Коротко о себе: меня зовут Владимир, мне 19 лет, и живу я в городе Петропавловске, что в Казахстане. Я решил поделиться своей историей. Признаюсь, еще недавно посчитал бы безумием взять и рассказать о самом сокровенном, скрываемом долгое время ото всех и вся. Нет, я не садо, не мазо, не гомо. Хотя, оговорюсь, признаю ТОМУ такое же право БЫТЬ, какое имеет секс типичный, очерченный гласными и не гласными нормами бытия. Просто об ЭТОМ не говорят вслух, страшась даже намека на раскрытие тайны.
У меня есть сестренка, Ксюшка, мы с ней близнецы, я старше ее всего на две минуты, хотя последнее обстоятельство значения не имеет. Сколько я себя помню, мы с ней с самого детства всегда были вместе. В детском саду мы ходили в одну группу, в школе сидели за одной партой. Даже когда окончили школу, мы поступили в один университет, на один факультет. И всегда чтобы не случилось, нас трудно было разлучить, друг за друга мы держались горой. Мы делились и делимся друг с другом любыми проблемами и радостями, самым сокровенным, о чем никому не расскажешь, даже самым близким друзьям. Дружнее брата и сестру нужно еще поискать.
Оглядываясь иногда назад, я с великой радостью отмечаю, что жить друг без друга мы просто не можем. Да что там жить, дышать не можем! Мы даже спали в одной кровати. И с детства вместе ходили в баню – просто нам так хотелось. Родители, пока мы были маленькие, воспринимали это как должное. Однако по мере нашего с Ксюшик взрослением любые их попытки расселить нас не то, что хотя бы по комнатам, даже по разным кроватям воспринимались нами в штыки. Устав с нами воевать, они просто махнули на нас рукой, вняв рассказам маминой подруге тети Светы о якобы мистической связи близнецов.
Не знаю, как у других близняшек, но у меня и Ксюшик связь и взаправду мистическая. Возможно многие, узнав правду, назовут нас извращенцами, проклянут, или просто посмеются. Пусть смеются, пусть крутят пальцем у виска, пусть обзывают нас и плюют нам в след. Я пишу в газету не ради сочувствия. Я просто хочу, чтобы люди, с похожими историями не боялись. Пусть знают, что они не одни такие.
Когда же произошел тот поворот в наших с Ксюшей отношениях? Я точно сказать не могу, возможно, чувства которые мы питали друг к другу, возникли чуть ли не с пеленок, но мне кажется это случилось в тот теплый день в июле 2006 года, когда мы гостили на летних каникулах в деревне у деда, по отцовской линии.
Дед был веселым стариком, любил пошутить. Однако не это мне в нем запомнилось, а запомнилось мне то, что он держал в хлеву несколько бычков, которых ежедневно нужно было кормить три раза в день. А кормить их нужно было травой, которую нужно было рвать руками за несколько километров от деревни, ибо только там росла трава, способная утолить гастрономические потребности бычков. И вот, с утра по раньше, едва перекусив теплым парным молоком и прекрасными горячими оладьями, заботливо приготовленными дедом, мы с Ксюшик отправлялись за кормом телятам. А когда мы возвращались, нас уже ждала жарко натопленная дедом баня.
Как-то раз, когда мы в очередной раз мылись в бане, со мной произошло что-то странное. Присутствие рядом голой сестренки впервые в жизни вдруг смутило меня, хотя раньше я относился к этому как к должному и не обращал на Ксюшину наготу никакого внимания. А тут вдруг почувствовал необычное волнение в груди. Ксюша наклонилась к бадейке с квасом, чтобы поддать пару. Мой взгляд нечаянно упал на ее приветливо расступившиеся ягодицы и открыли мне то, что я видел не раз – неровный разрез где сходились бедра. Вид аккуратной щели влагалища произвел на меня настоящий шок. Мой член предательски пополз вверх. Не то, что я ни разу не видел гениталий сестренки, просто в этот раз я как-то по-новому воспринял этот вид. Возможно, в этом виноват переходный возраст, ведь в 18 лет возбуждает все, на что не кинешь свой взгляд.
Ксюшик, вероятно почувствовав на себе мой взгляд, обернулась и ее взгляд упал на мой стоявший как ракета агрегат. Что-то переменилось в ее лице. Несколько минут она ошарашено, и в то же время любопытно смотрела на мой член. Затем смущенно отвела взгляд. Я тоже был страшно сконфужен произошедшим.
