Прошедший день оказался насыщенным своими событиями, в комнате в эту ночь не спали, разговоры шли о фильме, где жизнь чем-то была похожа на нашу. Я думал только о том, удастся ли мне еще раз поебаться с эти парнем, и снова прокручивал момент нашего совокупления. Мой член торчал, от таких мыслей, колом, я его постепенно подрачивал, яички наполнились спермой, очень хотелось их опустошить, как у нас говорили – « они уже пищали».
В это время, пока, я занимался своими думами, заядлые курильщики оккупировали подоконник окна, который вмещал сразу несколько пацанов, и выпускали табачный дым на улицу. В комнате сразу наполнялся запахом табачного дыма, меня, откровенно, даже нравился этот запах, но я сам ни разу не курил, и, даже, не пробовал. Ощущение такого, что в этом есть какая-то взрослость…
Кровати были старыми и постоянно скрипели, панцирные сетки были растянуты и проваливались, оттого что постоянно на них прыгали, как на батуте. В комнате умещалось: 12 кроватей, круглый деревянный разборный стол, на котором стоял графин с водой, и старый шифоньер с зеркалом. В него вмещалась вся наша форма.
Мы уже учились в 7 классе, это был тот самый возраст, когда приходит половое влечение, и происходят быстрые гормональные преобразования. Наши пацанячьи особи постепенно превращались в мужские: время бурного начала покрытия наших юных тел волосяным покровом; у каждого по-своему стали преображаться хуйки на фоне шелковисто-кучерявых лобков. Они у каждого были по окраске кудряшек и кучерявости разными, но тем ни менее, для меня красивыми и сексуальными. У кого-то лобки были черными и кустистыми, у кого-то рыжие и каштановые, и, даже, были белого оттенка. Мошонки мальчишек тоже отчетливо указывали на преобразования, у кого-то они были крупными и спарено- сливовидными, тогда в гениталиях вовсю, шли «преобразования». Уже у всех без исключения появилась сперма, но такое зависело от возраста и физиологического состояния организма, это, явно, было видно - без всяких исследований. У кого-то она появилась раньше, у кого-то значительно позже. Кто испытал ее появление - знает, что сначала появляется прозрачная липкая капелька жидкости (простата), а потом со временем уже и сама сперма (малафья). Я на себе это испытал отдельно от всех в туалете, при этом ощутил такое чувство, что, даже потерял мгновенно сознание; но оно было волшебным и таким чувственным, все тело в это время было наэлектризовано щемящим сладострастием. Из моего рта вылилась тонкой паутинкой сладостная слюна, которую я мог видеть у себя, только, после сладкого сна, тогда вся подушка была мокрой.
У большинства ребят уже была тяга к сексу; и где-то, и с кем-то нужно было испытывать такое чувство. В замкнутой комнате нашего мальчишеского коллектива, когда мы уже привыкли и знали друг друга, как облупленных, стали постепенно хвастаться своими половыми достоинствами (пенисами). Все это начиналось с простых показов, которые стали перерастать в более серьезные соревнования, когда нужно было доказывать, что ты уже «мужчина». Соревновались на сексуальность: у одних это получалось быстрее, другие мучились дольше, но - нужно было за короткое время возбудиться и отдрочиться. Мероприятие - очень захватывающее и очень возбуждающее, оно не вызывало никакой боли и неприятностей. Интересно было наблюдать за своим товарищами, как они достигают свой оргазм и как потом кайфуют…
Самый старший из нас Руслан, о котором я немного уже поведал в предыдущей части рассказа, начинал частенько практиковать у нас в комнате групповую мастурбацию.
