Мне было 15 лет, и отдыхал на даче с подругой Надей. Родители должны были забрать меня примерно через неделю.
Я не хочу на этом зацикливаться — право, это не особенно интересно, но из-за одной не очень приятной истории я испортил всю имеющуюся у меня одежду, а никакой другой одежды не было. Я ходил в полотенце, так как было жарко, и всё было отлично, пока не наступил неожиданный холод.
Теперь я только и сидел весь день дома. Мы жили в посёлке, и, конечно, скучно было всё время сидеть в одной комнате.
Надя подошла ко мне, не вытерпев, и сказала:
— Давай ты наденешь что-нибудь моё? Тебя никто не знает, так что ничего такого.
Я смутился и отказался.
— Ничего, я тебе что-нибудь принесу, а там посмотрим, — хитро сказала Надя, и убежала к себе. Меня это насторожило, так как носить девчачью одежду я совершенно не хотел. Но Надя уже возвращалась с белой блузкой и чёрной широкой юбкой.
— Эй, а юбку-то зачем? — возмутился я. — У тебя нет штанов что-ли?
Надя порылась в своих вещах и достала коротенькие голубенькие шортики в ромашку.
— Вот, примеряй, — подала она их мне. — Только они всё равно очень тонкие и неудобные, лучше уж в нормальной юбке походить, честно тебе скажу.
— Да ну, ты что, — испугался я. — Меня же засмеют! Да и вообще, неудобо это...
— Кто тебя засмеёт? Никто и не поймёт, что ты мальчик, если будешь меня слушать и нормально оденешься. К тому же в юбке очень даже и удобно. А если так и будешь ходить непонятно в чём, то конечно засмеют. А лето ещё нескоро закончится.
Так как ходить непонятно как мне совсем не нравилось, то я бы даже согласился бы и на юбку, но говорить об этом Наде, да ещё и надевать при ней на себя её юбку, которую она носит, было бы слишком унизительно. Так что, покраснев, я отказался.
— Глупый, — сказала она. — Вот на мне нормальное платье, и я не страдаю ни от чего. Давай и ты одевайся.
Я вдруг испытал непонятное возбуждение от вида предлагаемой мне одежды, и тот факт, что Надя нормально к этому относилась, застваил меня задуматься.
В общем, я надел блузку и кое-как застегнулся. Надя критически на меня посмотрела.
— Ничего, но видно, что груди нет, — сказала она. — Сейчас исправим.
Она тут же достала белый лифчик из комода и протянула его мне. Я оторопел.
— Что это? И зачем он мне?
— Как зачем? Его все девочки носят! И ты надень, а то будут вопросы, зачем это мальчик надел женскую блузку. А так всем понятно, что у тебя грудь.
Надя вела себя вполне серьёзно и не смеялась надо мной, так что я немного попривык и уже спокойно относился к идее с таким переодеванием.
— Ну ладно, — осторожно сказал я.
Она помогла мне снять блузку и накинула бретельки на плечи. Потом помогла застегнуть лифчик на спине. После этого я снова надел её блузку.
Грудь тут же сковало резинкой.
— Эй, так же тяжелее дышать, — заметил я.
— Ничего, я его всё время ношу, — ответила девочка. — Привыкнешь и ты. А теперь — юбка.
После лифчика мне было уже всё равно, так что я безропотно влез в просторную юбку и застегнул её на молнию. Она довольно приятно обволокла мои ноги, чуть-чуть прикрыв голые колени.
— Так, лучше твои излишне волосатые ноги прикрыть колготками, — сказала Надя и достала упаковку тонких капроновых колготок из того же комода. — Держи.
Я тупо уставился на них, так что Надя, вздохнув, сама их закатала и помогла натянуть колготки на ноги. Они были сделаны из тончайшего телесного капрона, и очень сковывали мои ноги. Я смущённо сжал коленки, и посмотрел на подругу.
— Неэстетично, — отрезала Надя. — Вот, держи, — протянула она мне два белоснежных и невесомых воздушных комочка.
— Это что? — спросил я, недоумевая.
— Мои гольфы, — объяснила она. — Так будет лучше, надевай.
Глупо было говорить, что я мальчик и не ношу белые гольфы, как маленькие школьницы-пятиклассницы, когда на мне уже был лифчик, телесные колготки и юбка с блузкой. Так что я безропотно надел их на себя, натянув почти до самых колен. Таким образом мы действительно закрыли мои ноги, и обнажены были лишь несколько сантиметров между гольфами и краешком юбочки.