В тот вечер мы впервые почти не разговаривали друг с другом. А ночью Ксюшик вообще ушла спать на диван, стоявший в нашей комнате. Это было впервые, когда мы спали в разных постелях. Я был в отчаянии. На утро я попросил у нее прощения, хотя знал, что я не виноват в том, что природа создала меня таким. Ксюшик сделала вид что удивилась, но сказала, что и не думала на меня обижаться, однако попросила у меня разрешения спать в отдельной кровати. Мир был восстановлен, и доверие между нами со временем восстановилось в полном объеме. Однако спали мы теперь в разных постелях, хоть и в одной комнате. И в баню мы продолжали ходить вместе, только Ксюшик мылась теперь исключительно в трусиках, как и я тоже.
Только воспоминания об открывшемся мне в бане прекрасном виде Ксюшиного влагалища не давали мне покоя. Я как мог, старался глушить их в своем сознании, но это было выше моих сил. Я даже тайком несколько раз мастурбировал, в надежде, что это пройдет. Но все было тщетно, я вдруг ощутил, что дрочу уже не на мифическую девушку, а на Ксюшик, на воспоминания о голой Ксюше. Перед глазами все также стояла картина с Ксюшиными прелестями. Да, я осознавал, что она мне СЕСТРА, но именно это вдруг распаляло нежданно родившееся влечение к ней.
И что скрывать, я невольно стал подглядывать за Ксюшик и буквально дрожал, когда она была не совсем одета, перебирал ее белье, вдыхал запах ее подушки. Я сходил с ума оттого, что не могу открыться ей в своих чувствах. И дело даже не в том, что она мне сестра. По натре я очень робкий, замкнутый, комплексующий перед девчонками. И хотя с щемящим чувством в душе искал Ту девушку, которую уже давно себе рисовал, вглядывался в проходящих мимо, срывался от волнения на пляже... Но подойти хотя бы к одной так не разу и не посмел. В отличие от меня Ксюшик не такая робкая, без комплексов. Она росла настоящей сорвиголовой! Ей ничего не стоило на спор залезть незнакомому парню в ширинку у всех на глазах, поцеловаться в засос со своей подругой, и при всем при этом оставаться девственницей. Я откровенно завидовал ей. Да разве мог я залезть в трусики незнакомой девчонке на улице? Только в своих мечтах! Наяву я такого никогда не сделаю.
И сейчас, спустя годы, вдруг понимаю, что если бы встретил тогда девчонку, то не влюбился бы в собственную сестру! Нет, наверное, тогда это было совсем не удивительно, красивая девушка рядом, даже в одной комнате, а я еще не познавший ничего девственник! Ну разве удивительно, что возникшее во мне либидо я сам того не желая обратил на свою сестренку?!
В один прекрасный день, вернее ночь, когда мы уже были в Петропавловске, мне приснился эротический сон, где я и Ксюшик вытворяли такое, о чем я и сейчас без сильного возбуждения не могу вспомнить. Проснулся я от сильного стояка. Было половина седьмого. Солнце уже пробивалось к нам в спальню через окно. Я повернулся на другой бок, в надежде снова заснуть, однако нахлынувшие воспоминания о сне напрочь прогнали сон и напряжение в члене никак не хотело проходить. Я решил снять его единственным доступным способом – онанизмом.
Во время этого занятия я вдруг почувствовал чей-то взгляд на спине. Резко обернувшись, я увидел любопытные Ксюшкины глаза, с интересом наблюдавшие за моими руками. Член в руке слегка сник. Я немного опешил. То есть, не от того, что меня запалили, хотя от этого немного тоже, а от того, с каким любопытством и, может быть, похотью, сестренка наблюдала за моими действиями. В ее глазах светились дьявольские огоньки. Я знал, что Ксюшик знала, или по крайней мере догадывалась, что я нередко грешу онанизмом. Я так же знал, что и сама она тоже иногда мастурбирует. Только мы никогда не занимались этим друг у друга на глазах. И вот теперь я предстал перед ее взором со спущенными трусами и с зажатым членом в руке.
Внезапно шальная мысль пришла мне в голову. «Будь что будет!» - решил я и продолжил онанировать свой член. Игра на публику с новой силой возбудила меня и я тут же бурно кончил, обильно орошая простынь своей спермой. Обессиленный, я рухнул на кровать и несколько