Судьба Руслан была загадочной: его родители по каким-то причинам погибли, и его усыновили родственники, но потом его пристроили в наше учреждение. В свои шестнадцать лет он был как парень со всеми причитающими в таком возрасте преимуществами от нас, волосатое тело придавало взрослость. Обнаженная залупа его пениса всегда свисала своей тяжестью и до возбуждения была бледно-сизой? Но только стоило ему раздрочить ее, как она преображалась в статную отполированную штучку. Я это впервые увидел Руслана еще в лагере, когда был тихий час, меня он просто поразил своим мужским достоянием; признаюсь, наблюдал, как он его дрочил. Он тогда к этому занятию привлек своего соседа по кровати Пашку. Не мог я после этого заснуть, так меня увлекло такое его занятие. Его пенис, оказывается, был по мусульманским традициям обрезан, это я узнаю потом, а до этого мне казалось, что его таким сделала природа. Такой оголенной член мы называли - лысый. У него такого капюшона на залупе не было, как на наших писунах. Наши фаллосы быстрее походили на сосульки, пока их не возбуждали, но только стоило их раздрочить, как показывались раскрасневшиеся и лоснящиеся залупки. Это было что-то…!!!
Впервые увидел у Руса, как выстреливает малафья, и что она из себя представляет. Она стекала по его кулаку на живот белым тягучим ручейком. Он его накачивал кулаком туда-сюда по всей длине ствола, как насос качает камеру, так и здесь все расширялось и твердело от воздуха, только, в данном случае хуек наполнялся кровью. У меня, тогда, её и в помине не было, хотя, я дрочил и знал, что это очень приятно, и что это и есть мой оргазм.
Со временем у меня появилась сперма, такое было непередаваемое сладострастие, когда я первый раз ее спустил лучезарной капелькой, затем уже стал практиковать онанизм чаще, и малафейка стала приносить только радостные ощущения. Она у меня появилась раньше, чем у моих сверстников, и мне было тогда одиннадцать, приходилось ее выгонять из себя, чтобы не застаивалась.
Палата жила своей повседневной жизнью, и когда наступала ночь, после того как воспитатели покидали нас, наступало наше время…
Кто еще из пацанов не знал что это такое, то постепенно приобщался, и концу года уже вовсю дрочил. Замеряли длину каждого члена в естественном, а потом в возбужденном виде, это отмечалась в отдельной тетрадке, которая тайно хранилась у Даньки - ответственного, которого мы выбрали своим собранием. Рукопись хранилась в полости спинки кровати и прикрывалась красивым набалдашником, и никому было невдомёк, что за тайна была в этой металлической полости. Каждый раз, может не каждый день, происходили соревнования в наших мужских способностях. Все должны были быть только обнаженными, это усиливало нашу потенцию и, когда были соревнования по дальности полета спермы или её количества, в комнате нарастал накал и азарт. Даже были поощрительные призы за лучшие показатели, в столовке ему доставалась самая большая порция вкусностей. Еще пробовали на возбужденный пенис вешать груз, кто дольше его удерживал - получал звание «Сильный член». На каждый вид спортивно-сексуального состязания было своё название: «Красивый соловей», « Дальний полёт», «Долгий извергатель» и так далее. Так мы подошли к тому, что все наши занятия стали переходить в сексуальные игры, а это было так интересно и кайфово.
Произошел новый период наших сексуальных удовлетворений, после того как мы оттрахали парня. Мы стали заниматься сексом между нами мальчиками, в этом и заключалась тайна нашей комнаты. Это и был тот самый случай с нашим знакомым пастухом, которого я и ребята выебали. Нам, показалось, что это приемлемо в том положении, в котором мы оказались.
Когда пьяный парень очухался и подошел к окну, он никак не мог сообразить, где он оказался.
__- Охуеть, где это я? начал он свою речь и чувствовалось, что он находится в состоянии мандража.
- Дайте мне попить, не могу понять, где мои вещи? Как я пойду?
Его тело было обнажено, рубашка была на распашку, он даже не стеснялся, что оказался совсем голым, и ему было не до этого.
Я налил из графина воды и дал ему попить, он с жадностью опрокинул стакан с водой в рот, и теперь мог с нами говорить. Он не понимал, что это мы его оставили в таком обнаженном виде, правда, на нем кроме рубашки были еще имелись
