Экзекуция /История про Мишу, его друзей и сексуальную юность. Часть 4
Часть четвёртая
Тут подошли мальчишки и Катя замолчала про Сергея и Ваньку. Она сразу сменила тему разговора и сказала, что у неё ещё остались два списка. Все сразу стали просить прочитать их и Катя начала с моего:
- В этом списке пожелания Миши, что бы он хотел сделать со своими яйцами и пиписькой за время каникул.- пояснила Катя.
- показать его девчонкам.
- чтобы они наступили на него
- чтобы покусали насекомые
- перетянуть
- уехать домой с перетянутым членом и яйцами
Как только Катя закончила, Макс сразу высказался.
- А почему должны только девчонки наступить, мы тоже хотим. Миша разрешишь нам? А?
Я уже относился к чтению спокойно и даже не отворачивал глаз.
- Если хотите, то пожалуйста. Я не запрещаю ни кому. Что хотите то и делайте.
- Погодите все.- прикрикнула Катя.
- У меня есть ещё один список и достав тетрадный лист она приготовилась читать.
Я сильно перепугался. Это было письмо от Сергея и Ваньки.
- Вот ещё один вариант, что хотел бы сделать Миша со своими причендалами.-добавила Катя.
- зажать между досок и наступать
- нажалить крапивой
- посадить пиявку
- поколотить член по головке
- привязать груз за головку
- пнуть по яйцам
- прижать в дверях
После этого списка наступила пауза, а я облегчённо вздохнул. Что писали мои бывшие друзья, Катя не прочитала
- Ты что серьёзно всё это писал – спросил меня Костя.
Я опустил голову и сказал, что это писал я
- И что согласен чтоб всё это с тобой сделали кто то или ты хотел найти девчонок, чтоб они с тобой это сделали.
Я сидел и молчал. Ребята наседали с расспросами и к ним подключилась Марина. Она тоже не видела эти списки. Мне стало как то не по себе и чтоб ко мне не приставали, я ответил.
- Да делайте что хотите, только не приставайте ко мне.
- Ты согласен, чтоб мы это сделали – спросила Марина.
- Да – тихо ответил я и опустил голову.
Несколько минут стояла непонятная тишина. Кто то с кем то шушукался и только я сидел у костра и смотрел на огонь, а мой синий член лежал на траве между ног и немного ныл. Яйца тоже чуточку ломило, но всё было терпимо.
Где то минут через десять- пятнадцать все подошли к костру и Катя, потому что она читала списки, сказала:
- Если ты согласен, чтоб всё это случилось, то давай через неделю соберёмся на заброшенной ферме и всё там обсудим.
Я был в глубине души рад, что всё так вышло, хотя и боялся. Многое я ещё не пробовал и как всё будет тоже не знал.
Ночь прошла во всяких расспросах. Раза два ещё мне перетягивали член и яйца и я тоже дрочил мальчишкам, кто этого хотел. Уснули мы только под утро и проснувшись ближе к обеду стали собираться домой.
Два дня пролетели незаметно. Я много думал о предстоящих испытаниях и сильно возбуждался. После чего я шёл в туалет и делал сам себе разрядку – т.е. занимался онанизмом.
На третий день я пошёл за водой и когда вернулся, увидел во дворе у бабушки своего отца. Я был сильно удивлён. Мы поздоровались и он мне сказал, что в гости приехали дядя с тётей и мои сродные брат и сестра. Я их давно не видел и очень обрадовался. Брат был моего возраста, а вот сестра старше меня года на три и перешла уже в одиннадцатый класс.
- Я приехал за тобой, так что прощайся с друзьями и вечером едем.
До автобуса оставалось часа два. Я собрал свои вещи и переоделся. Потом сбегал до Кольки, но его дома не было и мне пришлось тащиться до Кати. Она жила на другом конце деревни. Где жили другие ребята, я не знал.
К моему счастью она была дома и с ней вместе сидела Марина. Они о чём то разговаривали и смеялись.
- О, Миша пришёл – увидев меня в дверном проёме сказала Марина.
Катя сразу же повернулась и они пригласили меня в дом. Я рассказал им в трёх словах, что вынужден уехать и что за мной приехал отец. Улыбка на их лице сразу сменилась разочарованием. Весёленькое развлечение на старой ферме отменялось.
- Девчонки не расстраивайтесь – сказал я.
- Я приеду на следующее лето, а вы за это время что нибудь ещё придумаете.
Они сразу повеселели .
- А ребятам тоже передайте – добавил я.
- А что передать то, то что ты уехал или чтоб тоже придумывали.
- И то и другое – подтвердил я.
