эротическим танцем. Щеки слегка порозовели, а глаза стали все чаще прикрываться от удовольствия движений собственного тела.
Накал поднимался до крайней точки и, наконец, не выдержав, двое парней вскочили и бросились к ней. Одно движение - и она, наклоненная, уже стояла на четвереньках в ожидании неминуемого, аппетитно выставив кверху круглую попку.
Самый нетерпеливый подстроился первым и, долго не церемонясь, подставил член к влагалищу и резко надавил. Ствол вплотную вошел внутрь, заполнив все целиком. Ольга ойкнула от неожиданной боли, но вскоре притихла, прислушиваясь к своим ощущениям. Она едва держалась на четвереньках, от резких толчков вздрагивая.
- "Давай, рыжий, вмажь ей, чтоб до горла достало!", - подбадривали приятели.
Они с нетерпением ожидали каждый своей очереди.
Музыка продолжала изливать свои нежные ритмы, лаская слух меломана. Раздеваясь, двое парней одновременно танцевали, делая телом, эротические движения и, наслаждаясь танцем, выделывались друг перед другом. Смотря на них, как они танцуют, забавляясь сами с собой, невозможно представить, что эти ребята способны на самые жестокие и извращенные сексуальные игры!
Послышались напряженные Олины стоны, сдающейся под натиском "вспарывающего" ее большого члена. Он долбил с таким остервенением, что, взмокшие от напряжения его длинные волосы, по инерции сильно подпрыгивали.
- "Ва-а! Здорово! Стонешь?! Нравится?! Нравится! Еще бы! Такие парни тебя ебут!", - задыхаясь, он выдавил восторг.
Ольге было не до восторга. Она едва переводила дыхание. И напрасно она пыталась гасить собственное возбуждение. Ее организм взрослой, здоровой женщины, каждый раз предательски подчинялся ее сексуальной природе. С этим она ничего поделать не могла. Поэтому приятные волны оргазмов раз за разом окутывали ее вздрагивающее тело, и она просто кричала в голос.
Едва первый успел выпустить струю спермы, как следующий стоял уже наготове. Его буйный орган в томительном ожидании гудел от напряжения. Он вошел сразу с разбега и, не останавливаясь, заработал, как мотор, с лихвой накручивая обороты. Были слышны громкие, смачные шлепки его бедер о мягкие ягодицы девушки. Вагина истекала излившейся спермой, громко чмокая и свободно впуская врывающуюся дубину.
Ольга кричала громко, упоенно, не обращая внимания ни на кого. Внутри приятными, яркими вспышками оргазмов взрывались всплывающие потоки энергии. Она больше не сопротивлялась захватившим ее ощущениям, а принимала все как есть.
Парни сменялись один за другим, неистово кончая и, затем, восстановившись, продолжали вновь. Девушку крутили, как хотели. То ставили ее на четвереньки, то клали на маленький столик и, задрав ноги на плечи, притягивали к себе, дергая за груди. Ей было больно, но она старалась помалкивать. Кроме того, растертое влагалище щипало, как натертая рана. Приятные ощущения уже не в силах были заглушить резкую боль от растертой вагины. И Ольга уже стонала не от приятной неги, а от боли.
- "Все, хватит! Мне больно! Все растерто. Пожалуйста, прекратите! Ну, прекратите, я вас прошу!", - кривясь от боли, умоляла она истязателей.
Но они и не думали отпускать свою игрушку, пока полностью не насладятся ею.
- "Больно, говоришь?", - зашипел стоящий рядом парень, - "Ладно. Поменяем дырки"
.- "Что?", - Оля не поняла, что он имел в виду.
- "Что, что! Жопу давай!", - он сильно тряхнул ее за плечо и кинул на пол.
Ольга упала и больно ушибла коленку. Тут она поняла, что мазохистских пыток ей не избежать. Испугавшись, она задрожала всем телом. Что они еще придумают?
- "Быстрей! У меня стоит колом! Ну!", - грозно прикрикнув, один из них пнул ее ногой под зад.
Оскорбленная, она перестала повиноваться и села на полу, изображая обиженную фею,не обращая внимания, что из влагалища вытекают потоки спермы.
- "Ну, чего уселась?! Шевелись, шлюха!", - еще один больной пинок.
- "Нет, я не буду!", - она пыталась высвободить для себя небольшой кусочек свободы.
- "Что-о?!", - взбесился Костик, свирепея от неожиданного отказа.