Гольфы были очень девчачьими, ослепительно белыми и все в каких-то кружевных рисунках. Я стоял и мялся, не зная, что мне теперь делать в таком виде. Надя же, наоборот, выглядела довольной.
— Вот, теперь ты выглядишь, как нормальная девочка, немного скромная и довольно симпатичная, — с улыбкой сказала она, и я покраснел. — Думаю, мои туфельки будут тебе малы... — задумчиво проговорила она. — Может, дать тебе мои балетки? Хотя они тоже маленькие...
— А может, и так пойдёт? — робко посмотрел я на неё.
— Ты думаешь, я позволю тебе пачкать мои гольфы ходьбой по полу без обуви? — хмыкнула Надя. — К тому же, как ты будешь ходить по улице?
Наконец она извлекла пару чёрных туфелек-лодочек на среднем каблуке и дала их мне.
— Попробуй.
Я просунул в них ногу, которую тут же с силой зажало в туфлях. Было очень неудобно: во-первых туфли были очень открытые, а во-вторых, каблук был очень высок. Я медленно выпрямился, встав на каблуки. С непривычки меня очень шатало, и я боялся сделать даже один шаг.
— Будем учиться ходить в туфлях, — прокомментировала мои действия Надя. — Ты должна научиться легко порхать на них, как и любая девочка.
— Должен, вообще-то, — ответил я.
— Ну нет, это будет очень странно, если я буду называть тебя мужским именем при всех, когда на тебе моя юбочка, — отрезала Надя. — Так что ты теперь будешь... ну, например, Люсей, а чтобы ты не путался, я так буду тебя называть всегда, даже когда никого нет.
— Ну это уже перебор, тебе не кажется? — возмутился я.
— В чём перебор? Всё очень даже логично. Так что не спорь, Люся, лучше иди к зеркалу, и мы приведём тебя в порядок.
— Какой порядок?
— Ты выглядишь, как мальчик, который переоделся в девочку, хотя тебе и идут мои вещи. Хорошо, что у тебя не очень крупная фигура... Но теперь тебе нужно сделать соответствующую причёску и макияж.
— Макияж? Да... — я хотел возмутиться, но Надя махнула на меня рукой:
— Угомонись, ты мне уже надоела! Или ты хочешь, чтобы я всем твоим одноклассникам рассказала, как ты одевалась в мою одежду?
— Тебе никто не поверит! — возмутился я такой неожиданной наглости моей подруги, уже не замечая того, что она вновь обратилась ко мне в женском роде.
— Поверят, особенно если я тебя быстренько сфоткаю и всем покажу фотографию. Да я и не собираюсь так делать, только ты не спорь со мной пожалуйста, я же всё ради твоего блага делаю.
Угроза Нади на меня подействовала — действительно, я совсем неожиданно для себя оказался во власти этой девочки, так что стоило её слушаться.
У меня были довольно длинные светлые волосы, которые Надя быстро расчесала и собрала в два небольших хвостика.
— Так, посмотрим, что тут можно сделать... — задумалась она, и быстро заплела мне две коротенькие косички, закрепив их цветными резинками. Потом она подколола мне по краям волосы двумя заколками, и взялась за косметичку.
Достав из неё помаду, она подкрасила мне губы, затем карандашом подвела брови и стала подправлять какой-то кисточкой ресницы. Затем тенями подправила мои глаза. После этого Надя достала что-то вроде пудреницы и стала красить мне всё лицо, в особенности щёки.
— Ага, — довольно произнесла она. — И теперь — немного бижутерии.
Надя надела мне на палец маленькое колечко, застегнула на каждой руке по небольшому браслету и надела какие-то бусы на шею. В довершение всего девочка нацепила мне на уши клипсы. Я чувствовал себя какой-то елкой, склонявшейся от тяжести украшений.
— Вот теперь, пожалуй, хватит, — сказала мне Надя. — Ну, красотка, любуйся! — и она подвела меня к зеркалу.
Из зеркала на меня смотрела девочка моего возраста, весьма симпатичная и очень растерянная. Более того, мне очень понравилась эта девушка, и я внезапно почувствовал напряжение у себя спереди под юбкой.
На лице девочки в зеркале появился изрядный румянец, и она смущённо потупила глазки. Я невольно отступился от зеркала и испуганно поглядел на Надю.
— Что, Люся, понравилось быть девочкой? — улыбнулась она, увидев моё смущение. — Как я тебя понимаю. Тем более что ты у меня настоящая красавица, так что на твоём месте я бы всё время бы носила эту одежду — она тебе идёт куда больше. А теперь пошли во двор!
Она бесцеремонно подхватила меня под ручку и поволокла за собой. Я застучал каблучками, едва лишь
