- «Сережа, пошли», - зашипела на ухо Наташка.
- «Тихо! Это же тетя Галя, … бабушкина соседка, - еле слышно произнес, не в состоянии оторвать взгляд от происходящего, словно это было неоспоримым оправданием любопытства рассмотреть, что происходит на поляне. – Сейчас пойдем, … подожди …»
Под ярким солнцем, на зеленой травке, белели небрежно брошенное платье, трусики и бюстгальтер, рядом с неугомонным клубком тел. Мужчина сладострастно покрывал поцелуями белоснежные булки грудей, просунув коленку между ног, распластанной на земле обнаженной женщины. При каждом прикосновении губ, она тяжело вздыхала, шла ему навстречу, крепко прижимая голову к груди.
- «Коленька, милый, как мне хорошо с тобой, - доносился сладострастный стон. – Я хочу тебя, … как за тобой соскучилась …»
Зудение комаров и мошкары уже не мешали, ничего не существовало вокруг, только обнаженные тела, слившиеся в экстазе, а тут эта назойливая племянница, постоянно дергающая за руку. Мало того, что при ней неудобно смотреть на такие вещи, так она ещё и мешает!
- «Сережка, пошли. Как тебе не стыдно? Неужели не ясно: подсматривать — очень плохо, все равно, что заглядывать в замочную скважину, - шептала на ухо, стыдясь открыто сказать, что я наблюдаю за любовными играми мужчины и женщины. - Тем более, это тетя Галя, … как ты потом ей в глаза будешь смотреть?»
- «Да тихо! - прижал палец к губам. – Не хочешь не смотри!»
- «А как она мужу после этого в глаза будет смотреть? – процедил сквозь зубы, вспомнил, как бабушка нахваливала её, - И умная, и красивая, и мужа на руках носит, души в нём не чает! А она!»
Наташка красная от стыда или возбуждения, обидчиво надула губки:
- «Если бы знала, что ты такой, не пошла бы с тобой, купаться»
Она с недовольным лицом поправила купальник под халатиком на своей, ещё неокрепшей груди, попыталась приподняться, но я резко прижал её рукой к земле:
- «Лежи, … не шуми, … сейчас пойдем! Хочешь, чтобы они нас увидели? Будет потом нам…»
Что будет, я не объяснил, да и не знал, но оторваться от такой зачаровывающей, неожиданно открывшейся перед нами картины был не в силах, внутри ругая себя, что не оставил Наташку дома. Если бы не она, то давно бы выбросил весь семенной запас на сочную зеленую травку!
Младше меня на два года, была симпатичной, почти сформировавшейся, с красивой фигуркой девушкой. Изредка я пытался подсматривать за ней, когда она принимала в саду душ, залезая на яблоню. Но что-то рассмотреть с такого большого расстояния сквозь густую крону было трудно, вызывая только разочарование и прилив ещё большего любопытства к обнаженному женскому телу, а тут…
Я был так близко от занимающейся любовью пары, что мог рассмотреть каждый волосок на холмике в нижней части женского живота. Эх, сейчас бы расстегнуть ширинку, достать уже ноющий в нетерпении член и поласкать его, а тут как назло эта Наташка…
- «Как тебе на это нравиться смотреть? – не угомонилась она. – Пошли, … а то бабушке расскажу»
- «Ну и дура, - пронеслось в голове, зло, посмотрев на неё, приложив палец к губам. – Какая же она дура!»
Неожиданно мужчина резко встал на колени, начал расстегивать пояс, заставив Наташку притихнуть. Заскрипела молния, сквозь её зубчики торчали рыжие волосы, потертые джинсы заскользили по бедрам, оголяя вздыбленную плоть. Ярко красная, лоснящаяся головка на мгновение мелькнула в своём великолепии, и сразу же голова мужчины склонилась между женских ног, набросилась на заветный плод так, как голодная собака кидается на кусок брошенного мяса.
- «Коленька, … что ты делаешь, … мне стыдно, … не надо так …, - застонала женщина, закрывая лицо руками и выгибая тело, пытаясь уклониться от столь бесстыжей ласки. – Не надо, … прошу тебя, … мне стыдно …»
Но он яростно двигал головой между широко разведенных ножек, не обращая внимания на её причитания, пыхтя, как паровоз от удовольствия, приводя женщину в странное состояние. Она крутила головой из стороны в сторону, пальцы правой руки царапали зеленую травку, вгрызались в землю, и вдруг затихала, будто бы лишаясь сил. Но через мгновение вновь всё повторялось сначала.
На секунду я представил себя на его месте, легкая испарина выступила на лбу, вспотели ладони.
