился и уже через месяц работы на этом месте я иногда дождливыми вечерами позволял себе поиграть со своим членом и яйцами, перетянув их шнурками в нескольких местах и так ходить по зданию. Было здорово и очень необычно и возбуждало жутко.
С наступление зимы я уже освоившись частенько стал прямо из дома уходит на работу с перетянутым членом или яйцами и выждав там с полчаса, плюс минус чуток, я закрывался и тогда развязывал свои гениталии. Конечно, испуг был, и это вызывало в какой-то степени и возбуждение, и даже спортивный интерес. Туалет как мужской, так и женский был совместно с умывальником и туда в любую минуту мог хоть кто войти – поэтому я всегда терпел и ждал когда уйдёт последний и здания. С каждым разом у меня появлялся всё больше интерес к усовершенствованию перетяжек гениталий и трудностью их освобождения от шнуров и верёвочек.
Это уже стало неотъемлемой частью моей рабочей одежды, и я не представлял себе, как я пойду на работу, не перетянув себе или член или яйца или то и другое. Зимой было хорошо. После перетяжки гениталий брюки спереди заметно выпирали и верхняя одежда прекрасно это скрывала. Я приходил за несколько минут до конца рабочего дня и садился на свой диванчик в комнатке и поглядывая в окно ждал и наблюдал, кто уже ушёл, а кого я не видел ещё. Через полчасика примерно я поднимался на этаж и проверял, не остался ли кто, ну а потом как обычно – освобождал свои изнывающие от пут и шнурков гениталии.
В течении всей смены или дежурства я мог их перетягивать по несколько раз и даже ходит с перетянутыми голым по этажу и не бояться, что кто то увидит – я был один, а здание было в два этажа и довольно большое. Многие кабинеты пустовали, так как работающие в них специалисты уехали, и нужда в новых просто отпала. Разгуляться, в общем, место было и я наслаждался, совместив работу и своё увлечение.
Примерно в первых числа ноября или конце октября – точно не помню, я пришёл раньше - было ещё тепло, и оказался свидетелем очень интересной сцены. Возле склада стояла машина, и парни разгружали её и на половине устроили себе перекур. К ним подошёл нам механик Дмитрий Сергеич, обычно его так никто не называл, а просто Сергеич. Так вот, подойдя к парням, он резко сбоку, как то незаметно сделал выпад в сторону одного и чуть не схватил его за яйца. Тот резко изогнулся и отскочил. Другие двое тоже отошли в сторону и сказали ему.
- Сергеич, тебе что дома бабы своей мало, вот её и щупай – и пошли разгружать машину.
Я раньше слышал эту привычку Сергеича, но как то не поверил. Как это ни с того ни с чего схватить парня за яйца – просто подумал что кто то очередную утку по деревне пустил. Сейчас сам был этому свидетель и тут же представил, как он незаметно хватает меня за яйца, а там такое. Я даже несколько раз потом перестал перетягивать себе гениталии, опасаясь привычки Сергеича. По работе мне с Сергеичем контачить не приходилось и я успокоившись снова взялся за свою привычку. Шли дни, недели, но эта сцена у меня не вылетала из головы. Я сидя всю ночь рисовал разные сцены и как бы они разрешились – если бы Сергеич схватил меня за перетянутые яйца и член. Иногда даже самому было стыдно от собственных мыслей, но рисованные в голове сцены меня стали сильно возбуждать.
Один раз даже появлялась мысль перетянуть яйца и самому без причины так просто подойти к Сергеичу и спросить там о чём-нибудь или просто поговорить. Но страх того, что может разнестись по селу – меня пугал сильно, что даже в пот бросало от того, что из всего этого может получиться – в смысле с отрицательной стороны. А вот положительная сторона продолжала меня беспокоить, и я даже стал думать, что я не той ориентации, но тут же забыл об этом.
Есть такое у психологов «Если мысль человеку не даёт покоя, и он не может принять правильное решение, но эта мысль может быть не верной, и нужно искать ей замену или альтернативную мысль. А когда человек сомневается в принятии того или иного решения и появившаяся мысль успокаивает его и он перестаёт больше думать об этом – возможно это и есть то что тебе не хватает» По этому я решил прислушаться к своему второму я и успокоился – значит у меня вполне нормально с ориентацией. Только всё равно мысль, что вдруг Сергеич ухватит меня за яйца и разоблачит, что я их перетягиваю – не давала мне покоя.
Однажды я смотрел фильм во время дежурства и подобная жизненная ситуация разыгрывающаяся в фильме, натолкнула меня на мысль и я сам испугался этого. В кино разыгрывалась обыкновенная банальная сцена семейной жизни – а тут я со своими тараканами в голове и Сергеич. Полный бред – подумал я и пошёл проветриться во двор.
На другой день эта мысль снова вернулась ко мне и я подумал – если суждено ей сбыться, то почему бы не попробовать сделать шаг навстречу.
Сергеич жил от меня через семь домов и хоть мы редко с ним общались, но он был мужиком не очень высокого роста, крепкого телосложения, что на его ладони могло разместиться полторы моих и от его рукопожатия трещали косточки на пальцах руки, когда я с ним здоровался. Он до этого работал механизатором, потом заочно выучился и стал механиком – чуть ли не третьим человеком на селе. В простой жизни он был весельчак и балагур. Дети у них выросли и разъехались и они жили вдвоём с женой, – которая была уже на пенсии и сидела дома. Она была старше его года на три вроде. Я же по сравнению с Сергеичем был чуть выше его, худощав и весил всего 62 кг. Жил один. Семейная жизнь не сложилась, так как я не мог иметь детей из-за перенесенной в детстве какой-то болячки.
В общем, я решил попробовать и как то раскрыться толи или сделать так, чтоб Сергеич меня просто застукал. Как это сделать я не знал и придумывал себе всякие варианты и все они были несбыточными, и полным абсурдом. Придти к нему в кабинет и прямо сказать – сочтут дураком и в психушку упрячут. Как сделать, чтоб он сам заметил – но кругом без него полно людей. Подстроить, чтоб он как бы шутя, сам ухватил меня за яйца – тоже бред и что я за ним должен был бегать и вертеться всегда перед носом. В общем, ничего не получалось. Я уже стал отбрасывать все попытки это сделать, как вдруг я сидел на диване в своей комнатке, уже придя на работу, а мимо проходил наш глава совета и он попросил меня передать Сергеичу, чтоб тот к утренней планёрке составил отчёт о ремонте техники и что ещё нужно для его завершения. Это был шанс и упустить я его не мог.
Самому идти прямо в
