посидеть в сторонке, время от времени перекидываясь словом-другим с гостями. Тогда, вглядываясь от нечего делать в толпу шикарно наряженных гостей, он увидел Ее.
Это было создание сказочной красоты, в элегантном бирюзовом, платье с глубоким вырезом на спине, соблазнительно облегающим хрупкое, точеное тело с красивой, упругой на вид грудью, округлыми ягодицами и длиннющими ногами, берущих, казалось, свое начало от тонкой, гибкой шеи. Длинные, слегка волнистые светлые волосы нежным потоком спадали на плечи и опускались до середины изящной спинки, обрамляя ангельское личико с красивыми голубыми глазами, небольшим носиком и полными чувственными губами. Прелестница, держа в руке бокал белого вина, стояла у высокого окна, вглядываясь в бездонный, ночной мрак, попутно отвечая какому-то весельчаку с прилизанными волосами, явно не очень увлеченная его компанией.
Какие силы заставили его сделать следующий шаг, Мартин не знал. Он просто словно загипнотизированный встал с места, и не сводя глаз с девушки, двинулся к ней через переполненный зал. Себя он мог считать красивым молодым человеком – высокий, широкоплечий, зачесанные наверх черные волосы, высокий лоб, лукавый взгляд зеленых глаз, правильные черты лица – это позволяло ему чувствовать себя уверенным в общении с прекрасным полом. Не боялся он и в этот раз.
- ... а затем мы с друзьями на яхте катались. Представляешь, берега не видно, только небо вокруг и вода, – увлеченный воспоминаниями, рассказчик жестом обозначил линию горизонта, – вот это просто классная вечеринка была. Ты когда-нибудь занималась любовью на корабле во время шторма?
- Добрый вечер, не помешал? - вежливым тоном осведомился Мартин, не обращая внимания на прилизанного рассказчика, раздраженный взгляд которого четко говорил «еще как помешал!» - Я просто увидел ангела и не смог не подойти и не поздороваться.
Несколько коротких мгновений молодого человека изучал холодный, надменный взгляд прелестных голубых очей, а затем девушка словно наполнилась неким нежным теплом и мило улыбнулась в ответ. Мартин мысленно выдохнул. Его наглость и бескомпромиссная прямота часто давали свои плоды. Однако, каждый раз наслаждаясь новой победой, он благодарил всевышнего за то, что тот не позволил ему ударить в грязь лицом. Этот раз не был исключением. Возможно, если бы девушка выглядела более увлеченной разговором, он бы подождал другого случая, но сейчас он точно знал, что не станет помехой, и был прав.
- Вы всем девушкам так говорите? – немного кокетливо пропела девушка мелодичным голоском, с явным облегчением, что можно наконец-то перевести взгляд от назойливого героя-любовника.
- Только тем, к кому относятся эти слова, – он отвесил легкий поклон.
- Кхм..., – поняв, что теряет благодарного слушателя, рассказчик предпринял тщетную попытку обратить на себя внимание.
- Сэм... тебя так зовут, да? – девушка кинула в его сторону мимолетный взгляд.
- Да...
- Мне надо выйти на свежий воздух, а то здесь душно.
- Конечно! – быстро ответил тот, решив, что снова сможет остаться с объектом вожделения наедине, – я сейчас только...
- Не беспокойся, у меня есть с кем прогуляться, – прелестница демонстративно повернулась к Мартину и приподняла тоненькую бровь.
- Прошу, – Мартин пропустил девушку вперед и, ухмыльнувшись через плечо сопернику, последовал за красавицей.
- Спасибо, что избавили меня от его общества, – кончик губ девушки приподнялся, рисуя на ее прелестном личике лукавую полуулыбку.
- Всегда рад служить! – по-солдатски быстро отозвался мужчина – Я Мартин.
- Дженни.
Гуляли они долго, полными легкими втягивали свежий летний бриз. Говорили обо всем и в тоже время абсолютно ни о чем – просто приглядывались друг к другу. Мартин рассказал о своей работе, слушать о которой, как он и ожидал, девушке было довольно скучно, поэтому на этом не зацикливался, а так же о своих увлечениях и хобби. Дженни, в свою очередь, рассказала о своей жизни, о том, как стремится стать всемирно известной моделью. Мартин чувствовал, что эта встреча неспроста, что это начало чего-то особенного... Некого поворота в его жизни. Он поймал себя на мысли, что в душе пробудилось некое чувство, которое он испытывал давным - давно, еще в юности. Да, точно! Он вспомнил Элли, свою первую школьную любовь ... Любовь настоящую. Это было то самое приятное, согревающее чувство, отдававшееся легкой дрожью в коленях и в голосе... Он молился, чтобы Дженни не заметила этого, боясь выдать чувства.