- «Эх, зачем я взял с собой Наташку!», - опять с сожалением пронеслось в голове, стыдясь, что она может заметить моё состояние.
Насладившись её соками, а может, посчитав достаточно возбужденной, мужчина оторвался от женских прелестей, и повалился на спину, рядом с распростертой женщиной.
Обхватив её голову рукой, он повлек к паху. Тетя Галя сделала слабую попытку сопротивления, видимо ей не очень нравилось заниматься такими вещами.
- «Галочка, ну, пожалуйста! Что ты как девочка? Мне же не стыдно было тебя там целовать», - донесся до нас умоляющий голос.
- «Ну, не надо, … прошу. Только не это! – взмолилась она. – Ты же знаешь меня, … зачем об этом просить? Я никогда и никому не делала этого? И не буду!»
- «Ты не любишь меня …», - недовольные нотки скользнули в его голосе.
- «Как ты можешь такое говорить? Да, я Коленька …», - зашептала, покорно приподнимаясь, поворачиваясь на бок, закрывая его от нас своим пышным тело, показывая обнаженную спину, полные ягодицы исписанные узором, оставленным сочной травой.
- «Что она делает? Какая гадость! Фу! Я бы никогда … там не поцеловала,– зашипела с возмущением Наташка, раньше меня, догадываясь о его намерениях, в омерзительной гримасе искривляя лицо, словно собираясь вырвать. – Хочешь – смотри, а я – пойду. Пошляк!»
Я бросил на неё гневный взгляд, ещё сильнее прижимая рукой к земле, слыша, как раздался приглушенный, непонятный чавкающий звук, синхронно движению головы женщины.
Набухшие гениталии томно ныли, сердце сжалось, в висках застучали отзвуки ударов сердца. Такого я даже не мог представить, что смогу увидеть. Мужчина и женщина перед нами, в каких-то нескольких метрах придавались любовным утехам, а мы - в высокой траве, затаив дыхание, скрытые зарослями шиповника.
Хорошо ещё хоть Наташка перестала ныть, изредка приподнимая голову, с осуждение то на меня, то на них, бросая испепеляющие взгляды.
- «У неё же муж есть, … как она так может?», - донесся еле слышный, слегка дрожащий голос, но я его почти не услышал зачарованный происходящим, чувствуя соблазнительную застежку бюстгальтера купальника, через тонкий, ситцевый халатик.
Ещё никогда этот маленький кусочек пластмасса не вызывал такую гамму эмоций. На секунду захотелось прижаться к этой будущей женщине, покрывая её тело поцелуями, ласкать розовые сосочки, ощутить сладкий вкус губ, мягкое, податливое влагалище, покрытое жесткими, редкими волосиками.
Не выпуская сладострастный леденец из-за рта, женщина встала между его ног, склонив голову. Пышные волосы покрыли его тело, скрывая изумительное зрелище от нас. Она напряженно двигала головой, словно выполняя какую-то необходимую, неприятную ей повинность.
Тяжелая, увесистая грудь с крупным, торчащим от возбуждения сосцом, постоянно хлопала о волосатые ноги. Вдруг её рука скользнула между бедер, неистово затеребила влагалище, а моя, нежно прошлась по Наташкиной спине, словно успокаивая её.
Нет, мои руки ещё никогда не ощущали такого! Обыкновенное девичье тело казалось ужасно заманчивым и притягательным. Пальчики ласкали кожу под тонкой тканью, а она притихла, лежала, боясь пошевелиться, внимательно наблюдая или за мной, или за происходящим на поляне.
Вдруг женщина разогнулась, закинув длинные волосы за спину, обхватила руками снизу грудь, призывно выставив на него торчащие соски, сильно сжала её, словно испытывая в ней какое-то ужасное напряжение. На красном от возбуждения лице скользнула похотливая гримаса.
- «Только туда не надо, - простонала тетя Галя, валясь на спину и лихо, подхватывая руками под коленками, прижимая их к груди, - а то ещё залечу. Муж выгонит и придется тебе на мне жениться!»
Он вскочил, словно ждал этого, наваливаясь на неё, прижимая к земле, бешено задергался бедрами, будто бы, куда-то боясь опоздать. Не прошло и нескольких минут, как она застонала, словно змея извиваясь под ним, дрожа всем телом, и он, выполняя её просьбу, резко выдернув из чрева член. Потоки семени брызнули на живот, грудь, лицо.
Тетя Галя, судорожно ухватилась за бедра, потянула на себя, усаживая на грудь. Дрожащую головку обхватила