Собственно, отказа от нее никто не ждал. И, само собой, никто не ожидал, что после бурного, хорошо удобренного спермой секса, она еще начнет кочевряжиться!
- "Ты, сучка, ну-ка встала, как я сказал!", - он сильно ударил ее по лицу.
Ольга закричала от боли и неожиданности и машинально схватилась за щеку.
- "Я не буду!", - рыдая, еле слышно произнесла она.
- "Не понял!", - Костик скривился в гримасе гнева, - "Ты мне кайф сломала!!"
Он сказал это таким тоном, что у нее сильно затряслись коленки. От страха она не знала, что сказать. Глядя ему в глаза, Ольга поняла, что накликала на себя неприятность еще хлеще.
- "Ну, давайте ее сюда! Сейчас я ее проучу! Научу немного уму-разуму! Сюда суку кладите! Весь кайф сломала, гадина!", - он брызгал слюной в гневе и ненавидяще сверлил ее глазами.
Ольгу схватили за руки и ноги, притащили и положили на стол. В руках Костика появилась толстая веревка. Парни держали ее, а он крепко привязывал руки и ноги к ножкам стола, широко разведя их в стороны. Дергающаяся Ольга была туго привязана капроновыми веревками, которые сильно впились ей в руки и ноги. Она не могла даже дернуться!
Некоторое время ее никто не трогал. Но в комнате, явно, что-то творилось. Через некоторое время появился все тот же свирепый Костик с плетью в руке. Ольга подняла голову и огляделась. Она лежала на животе, и вид сзади ей был не доступен.
Внезапно она услыхала резкий, короткий звук. Вслед за эти резкая боль обожгла ягодицы. Ольга вскрикнула. Удары плетью сыпались на оттопыренную попку бедной девушки. Она взвыла от невыносимой боли. Оглушительные удары, сыплющиеся на нее, раздирали тонкую, нежную кожу в кровь! Не было сил терпеть побои! Громкие Олины крики перебивались рыдающими всхлипываниями. Но остервенелый подросток, не знающий жалости, продолжал и продолжал хлестать нежное девичье тело.
- "Так, сука! Так тебе! Знай свое место!", - он слишком увлекся, не замечая, что девушка едва переводит дыхание и уже тише кричит.
- "Э! Ты забьешь ее до смерти! А она нам еще пригодится", - участливо наблюдая за происходящей экзекуцией, вмешался Илья.
- "Нет! Эти сучки живее нас!", - не прекращая ни на минуту, отозвался Костик, - "Лучше соображать будет! Училка сраная! За двойки! За то, что выгоняла с уроков! Получай, тварь!"
Он остановился, запыхавшись и переведя дыхание, показал, что ее надо перевернуть. Парни быстро развязали ей руки и ноги и тут же, перевернув, положили ее на спину, привязав точно так же. Теперь она лежала на спине с широко разведенными ногами. Ее красная, растертая промежность была широко раскрыта, развернув на обозрение щель, опухшие малые губы и клитор.
Костик обошел ее со всех сторон, прикидывая удобное для дела положение.
Ольга думала, что ее, привязанную к столу, сейчас так будут трахать Но она ошиблась.
Первый удар плетью был совершенно неожиданным. Она ощутила такую дикую боль, что все ее существо взвыло во все горло! Удары по самому чувствительному месту сыпались с неиссякаемой силой. Она не плакала, не рыдала более. Она дико орала нечеловеческим голосом, кричала, что будет очень послушной, что выполнит все, что они ей прикажут!
А ее мучитель, со зловещим блеском озверелого фаната, жестоко истязал ее нежную плоть.
Она орала до хрипоты, сколько могла. Затем глаза ее помутнели, она притихла и отключилась.
Очнулась Оля уже на полу, мокрая: ее обильно поливали холодной водой. Причем сразу из ведра, как отливали жертв пыток!
Она открыла глаза и сквозь мутную пелену пыталась всмотреться в своих мучителей. Но какая-то слизь не давала разглядеть их лица. Оля тихонько заплакала. Не было сил даже плакать!
Они стояли кольцом вокруг нее и мрачно смотрели на распластанную на полу молодую женщину. Ни один мускул в горечи и сожалении не дрогнул на их лице. Ни одна тень жалости не пробежала в их жестоких мозгах.
- "Теперь ты будешь шелковой, гадина! И будешь выполнять все, что я тебе говорю! Поняла, шлюха?!"- Она, давясь слезами, лихорадочно закивала головой.
Он наклонился и заглянул в припухшие
