...Руслан сдернул с него капюшон, двумя пальцами ухватился за подбородок, и уставился прямо в глаза.
- не ври. - тихо процедил он. – смотри мне в глаза. А теперь скажи, какого Дьявола, ты прогулял?
- я был… - Марк не успел договорить, он заметил изменения в лице Руслана, и только когда учитель уже открыл рот, парень вспомнил, что на шее у него красуется засос.
Дальше все было, как взрыв вулкана. Руслана буквально швырнул парня на заднее сиденье автомобиля, громко захлопнув дверь. Марк зажмурился, от страха, а еще ему было невыносимо стыдно за те мысли, что бродили в его голове. Хотелось, что бы сейчас, будучи именно в таком состоянии, Руслан ударил его, сделал больно, унизил, а потом поцеловал, жестко, хотелось, что бы он его трахнул, хотелось, всецело ему повиноваться.
Машина тронулась с места, вздымая за собой клубы пыли, выскочила на встречную полосу, и, сопровождаемая криками прочих автомобилистов и заливистыми сигналами, скрылась за углом, словно не обратив внимания на красный свет светофора.
Руслан то и дело кидал недовольные взгляды, в которых читалось явное негодование, и даже некоторое отчаянье. Крепко сжимая руль, будто боясь его ненароком выпустить из рук, он едва успевал следить за дорогой, так как все время поглядывал на, казалось, онемевшего Марка.
***
Руслан кинул Марка на диван, сверкая глазами, готовый ударить. Он выглядел каким-то покинутым; мелко дрожал, то ли от злости, то ли от разочарования. Он кричал, громко, надрываясь, сыпал оскорблениями, заставляя паренька чувствовать себя последней шлюхой, хотя, Марку это нравилось, нравилось чувствовать себя подчиненным, не кому бы то ни было, а именно ему, Руслану. Завороженный, он не мог оторвать от него глаз; по шее скользнула капелька холодного пота, попав за ворот рубашки, сбежала до поясницы по разгоряченной спине, от чего по телу тысячами иголочек рассыпались приятные судороги. Он не слышал, о чем говорит преподаватель, Марк просто всматривался в огромные синие глазища, ставшие почему-то еще больше, и тонул в них, проваливался в какое-то небытие. И от этого ощущение становилось внутри так грустно, и в то же время, так странно и непонятно, а еще жутко тошнило, тошнило от недостатка его прикосновений, от этой блядской жажды его тела. Руслан схватил паренька за грудки, притягивая к себе, Марк даже, кажется, слышал, как затрещали нитки.
- я с кем разговариваю!? – голос рвался, звонкий, пронзительный, заставляющий вернуться на землю.
- что? – Марк недоумевающе уставился на него, расплываясь в идиотской улыбке.
- я одного не понимаю, тебе что, нравится трахаться с ним?
У Марка вырвался истерический смешок, он, немного помедлив, широко раскрыл глаза, и с лукавой улыбкой кивнул; вмиг захотелось взбесить Руслана еще больше, заставить его ревновать, вынудить ударить.
- да, нравится. Я просто с ума схожу, когда он меня ебет. Когда всаживает по самые яйца! - он широко улыбался, прикусывая нижнюю губу, едва сдерживая смех.
- смешно? Да вообще! Оборжаться! – Руслан смотрел в глаза с такой ненавистью, что по коже бегали мурашки, он, распаляясь с каждой секундой все больше, замахнулся, и одним резким ударом повалил Марка на подушки.
- я с ним по несколько раз кончаю! – продолжать бушевать Марк, смеясь и вытирая с губы кровь.
Руслан, сжав зубы, очередным ударом заставил Марка на мгновение замолчать. Но вскоре паренек разошелся еще больше. На глазах заблестели слезы, а он продолжал истерически смеяться. Руслан опустился перед диваном на колени, оказавшись прямо у самого лица парня, прикоснулся сухими губами к горячему лбу. Марк прекратил смеяться, неуверенно открыл глаза, робко взирая на мужчину.
