Я родился и вырос в малообеспеченной семье, мама работает медсестрой в больнице, а папа сапожником в обувной мастерской. Денег всегда не хватало, я ча-сто болел и физически отставал в развитии от своих сверстников, в классе был са-мым маленьким.
К тому же к 18 годам у меня обнаружили сколиоз. На серьез-ное лечение денег не было, врачи посоветовали иппотерапию – лечение верховой ездой. Занятия в конно-спортивном клубе тоже оказались нам не по карману. Мама вспомнила, что у них в деревне была большая конюшня, позвонила родителям и выяснила, что конюшня сохранилась, только теперь она не колхозная, а частная, и чего там творится, они не знают.
Мама решила на все лето ехать со мной в деревню. Если даже с верховой ездой не получится, то жизнь в деревне все равно пойдет на пользу. Отца мы оставляли дома на попечение соседки тети Зины, у которой муж шофер-дальнобойщик, надолго пропадал в рейсах, и она частенько подменяла ма-му в качестве приходящей супруги. Мама работает ночной медсестрой в травмати-ческом отделении больницы, ей секса на работе хватает.
Мы без приключений с пересадками на автобусах доехали до своей деревни. Бабушка с дедушкой нас ждали, сразу сели за стол, одновременно обмениваясь но-востями. Мама рассказала о моих болячках.
- Ничего, у нас он сразу на поправку пойдет, - оптимистично заверил дедуш-ка, - у нас пища здоровая, воздух чистый, мы козу держим, козье молоко полезное. Сашок, ты любишь козье молоко?
- Да он его никогда не пробовал, - за меня ответила мама, - а с лошадьми по-лучится? Ему иппотерапию прописали, лечение верховой ездой.
- Это надо на конюшне договариваться. Тут же местных почти не осталось. Почти все дома городские скупили, коттеджи понастроили, вдоль реки по обеим сторонам пансионаты, дома отдыха, детские лагеря. На лошадях за деньги катают, богатые люди там своих личных рысков держат. Некоторых лошадей на мясо вы-ращивают, в некоторые виды колбас конину добавляют. Завтра сходите, поговори-те, только, поди, дорого это. Спать-то где будете? Можно в доме, а можно в при-стройке. Там внизу коза обитает и куры с утками, а над ними сеновал. Удобств там никаких, и забираться туда нужно по приставной лестнице, зато воздух свежий и от сена запах приятный.
- Конечно на сеновале, правда, Сашка, - решила мама, - где мы еще таким воздухом подышим?
- Там места много. Ты себе и Сашеньке застели там старыми одеялами, а по-верх чистое белье постелешь, - посоветовала бабушка, - нам-то с дедом туда уже трудно забираться.
К вечеру истопили баню, помылись сначала мы с дедушкой, потом мама с ба-бушкой. После ужина посмотрели телевизор и полезли на сеновал. Мама сделала два спальных места по разным концам сеновала, и мы улеглись спать. Выспались прекрасно. Бабушка покормила нас, и мы направились на конюшню, до которой было с километр. Лошади паслись в большом загоне, огороженном жердями, а в конюшне двое мужчин занимались уборкой. Мама подошла к тому, что постарше, поздоровалась и, показывая на меня, рассказала о моих недугах и о том, что посо-ветовали нам врачи.
- Есть у вас какая-нибудь спокойная лошадка, на которой он мог бы по пол часика в день покататься.
- Вообще-то эти процедуры проводятся под наблюдением специально обу-ченных инструкторов, и это стоит приличных денег, а мы просто катаем детей и взрослых в пансионате и в лагерях. Да еще за частным лошадьми ухаживаем, на которых сами хозяева катаются.
- Я представляю, как это делается, но у нас на это нет денег, - ответила мама, - поэтому речь идет об упрощенном варианте. Покатается сын на какой-нибудь спо-койной лошадке, глядишь, ему это на пользу пойдет.
- А нам-то что от этого? Вот если ты натурой расплатишься, - предложил он, внимательно разглядывая маму с головы до ног.
- Расплачусь, не пожалеете, только помогите сыну.
Мужчина вошел в загон и привел оттуда невысокую серую в яблоках лошад-ку. Дал мне кусок хлеба.
- Возьмись одной рукой за недоуздок, а другой дай ей хлеб, - велел он мне, - не так, на открытой ладони. Не бойся, она тебя не укусит.
Лошадь осторожно губами взяла у меня хлеб.
- Теперь погладь ее, осторожно почеши у нее за ушами, подружись с ней. Ее зовут Зорька. Держи ее, не упускай, а я пойду, принесу уздечку и попону. Ты без седла будешь ездить, чтобы чувствовать, как двигается лошадь.
