-Мам. Ма-ам! Ну, мама! Ма-ам! -Что, детка? -У меня не получается. -Ну-ка, что у тебя там? А-а-а! Нет, это надо вот-так. Дай помогу... Ну, как? -Хорошо. -Помочь ещё? -Нет, спасибо. -Если что - я рядом. -Мама! А можно, я одену это? -Конечно можно! Зачем спрашивать? Нравится - одевай! -Спасибо, мам, я люблю тебя! -Ты, моя, кроха! - мама обняла меня и чмокнула в щёчку: -Ну, играй, а я пойду приготовлю покушать. Мама вышла из комнаты. Три года назад...
Мне 10 лет. Я очень люблю маму. Мама очень любит меня. Как-то так получилось, что у нас с ней нет секретов друг от друга. Мы живём вдвоём, папы у меня нет, да и не надо. Мама - она и мама, и папа, и самый лучший друг. Никогда не ругает, только покачает головой и вздохнёт: -Ну, что-же, ты, опять меня расстраиваешь, -а сама гладит меня по голове и смотрит с укором: -Не огорчай меня, пожалуйста, мой мальчик. Эх, была бы у меня дочка... -вздохнёт и отходит. После этого я хожу за ней, как привязанный, пытаясь получить прощение, стараюсь помочь ей в чём угодно: -Мам!
Давай я помою посуду... Мам! Я ковёр пропылесосил... Мама! Я помыл полы... Она брала обеими руками меня за голову и притягивала к себе: -Ты, прямо, как девочка. Дай, я тебя поцелую. Я не противился, наоборот, подставлял лицо. Мне нравилось, когда мама целовала меня. -Мой сына! -чмок в лоб, -Моя сынуля! -поцелуй в обе щёчки, -Моя деточка, -материнский поцелуй в губы. Однажды, так меня целуя она оговорилась: -Моя девочка. -Мама! -Что? -Ты назвала меня девочкой.
-Я? -Ну, да. -Прости, я задумалась, -она гладила меня по голове, а сама думала о чём-то... -Ну, что, ты, мам? Ты не заболела? -Нет, сына, я не болею, я мечтаю. -О чём? -Ну, так... -А всё же. -Вот, была бы у меня дочка, мы бы с ней были лучшими подружками. Она бы мне помогала готовить, убирать. Мы бы с ней болтали,секретничали о женских глупостях. Я заплетала бы ей косы, одевала бы как куколку. -Мама! А как же я? -Ты всё-таки мальчик, у тебя другие увлечения. Мама вздохнула.
-Ладно, уже поздно, иди спать. Я помоюсь и тоже лягу. Завтра на работу. Я побрёл в свою комнату. Спалось плохо, совсем не спалось. Мама хочет девочку. А я? Я ведь так люблю её. Неужели мама больше меня не любит? Нет, не может быть!.. Проснулся я поздно. Мама ушла на работу. Я заправил постель и пошёл умываться. Я был нагишом. Я и при маме так ходил иногда. Она была не против, даже подбадривала: -Что я не видела твою пипиську раньше, что-ли?
Ты же мой сын! Я залез в ванну и включил душ. Прохладная вода разбудила меня окончательно. По телу побежали мурашки, я стал растираться, чтобы разогреться. Нет, всё-таки холодно. Я выключил душ и обтёрся полотенцем. На вешалке висел мамин халат, я накинул его на себя. Стало теплее. От него шёл лёгкий аромат духов. Так приятно было в него укутаться. Почему-то вспомнился вчерашний разговор. -Хм, мама хочет дочку. ...А если мне стать ...девочкой, ...её дочкой? Готовить я умею, убираюсь неплохо. Вот, только, на девочку совсем не похож, а в остальном... мы болтаем обо всём, делимся секретами, даже обсуждаем её обновки. Ну, чем не подружки? Наверное, мне надо выглядеть, как девочка, тогда мама будет любить меня ещё больше. Я пошёл в мамину спальню. -Одену что-нибудь из её вещей и буду так ходить, пока она не придёт с работы.
А там видно будет. Я открыл шифоньер. Как много всего! На плечиках юбки, платья, кофточки и блузки, сорочки и комбинации. На полках трусики, лифчики, маечки, какие-то штучки в коробке (мама потом объяснила, что это такое). Я выбрал тонкие трусики чёрного цвета, кружевной лифчик, снял с вешалки коротенькую комбинацию и юбку. Ах, да, надо ещё кофточку или блузку. Вот, эта, кажется, подойдёт. Я неумело одел всё на себя, глянул в зеркало. Получилось, в общем, не плохо, но как отреагирует мама?
