«Концепция! Концепция!! Ну, где же взять концепцию?!» - едва не рвала на себе волос Оксана, разбирая предоставленные заказчиком материалы… Создание положительного имиджа, встраивание в систему ценностей основного избирателя, создание образа героя, или, на худой конец, «своего парня»??? Что выбрать?! Как подать?! Она перебирала в голове варианты, опасаясь упустить что-то важное, созерцая за всем этим только ворох, свалку всего, что угодно, но не стройную систему, не «скелет» программы, на который все это можно было бы потом прилепить, прикрутить, пришельмовать, а то и примазать…
Дело явно не шло, времени отвели на такой проект совершенно недостаточно и… И тут ещё и внешние раздражители:
- Привет! – подкрался незаметно сзади Сашка и так же украдкой ухитрился ухватить её за грудь.
Она лишь оторвала руку от груди и демонстративно продолжила свои дела.
- Извини. – шептал он. – Обещаю, подобное больше не повторится. Жаль, что ты вчера убежала сразу… Сумочку забыла… - переврал сразу же все Сашка. Оксана хотела было ответить ему резко, напомнить те обстоятельства, при которых она «забыла» у него сумочку, о потраченных нервах, и о том, что за дверь выставил её именно он!! Но сдержалась.
- Приглашаю даму своего сердца в любой, по её выбору, ресторан города, а потом… Потом обещаю исполнить все её каприсы телесного и духовного содержания. – пел свои излюбленные песни вчерашний горе-любовник. И выдержи он ещё несколько минут, соверши пару-тройку заходов, она, скорее всего, согласилась бы, но тут раздался телефонный звонок:
- Добрый день, Оксана Анатольевна. – на той стороне она узнала голос Олега.
- Слушаю Вас, Олег Сергеевич. – в деловом стиле ответила она, едва сдержав радостные нотки.
- Я ознакомился с Вашей просьбой в отношении материалов… - он замялся, чем не преминула воспользоваться Оксана, жестами указывая Сашке оставить её в покое. То повиновался, ибо, шутки шутками, приставаниям свое время, а работе приоритет.
- Я готова выслушать Ваши пожелания. – продолжила Оксана после избавления от общества Сашки.
- О! Это великолепно… - в голосе промелькнуло облегчение. – Тогда я сегодня за Вами заеду.
- Хорошо. – улыбнулась Оксана. – И мне казалось, что мы договорились общаться на «ты»…
- Извини, забыл… - рассмеялся тот в ответ. – Тогда жду там же. – на том и порешили.
- Ну что? Что? – коршуном кружил Сашка спустя каких-то пару минут после того, как трубка упала на базу – Что там?
- Работа там, Сашенька! И я хочу её выполнить добросовестно и аккуратно, - не так, как вчера исполнил один мой знакомый…
- Ну ладно тебе, Оксаночка, - попытался ухватить её за грудь Сашка, не особо стесняясь окружения. – Я же приношу извинения, в ногах ползаю…
- Отстань, Саша. – сбросила с себя его Оксана. – Не до этого мне…
- Хорошо. – согласился то. – Тогда сегодня, после работы…
- Не сегодня, Саша. Не сегодня. – парировала она. – Сегодня я ужинаю с заказчиком… Деловой ужин.
Сашка закусил губу, склонился в элегантном реверансе и молча удалился, что доставило неимоверное наслаждение Оксане: «Что ж. Пускай он теперь помучается…» - внутренне улыбнулась она.