- знаешь, почему я хочу помочь? – Руслан стал теребить воротник, задыхаясь и отрывисто целуя шершавые руки Марика, - Мне было тринадцать, когда мы переехали в другой город, и мне пришлось сменить школу. Почти никто не замечал тихого троечника, что сидел на последней парте. Я вечно сторонился их, не то, что бы они меня не звали в свою компанию, я бы сам никогда не подошел к ним. Я их не боялся, мне была противна одна только мысль, что кто-то может нарушить мое одиночество. Он приметил меня сразу, в первые же недели. До сих пор помню, как он выглядел – рослый блондин, с нежно-голубыми глазами, но очень мужественными чертами лица. Из моего класса. Второгодник. Помню, после какой-то тренировки он меня подкараулил в раздевалке, и… Четыре года. Четыре гребанных года я был его игрушкой. Он со своими дружками, казалось, могли делать это 24 часа в сутки. А я терпел. Я просто не мог кому-то рассказать. Не хотел казаться слабаком, не хотел, чтобы меня жалели. Хотя, что-то жрало изнутри, не давало ни спать, ни есть. Мне была просто необходима чья-то поддержка. – Руслан на мгновение замолчал, набрал воздуха, прижимаясь щекой к рукам Марка, - Я никогда об этом никому не рассказывал. Ты первый…
Руслан облизнул сухие губы, лихорадочно переводя взгляд с пола на потолок, боясь наткнуться на глаза Марка. Он тяжело дышал, Марик, лежа, наблюдал за его вздымающейся грудью, ища руками руки Руслана, пытаясь сказать что-то. Наконец, не в силах сдерживаться, коснулся губами его губ. Руки Марка обвили его шею; паренек, всем телом приникая к учителю, мелко дрожал. Руслан, повинуясь, пропустил настойчивый язык в укромное мокрое местечко. Мысли в голове у обоих лихорадочно носились, не успевая друг за другом, совершая тщетные попытки образовать хоть что-то похожее на здравый смысл, толкали друг друга, смешивались воедино и резким щелчком исчезали вовсе. Руслан кончиком языка коснулся неба, провел по внутренней стороне зубов; Марк чуть покусывал его нижнюю губу, втягивая ее в свой рот, он часто дышал, временами отрываясь от поцелуя, что бы набрать в легкие недостающий воздух.
Руслан перевернул Марика на спину, сам устраиваясь сверху, стал не спеша расстегивать рубашку, проводил язычком влажную дорожку от подбородка до пупка, и возвращаясь обратно. Он сунул в рот Марика сразу два пальца, которые тот стал с остервенением облизывать и посасывать, одновременно, помогая Руслану освобождать себя от одежды. То, о чем он грезил буквально час назад, прогнувшись под Максом и оперевшись руками в стену, вот-вот должно было произойти. Только выглядело сейчас все совсем не так, как обычно это было с Максом. Не было тошнотворной жестокости в прикосновениях Руслана, не было этих торопливых движений, в попытке быстро освободиться от одежды.
Руслан шире раздвинул ноги Марка, ввел сначала один палец, затем второй, растягивая узенький проход. Он делал все томительно долго и очень осторожно, чтобы, не дай Бог, не причинить Марку какой-то вред, казалось, продлись это минутой дольше, оба бы сошли с ума от этого болезненно-приятного наслаждения.
Пальчики внутри Марика двигались невыносимо медленно, заставляли паренька выгибаться, откровенно насаживаясь на них. Наконец, Руслан перестал терзать мальчишку, вынул пальцы, поглаживая его дыбившийся член, смотрел прямо в глаза, все еще не решаясь приступить к самому основному.
- Ну же! – Марик выгнулся назад, шире разводя ноги, запрокидывая голову.
Головка члена Руслана коснулась ануса. Марик хотел перевернуться на живот, что бы Руслану было удобнее, но он решительно удержал его, вцепившись сильными руками в хрупкие запястья.
- я хочу видеть тебя, - аргументировал он свое поведение.
Марк подался вперед, готовясь к проникновению. Руслан надавил, держа руками Марка за бедра, медленно начал входить, давая парню привыкнуть. «Какой же он большой» - пронеслось в голове Марика; он обхватил длинными ногами спину, закрыв глаза, полностью чувствую внутри себя горячую плоть.
Руслан глухо сопел, склонившись к груди паренька, начал теребить соски, целовал плечи, не пропуская ни одной клеточки, проходясь язычком по жаркой коже, стискивал в руках ягодицы, иногда поглаживая их в такт фрикциям. Он двигался не слишком быстро, все еще пытаясь держать себя в руках, и не навредить Марику. Постепенно толчки стали более быстрыми, Руслан входил уже до самого основания, лаская руками член паренька, покрывая поцелуями его зардевшееся лицо, шептал на ухо всякие пошлости, заставляя тем самым парнишку краснеть еще больше и закрывать от смущения глаза.
- я больше не могу… - жалобно пискнул Марк, отрываясь от
