сучка? Твоя дырочка уже мокрая, ты течёшь? А ну, покажи господину свои сисечки!
Хорошо, что Отто надо мной потрудился. Я почти теку. А сиськи – пожалуйста, чем богаты!
- Почти потекла, мой господин.
Он подталкивает меня к кухонному столу и садится на корточки.
- Проверим!
Его рука уже во всю шурует в моей промежности, средним пальцем руки он тере-бит мой клитор, а потом бодро лезет им глубже.
- Ах! – томно взвизгиваю я
- Ты ещё не созрела, детка! – ага, уже детка, а не девка, сучка или шлюшка!
Ой, он вылизывает мою киску! Я таю, любой каприз за такой язык. И такую техни-ку!
- Вот теперь ты течёшь, маленькая Лотта! А теперь поприветствуй большой и мощ-ный пенис своего господина!
Я лежу на животе, на кухонном столе, изящно прогнув спинку и задрав ножки, он привалился к шкафчику напротив, джинсы приспущены и прямо перед моим носом стоит, как штык его багровый член. А ничего себе! Ласкаю его рукой, потом мягко облизываю
головку, на которой уже выступила капелька смазки, а потом дерзко и прямо беру его в рот и начинаю от всей души сосать. Клиент довольно и утробно похрюкивает. Но вот он созрел. Член совершенно задеревенел, от него исходит резкий специфически-мужской (или специфически-хуёвый) запах. Спускаю брюки моего повелителя окончательно и по-луложусь, полусажусь на столе, гостеприимно расставив бёдра. И мой Буратино уже при
ставил к моей заветной дверке свой золотой ключик. Заходи, милый, здравствуй! Он резко заходит. Член легко скользит по моей мокренькой щёлочке. После первых фрикций он за-дирает мои ножки себе на плечи и, держась за бёдра, резко и сильно трахает меня. Насла-ждение растёт. Я с удовольствием подмахиваю.
- Хорошо, Лоттхен, очень хорошо! У тебя прекрасные ворота! А как там чёрный ход?
Ого, ещё ни разу не кончил, а уже третью дырочку ему подставляй! А придётся… Слезаю со стола, закинув на угол левую ножку, наклоняюсь. Welcome! Приглашение при-нято. Хозяйский член лезет в мою грешную попку. А она, между прочим, ничем ещё не смазана! Хорошо, хоть его член хорошо смазался в моём влагалище. Ой! Ой, ой! А он до-волен!
- Ах, какая дырочка, узенькая! Лотта, ты берегла попку для своего господина?
Почему бы не сказать человеку что-нибудь приятное. Вру, что конечно берегла. А он разошёлся. Зубы оскалены, рычит чего-то, уже и рубаху скинул, жарко ему. Но как ебёт, подлец, какой кайф доставляет провинившейся горняшке! Я уже сижу на столе на коленях и вовсю подмахиваю. Анал мой давно увлажнился. Находит сладостная истома. Вот сейчас, вот сейчас точно кончу! Всё, кончаю. Со стоном и слезой. А ему ну хоть бы хны!
Вот только ебаться на кухне стоя ему всё-таки разонравилось. Перемещаемся в уютную спаленку, где вовсю пылает камин. Но жарко от этого не становится. Жарко отто-го, что мой повелитель развалился на софе, а я своей попой обрабатываю его член. Кстати, перемещались мы сюда, не прерывая своих невинных развлечений. Кто бы видел
эту летку-еньку! Но теперь полный комфорт и упоение. Я упираюсь руками за спиной в софу, периодически лаская клитор, и нанизываюсь на этот упругий кол, как жук на булав-ку. Он придерживает меня за попу и, взрыкивая от чувств, вовсю пользует её. Господин вдруг решил опять войти в парадный вход. Его член устремляется в мою заждавшуюся пещерку, которая вся зудит от нетерпения и надвигающейся преждевременной кончины (в хорошем, конечно, смысле). Всё, сейчас опять кончу, а-а-а-ах! На сей раз он, наконец, то-же кончил. Я вспотела от этого секс-марафона, и мне милостиво предложено освободить-ся от фартучка и боди. Теперь я осталась в чулках, туфлях, кружевном воротничке и пер-чатках. Потная. Голая. Шлюха шлюхой. В таком виде сижу перед камином, гостеприимно расставив ножки (необходимо всё время показывать товар лицом) и уже по второму разу делаю минет моему барабудос. При этом левой рукой подрачиваю ему, а правой ласкаю себе грудь. Ему это тоже нравится.
- Давай, давай, девка, работай, шлюха, соси член своего господина!
Мне отвечать некогда и нечем, рот занят. Работает.
- Лотта, в койку!