Ресторан был не лучше и не хуже, меню не менее изысканное и не менее вкусное, Олег, казалось, даже более изыскан и галантен. За ужином не было произнесено ни слова о работе, о проблемах, возникших с документами, не о том, что пора запускать рекламную компанию, а концепции как таковой пока даже в первом приближении нет… Говорили о разном и, как водится, ни о чем… Погода, интересные истории из своей прошлой жизни, из бытности своих коллег, знакомых и друзей… Поговорили о кулинарных пристрастиях и кинематографе. Оксана призналась, что уже давно не была в кинотеатре и даже забыла, как это – смотреть кино на большом экране, потому было сделано предложение, сразу же, по завершении ужина, податься в кино… Оксана улыбнулась, пообещала обязательно с Олегом сходить, но попросила не сегодня… Вечер, прекрасный вечер и поход в кинотеатр не совсем вписывается… Сегодня не вписывается. Олег понял, или сделал вид, что понял, и сразу же сменил тему…
Он ей нравился. Культурный, воспитанный, уверенный в себе мужчина, способный угодить мелким женским прихотям, она смотрела его и все гадала, каков же он в постели… По её опыту, часто такие вот, галантные и обходительные кавалеры, не могут избавиться от своих манер и в момент близости, тогда, когда в крови должен бушевать огонь, а в постели страсть. У неё была пара разочарований, совсем непродолжительных, эпизодических, и потому она гадала…
И как-то так уж совсем незаметно, но поначалу мимоходом, между тем, а потом и вообще, переведя все в плоскость восхищения, Олег принялся охаживать Оксану. «Её глаза горели, а властные губы манили…», «Грациозный стан пленил, а легкий наклон плеч сводил с ума…» Он вогнал её в краску, заставил потупить взор, а потом и вовсе предложил проехаться к нему, дабы там продолжить эту беседу. Она не возражала и небрежно брошенные купюры на стол, были лишь тем мигом, что их задержал здесь, в ресторане.
Он мчал, потеряв голову, и она опасалась, как бы не случилось ему не справиться с управлением, но все обошлось. Привез он её явно в простаивающую квартиру. здесь убирали, здесь был холодильник, со стандартным набором еды, туалетные принадлежности, даже какая-то одежда, аккуратно, явно не мужской рукою, уложенная в шкафу. Но квартира не производила впечатления обжитой.
- Где мы? – поинтересовалась Оксана, когда он, проявив наконец-то свой темперамент, целовал её в шею, расстегивая и снимая одежду.
- Потом, потом… - шептал он, оголяя грудь и наслаждаясь её упругостью.
- Не сейчас… - он терял над собой контроль, раздевая её со знанием дела.
- Душ… - шепнула она ему…
- Потом душ. – нежно бросил он её на кровать и оказался сверху.
Они долго целовались, обдавая друг-друга запахом выпитого вина. Потом он её ласкал, подняв с кровати и прислонив к стене. Стена поначалу была прохладной, но потом, нагретая телами уже не доставляла дискомфорта.
Он был крепкий мужчина. В свое время, должно быть, изрядно проводивший время в спортзале, но давно забросивший тренировки, отчего некогда атлетическая фигура поплыла, но все же сохранила былые очертания…
- Я хочу тебя. – прошептал он ей на ухо и она подала ему свои ягодицы, о которые давно уже терся его член.
Вход был безболезненным. Она была настолько возбуждена, что смазка тонким ручейком уже давно стекала по бедру и уже приближалась к коленному изгибу.
Он вошел резко, за один раз. Вошёл, на миг застыл, и, должно быть, вспомнив спортивный азарт и юношескую агрессию, с приличной силой принялся удовлетворять свои потребности. Со стороны могло показаться, что об аналогичных потребностях Оксаны он как-то забывает, но нет – руки гладили спину, время от времени он останавливался и наклонялся, чтобы поцеловать её спину, дотянуться до шеи, ощутить на ощупь её грудь, но потом вновь, возвращаясь в исходное положение, принимался с силой «таранить» девичью плоть.
Давно не бывало с ней такого. Давно она не испытывала столь жесткого и в то же время нежного соития. Одна мысль о том, что её вот сейчас в грубой форме имеет этот воспитанный и обходительный мужчина, под поверхностью воспитанности которого скрывается грубый и жесткий зверь, заводила её неимоверно… Она застонала, вскрикнула, ноги её подкосились и она рухнула на пол, слетев с его возбужденной плоти… Рухнула на пол и забилась там в конвульсиях… Вздрагивая, исходя волнами дрожи и истекая тем, чему совсем недавно не давал выхода наружу мужской член.
Он нес тал её трогать. Дал минуту, не более, насладиться достигнутым пиком, а потом, осторожно, со знанием дела, перенес на кровать, расстелил одеяло и аккуратно укрыл, оставив её на время одну.
На кухне шумела вода, насвистывал чайник и слышались тяжелые мужские шаги. Сколько пробыла без памяти, Оксана не помнила. Второй или третий раз в жизни с ней было такое, что она в момент оргазма теряла сознание. По своему опыту она знала, что в лучшем случае один из десяти случаев закончится