«Никак влюбился!»
«Так быстро не влюбляются...»
«А любовь с первого взгляда?»
«Дурак ты. Вроде взрослый мужик, а все веришь в подобную чепуху!»
«А как же Элли?»
«Элли.. Чертова Элли! Все ты разрушила!»
Вспомнилась сцена измены любимой девушки. Широкая кровать, ЕГО КРОВАТЬ! ее тоненькое тело, блестевшее от выступившей на теле испарины, небольшие грудки в похотливо сжимающих их мерзких лапах незнакомого мужлана, ее тихий стон и помутившийся взгляд ее глаз. Он плохо помнил, что было дальше... Он что-то закричал, даже опрокинул в приступе ярости вазу, а глаза застлал занавес слез. Он не кинулся убивать незнакомца и предавшую его любимую девушку... хотел, но не смог. Мартин просто ушел. На какое-то время перебрался к родителям, на расспросы которых отвечал коротко и уклончиво, мол поругались. Элли не осмелилась придти к нему лично, несколько раз звонила, но он не ответил. Ему было приятно думать, что она страдает без него, и что не приходит только потому, что ей стыдно посмотреть ему в глаза. Не знал это, но хотел в это верить. А затем он уехал из штата учиться в колледж, так не повстречавшись с бывшей девушкой и даже не перезвонив ей. Он струсил, боялся с ней встречаться... хотя чего именно страшился больше всего – он не знал.
Со временем раны затянулись, Мартин с головой ушел в учебу и страдать стало некогда. В дальнейшем у него были девушки, однако опасаясь повторного разочарования, юноша старался относиться к ним как к временному развлечению, которых он впоследствии сам и бросал, толком ни к одной из них не привязавшись и никого не полюбив. И вот теперь, словно пробудившийся от длительной спячки зверь, давно забытое чувство вновь выползало наружу из той глубокой ямы, в которую его силой запихали.
После того вечера, молодые люди стали встречаться довольно часто и немало времени проводить вместе. Мартин водил девушку по ресторанам, они посещали выставки и галереи – Дженни оказалась большой любительницей искусства и от подобных приглашений не отказывалась. Мужчине нравилось общество этой юной, а ей было всего 22 года, феи, которая теперь занимала все его мысли. Нравилась и манера ее общения, величие в ее голосе, иногда даже переходящее на аристократическое высокомерие. Она не была похожа на обычных девушек, с которыми он встречался раньше, не вешалась ему на шею при одном упоминании о его высоком положении в обществе и более чем приличным счетом в банке. Дженни знала себе цену и не боялась показать это, всегда говоря прямо то, что ей не нравится. «Не захочет быть со мной рядом, только пальцем поманю и у моих ног очередь выстроится! – давала понять она». Мартин нехотя, но все же признавался себе, что это его даже слегка возбуждает.
Он не помнил, когда его впервые посетили подобные мысли, возможно еще с самого раннего детства, но Мартину всегда нравилась фантазия - поклонение женщине. Он часто представлял, как часами напролет стоя на коленях, будет целовать ноги своей Богини, пока она, не обращая на него внимания, занималась бы своими делами: читала бы какой- нибудь журнал или смотрела бы передачу по телевизору. Мысль об этом захватывала его душу и заставляла сердце колотиться словно отбойный молоток. Но, такую девушку он так и не нашел. Впрочем, быть уверенным на все сто процентов он не мог, так как не слишком и афишировал свое пристрастие и не знал, как более- менее деликатно подойти к вопросу. Теперь же, пообщавшись с Дженни, он все больше и больше убеждался, что она такая, какая ему нужна, и он решился продвинуть их отношения на следующий уровень...
Они встречались около трех месяцев, в течение которых они так и не переспали. Дженни не давала Мартину приблизиться к себе, ограничиваясь поцелуями в щеку при встречах