Слава богу, наконец-то мы лежим. Он пристроился сзади, для удобства приподнял
мою правую ляжку и с размаху вошёл в мою киску. Несколько минут мы оба, пыхтя, усердно трудимся. Он радостно меня долбит, я трудолюбиво подмахиваю. И похоже, я на пороге нового оргазма. Но сначала, оказывается, нужно поиграть в лошадки по другому. Теперь мне опять предложено поработать пиздёнкой. Он лежит благостный, а я знай себе, скачу! Кажется, клиент созревает. Я это чувствую буквально нутром. Именно там всё больше набухает и твердеет его народное достояние. Тот самый
хуй, о котором мечтала ленивая горняшечка. Он созрел. Я вновь сижу перед камином, а развратный бородач кончает мне в рот и на лицо. И мне, кстати, это нравится. Всё, обли-зываю так озаботивший меня член набело, и клиент сам гонит меня в душ.
- Пора, Лоттхен, сейчас за тобой приедут.
Только-только кое как привожу себя в порядок, и появляются Отто с качком. Про-щаемся. Клиент напоследок суёт Отто ещё несколько кредиток, объясняя, что это премия фройлян Лотте. Видимо, не питая иллюзий по поводу моих конвоиров и опасаясь за судь-бу этой премии, он тут же при нас звонит фрау Дорт, рассыпаясь в комплиментах по по-воду “Этой юной проказницы Лотты” и сообщает об этой надбавке.
Лицо качка выражает явное страдание. Понял, сволочь! На меня опять накидывают плащ и почти пинками вновь загоняют в машину. Но на этот раз я хоть успела рассмот-реть респектабельный двухэтажный дом явно старой постройки. Опять я в машине зажата между мужиками. Ну что, домой?
- Сейчас поедем по ещё одному вызову. Тут хорошо управилась. Теперь побудешь “горничной” в другом месте, - сообщает качок. К прежним реквизитам мне теперь выдают ещё и кружевную наколку в причёску и беленькие кружевные подвязочки к чулкам.
- Готовься к работе, сучка! – с этими словами качок запускает мне в дырочку виб-ратор и врубает его. А то меня предыдущий клиент не разогрел! Но делать нечего. В таких ситуациях рекомендуется расслабиться и получить удовольствие. Что и делаю. К финалу нашего пути я уже тихонько кончила, вызвав очередной “лестный” комментарий дорогого россиянина. При этом сладкая пытка закончилась только после того, как шофёр опять сходил к клиенту и вернулся, дав сигнал заходить. И снова меня впихнули в дом, не дав толком оглядеться.
Меня встречает молодой парень лет 25-30 и, расплатившись с Отто, приобняв за талию сразу ведёт в уютную гостиную.
- Ну, что, крошка, пошалим?
- С удовольствием, котик!
Он вальяжно раскидывается на софе, полусидя, полулёжа. Я сажусь к нему на ко-лени и пытаюсь пощекотать язычком в ухе, но он притягивает мою голову и взасос целует. Хорошо, подлец, целуется!
Расстёгиваю на нём рубашку, а он в это время шустренько освобождает свой агре-гат. Ого! Вот уж, что выросло, то выросло! Такое и в ротик взять не стыдно. Хотя, не будь у меня практики последних дней, задохнулась бы! Начинаю со всем тщанием обрабаты-вать моего кормильца.
Он всё больше крепнет, наливается. Ну, вот сейчас! Нет. Он решил разогреть свою горняшечку. Милый. Он нежно-нежно вылизывает мою киску. Я млею. Когда я уже почти готова, мне снова предлагается взять в ротик. Пожалуйста, с нашим удовольствием. Вот только брюки долой! Его немаленький член становится совсем монументальным.
Чудесно. А теперь маленькая Лотта хочет поскакать, мой мальчик, на твоей лошад-ке. Сажусь ему на колени и со всем прилежанием насаживаюсь на этот чудесный оргаз-момейкер. Раз за разом.
Ага, понравилось! Давай, давай! Батюшки, он решил, что мои прелестные розовые ножки устали. Меня ставят на четвереньки, и теперь мой мальчик имеет мою дырочку сзади. Только яйца шлёпают по ягодицам. Класс! Очень хорошо! Дас ист фантастиш!
Кончаем одновременно. На брудершафт, так сказать. Без лишних уговоров снова беру в рот этот чудный член. Он заслужил мой минетик. Облизываю, обсасываю, щекочу его язычком, насаживаюсь глоткой. При этом левой рукой балую свою щелочку. Снова кончаем. И … всё. Как у Золушки наше время истекло. Нежно прощаемся. За мной захо-дит Отто, а мой славный любовничек, его зовут Ульрих, вновь при мне звонит фрау Дорт и самым высоким образом оценивает мои старания, не забыв о размерах уплаченной за меня суммы. На улице вместо Фольксвагена микроавтобус. Дверца