- Ну тогда держись Мишка.- уже радостная сказала Катька
- Мы такого напридумываем – добавила Марина.
- Ну только не перестарайтесь, чтоб у меня всё на месте осталось – тоже пошутил я.
Мы ещё немного поболтали и я собрался уходить, как вдруг вспомнил про списки и отдал их Кате.
- На прибери, чтоб никто не нашёл.
Она развернула бумажки и ойкнула.
- Ты же хотел ехать домой с перетянутыми яйцами и писькой. Давай перетянем – и с ехидной усмешкой взглянула на меня.
- У меня нет того шпагата – ответил я.
- Я его много настригла и тут же не дожидаясь ответа выбежала из комнаты.
Когда Катя вернулась, у неё в руке был целый клубок и мне ничего не оставалось, как согласиться – обещал, значит нужно было выполнять. Треплом среди мальчишек я быть не хотел, а Катька тут же бы раззвонила им всем, что я передумал.
Мы вышли на улицу, я сходил в туалет и вернулся в сарай. Дома была Катина бабушка, хоть и старая, но могла застукать. В сарае было безопасно. До автобуса уже оставалось меньше часа и я не раздумывая стянул штаны. Мой член уже был в боевой готовности от предчувствия нового испытания. Девчонки быстро обмотали вокруг основания шпагат несколько раз и затянули первый узел. Они не жалели меня и тянули как могли. Потом они быстро измотали оставшиеся концы и завязали два узелка, чтоб по дороге не развязалось и лишнее отстригли. Яйца тоже обмотали очень быстро и разогнувшись, сказали мне.
- Всё готово.
Я заправил своё хозяйство в плавки и натянул штаны. Вроде было всё нормально и незаметно.
- Можно мы тебя проводим – спросила Марина. И я согласился.
Мы почти бегом побежали к моей бабушке. Отец уже ждал меня. Подхватив у него пакет, я попрощался с бабулей и мы все вчетвером пошли на остановку. Девчонки познакомились сами с моим отцом и мы весело разговаривая, даже не заметили, как оказались на шоссе. Ждать пришлось с полчаса. У меня начинало немного ломить и ныли яйца, но отвлекаясь на разговор я старался не думать об этом. Когда пришёл автобус, то Катя мне сунула свой телефон и просила позвонить и я пообещал. Они помахали нам рукой и автобус тронулся. Я ещё долго смотрел и оборачивался назад. Катя и Марина стояли на дороге и смотрели вслед и о чём то разговаривали, иногда поворачиваясь друг к другу. Автобус повернул и всё скрылось из виду.
- Не хотелось расставаться с друзьями – спросил отец.
- Да, мы собирались в поход и всё накрылось. – ответил я.
- Ничего. В следующем году сходите – ответил отец и мы снова замолчали.
Я сидел у окна и смотрел на лес. Мне так хотелось сейчас выскочить и раздевшись до гола бегать между деревьев. По полям и лесным дорогам. Я был счастлив, что у меня остались много друзей, которые понимали меня и будут ждать, чтоб дать мне то, чего мне всегда не хватало. Я уже не чувствовал нытья и ломоту в паху и мне уже было всё равно. Время ещё было предостаточно, чтоб доехать и снять шпагат с перетянутого члена и яиц.
Через полчаса, автобус остановился на остановке у нашей деревни и мы вышли. Вот и прошли два квартала и наш дом. Возле него стояла машина. Я вошёл во двор и увидел брата Димку и его сестру, сидевшую в гамаке и читающую книжку. Поприветствовав друг друга, я вошёл в дом, чтоб отдать дань уважения тёте и дяде. Они ничуть не изменились за пять лет. Были такие же весёлые и жизнерадостные.
- У какой большой уже вымахал.- удивилась тётя и обняла меня и тут я вспомнил, что мне срочно нужно в туалет и немного отстранился. Потом пожал руку дяде и выбежал на улицу.
В туалете я стал судорожно распутывать все узлы и снимать шпагат. Мой член ещё сильнее посинел и стал уже холодным. Яйца тоже не отличались и мне пришлось приложить немало усилий, чтоб размять и восстановить кровообращение. Когда я почувствовал, что мой член уже стал теплее, я вышел на улицу, чтоб не заострять сильно внимания на том, что я подолгу засиживаюсь в этом маленьком кабинетике с дыркой в полу.
Вечером я позвонил Кате и придумывая подходящие слова, загадками объяснил ей, что у меня всё хорошо. Потом снова вернулся в общество брата и сестры и побежали купаться на озеро.
Две недели они прогостили у нас и я все две недели не прикасался к своим детородным и сильно измученным мною, детородным органом.