Я стал гладить лошадь, она спокойно воспринимала мои действия, а когда я стал чесать у нее за ушами, она даже наклонила ко мне голову.
- Завтра захвати для нее хлеба и сахара, - посоветовала мама.
Пришел конюх, накинул на Зорьку попону и недоуздок заменил на уздечку. Он посадил меня на лошадь и дал в руки повод.
- Ехать будешь шагом. Если остановится, дерни за повод или ударь пятками по бокам. Поезжай вокруг загона и конюшни, далеко не отъезжай. Посмотрим, сколько кругов ты сделаешь за полчаса. Ну, поехали, - хлопнул он ладонью по крупу лошади.
Я тронулся в путь вокруг загона. Ворота конюшни с обеих сторон были от-крыты, и когда я, объехав загон, поравнялся с ними, то увидел, что в одном из стойл мужчина, который отправил меня в путь, раком ебет маму, а второй стоит рядом без штанов с торчащим колом членом. На втором круге первый мужчина уже занимался уборкой, а маму пилил второй конюх. За полчаса я сделал шесть кругов, на этом мое лечение верховой ездой на сегодня закончилось. Мама меня ждала у конюшни, в руках она держала скомканные в комок трусы. Я подъехал к ней.
- Понравилось ездить на Звездочке? – Спросила она. – Слезай, сейчас дядя Федя тебе поможет.
- Вот ты и стал кавалеристом, - сказал Федор, помогая мне слезть с лошади, - завтра приходите. Если я куда-нибудь отойду, Пашка все устроит. Нам твоя мама тоже понравилась, будем ждать.
Мы пошли домой.
- Ну, дали вам покататься на лошади? - Спросила бабушка. – Дорого, небось?
- Бесплатно, если не считать вот этого, - ответила мама, показав ей скомкан-ные трусы.
- Молодец, Валюша, пиздой расплатилась. Ты только отцу не говори, скажи, что Сашеньку пожалели. Я сейчас стирать буду, давай я их в машину брошу. Если еще чего постирать нужно, тоже несите. Валь, их там двое конюхов-то, ты обоим дала?
- Мам, ну какая тебе разница.
- Да просто любопытно. Когда-то и на меня мужики заглядывались.
- Обоим, вон трусы насквозь промокли, один столько не сольет.
Стали готовить обед, а после обеда мама пошла отдохнуть, а я убежал на речку.
- Саш, пойдем вдоль речки прогуляемся, - предложила мне мама вечером, - чистым воздухом подышим. Погода-то какая чудесная стоит.
- Конечно, пойдите, - одобрила это решение бабушка, - у нас тут тихо, если и хулиганят, то только приезжие по пьяни.
Мы спустились к реке и пошли в сторону коттеджного поселка. Вскоре наткнулись на небольшую компанию. На берегу среди кустов на полянке трое мо-лодых мужчин жарили шашлыки. Вернее жарил один, который стоял у мангала, а двое других сидели на расстеленных одеялах, на которых стояли бутылки и закус-ка, в основном зеленый лук, огурцы, помидоры, колбаса.
- Добрый вечер, - поздоровалась мама, - какой приятный запах исходит от вашей жаровни.
- Добрый вечер. Это мангал для приготовления шашлыков, который мы сами изготовили. У Виктора сегодня день рождения, вот мы и решили после работы та-ким образом его отметить. Виктор это тот, что у мангала, меня зовут Вадим, а тре-тий Игорь. Присоединяйтесь к нам.
- Что вы, неудобно, к тому же мы без подарка.
- Ну, Вы же не знали об этом историческом событии. А подарком станет то, что Вы украсите нашу скучную мужскую компанию. Как прикажете вас называть.
- Меня зовут Валя, а это мой сын Саша.
- Садитесь, где вам будет удобно. Виктор, два самых красивых и сочных шашлыка нашим гостям.
- Не учи ученого. Еще минут пять-семь и они будут готовы.
- Тогда я предлагаю первый тост за именинника. Игорь, достань еще два ста-канчика. Вы уж извините, сервиз мы не прихватили, пользуемся разовыми стакан-чиками. Вы какие напитки предпочитаете? Есть коньяк, сухое вино и минералка. У нас Игорь пьет только сухое вино.
- Сын еще не дорос до серьезных напитков, ему, если можно, минералки, а мне немножко коньячку.
Выпили за именинника, закусив колбасой и овощами. Тут и шашлыки подо-спели и оказались очень удачными. Выпили за прекрасных дам. Мужчины расска-зали, что они на шабашке, во время отпуска подрядились достроить коттедж, тем более, что