Оставалось только ждать. Я, как обычно, занялся уборкой. Надо сказать, что ощущения были необычные. Вроде делал обыкновенную работу, но в новом одеянии это было как бы впервые. Я почувствовал некое возбуждение, писька напряглась, выскочила из трусиков, даже край юбки поднялся. Я испугался, ведь это было со мной впервые. Из письки что-то потекло, белое, липкое. Я побежал в туалет, думая, что описался. Стоя пописать не удалось. Сообразил задрать юбку и сесть на унитаз.
Но писать не хотелось. Я потрогал письку рукой, волна какого-то нового чувства охватила меня, я дёрнул рукой туда-сюда и... Я почти потерял сознание. Что это? Почему так больно и хорошо одновременно? А это что такое белое на дне унитаза? Наверное я заболел, быстрее помыть письку и лечь в кровать. Но почему так хорошо? Какая-то слабость, рука сама тянется под юбку и теребит пипиську. Опять хорошо, опять что-то липкое течёт по руке. Скорей бы пришла мама. Я не слышал, как пришла на обед мама.
-Что с тобой, деточка? Ты что так укутался? Ты здоров? Я лежал полностью укрытый, только голова виднелась на подушке. Мама пощупала лоб: -Холодный, температуры нет. Что случилось? -Мама! Я заболел. У меня из письки течёт. Я боюсь. -И это всё? Я кивнул. -Ну, тогда не страшно. Просто ты становишься мужчиной. -Но, я не хочу. -Как это? -Я хочу быть девочкой, твоей дочкой. Чтобы ты любила только меня. -Но ты мальчик, глупенький. -Нет! Я не мальчик, я даже оделся как девочка, вот, посмотри, -я откинул одеяло.
Мама ахнула: -Ты, моя... Ну-ка, вставай, я посмотрю на тебя. Я поднялся с кровати. -Немного великовато, но, в общем, нормально, носи, тебе идёт, доча. -Доча? -А как ещё сказать, если передо мной хорошенькая девочка? -Ты меня любишь? -Конечно, очень-очень люблю. Ты, теперь, моя доченька. Я прильнул к маминой груди и тихонько всхлипнул. -Успокойся, я люблю только тебя, моя девочка. Пойдём обедать, а то я на работу и
опоздаю. Обнявшись, мы пошли на кухню. Я уплетал вчерашний борщ, а мама пила чай и смотрела на меня: -Послушай, э-э-э... доченька, если ты хочешь быть девочкой, девушкой, я не против, даже за. Лишь бы ты сама не передумала. -Нет, мама, я не передумаю, я хочу быть девочкой. -Ну, ладно, у тебя впереди целое лето, а там видно будет. Кстати, а трусики ты тоже мои одела? -Да, и лифчик. -Ну, бюстгальтер я вижу сквозь блузку, а трусики покажи, пожалуйста. Я приподнял юбку. -У-у, надо их сменить, а то они все промокли.
Пойдём, я тебе ещё кое-что покажу. Мы прошли в мамину спальню и она дала мне чистые трусики. -На, вот, носи. Они мне маловаты, а тебе в самый раз. Нравятся? -Красивые. -Подожди, ещё вот что. Мама достала ту самую коробочку. -Это прокладки, чтобы не марать бельё. Посмотри, как надо ими пользоваться, -и она ловко закрепила одну на трусиках. -Поняла? -Да, мама, я понял. -Поняла, надо говорить - поняла. Ты же девочка, привыкай. -Я поняла, мама! -Ну, вот и умница. Теперь можно переодеться.
А эти отнеси в стирку, вечером покажу, как надо стирать. Ну, всё, я побежала. Можешь ещё что-нибудь померить, там, на нижней полке посмотри - мне малое, а тебе будет почти в самый раз. Она чмокнула меня в щёку и убежала на работу. Я остался один. Ой, нет, не так. Я осталась одна. Сняла мокрые трусики, одела свежие. Да, эти сидят плотнее, писька уже не вывалится. Устроила её поудобней. Опять потекло! Пощупала между ног. Сухо! Прокладка - это здорово. Открыла шифоньер и выгребла всё с нижней полки.
Вещей оказалось немного, но всё отъутюжено и аккуратно сложено. Одно платье мне очень понравилось, помню, как мама носила его прошлым летом. Недолго думая, сняла с себя юбку и блузку. Не расстёгивая молнию на спинке платья одела его. Шёлк легко скользнул по комбинации. Оно оказалось мне немного ниже колен, хотя на маме оно выглядело коротким. Конечно, она же выше меня. Но ощущение потрясное. Оказывается быть девочкой довольно-таки неплохо, всё такое лёгкое, невесомое и нежное.
Я посмотрела на лежащую одежду. -Раз маме это мало,
