это делала глубокой ночью, а сейчас был ещё день, хотя и стрелки показывали половину третьего.
Развернувшись, я пошла по ещё не засыпанным следам обратно. Подойдя к углу дома, я выглянула в улицу, но из за плохой видимости ничего не разглядела. Сделав несколько шагов, я остановилась и прислушалась – было тихо. Потом ещё несколько шагов и снова прислушалась – снова стояла тишина и лишь где то далеко тявкала чья то собака. Наверное кто то идёт – подумала я и быстро перебежав улицу, снова затаила дыхание. От возбуждения меня охватила дрожь, а в низу живота чувствовалась сильная пульсация. Я была на грани оргазма. Я больше не могла терпеть и проведя руками по груди и взяв соски между пальцами рук, легонько их сжала, как тут же меня накрыла сильная волна оргазма и я стала кончать. Мои мышцы дрожали, а я сама чудом сдерживала себя, чтоб не застонать и не выдать себя.
Долго оставаться на этом месте было опасно и я снова перебежав улицу, направилась к берегу реки. После такого оргазма во всём теле чувствовалась приятная истома и лёгкая усталость. Сейчас бы упасть и поваляться немного, будь то лето. Вот и показался обрыв и я спустившись вниз, пошла через реку на другой берег. Снег продолжал валить и мне казалось, что он шёл ещё сильнее. Вокруг меня была сплошная снежная стена. Она шевелилась и была живая. С каждым моим шагом, она шла за мной, окружая меня и делая невидимой для других. Я была счастлива. Вот и другой берег. Держась за ветки ивы, я быстро поднялась и оказалась на опушке соснового бора, моего друга и защитника. Он много раз меня выручал и спасал от посторонних глаз, давая возможность спокойно погулять голышом. Бор любил меня, а я его и была благодарна ему.
Пройдя по тропинке несколько десятков метров, я оказалась у поваленной берёзы. Передо мной была лесная дорога. Её прочистили и накатали, когда несколько недель назад возили лес из деляны. По краям дороги были почти метровой высоты снежные отвалы, немного подтаявшие, но сейчас снова засыпанные свежим и пушистым снегом. Это было похоже на длинный снежный коридор с недостроенными стенами. Я хорошо знала этот бор и примерно догадывалась, куда может вести эта дорога, этот снежный коридор. В километре отсюда проходила трасса. Мне захотелось пройтись по этому, зовущему в даль, коридору и я как маленький ребёнок, получивший хорошую игрушку, побежала вперёд, радуясь и веселясь.
В лесу снег шёл не так плотно и большая часть снежинок оставалась на кронах деревьев. От этого видимость была на много лучше, и уже пробежав метров триста, а может и чуть больше, я увидела опушку леса. Выбежав на опушку, я увидела сплошную стену падающего снега. Она ограждала меня и лес от постороннего взора и как бы говорила: -Не ходи девочка дальше. Но я не слушала свой внутренний голос и возбуждённая до такого состояния, что мне сейчас было море по колено, я шагнула вперёд.
Пробежав немного по снежному коридору, я снова оказалась в снежном плену. Вокруг меня стояла живая стена медленно падающего на землю снега. Я бежала вперёд, совершенно голая и счастливая и мне было даже жарко от нахлынувшего на меня возбуждения и вроде бы я уже получила то, чего так хотела, но что то ещё гнало меня вперёд. Мне хотелось чего то большего, а чего я не знала сама и размахивая руками в разные стороны, никого не боясь я бежала вперёд – кружась и пытаясь взлететь, как снежинка. Те чувства, которые меня охватывали в тот момент невозможно описать и передать словами. Их нужно просто почувствовать и испытать, как вкус хорошего кофе или шоколада. Сердце стучало и готово было выскочить от перевозбуждения, и я бежала вперёд, а слева и справа меня защищали снежные отвалы, почти метровой высоты.
Впереди были слышны медленно нарастающие и удаляющиеся звуки проходящих мимо по шоссе машин. Стоило прекратиться снегопаду и все могли бы увидеть меня посреди снежного поля, голую и беззащитную, но я тогда об этом не думала, и мне казалось, что снег будет валить столько, сколько это будет нужно мне. Я хотела под его защитой, под его прикрытием дойти до самой трассы и взглянуть одним глазком на проходящие мимо машины. Это было рискованно, но мне этого хотелось и я бежала по этому коридору навстречу неизвестности. Я искала ту самую малость, которой мне не хватало и мне в тот миг казалось, что она ждёт меня впереди. Я уже бежала около пятнадцати минут по степи, в плену снегопада, а шоссе всё не было и не было. Вдалеке был слышен медленно нарастающий шум тяжёлой машины. Вот она трасса. Я почти уже дошла до неё – думала я. Но приблизившийся шум почти вплотную ко мне ушёл вправо и стал удаляться. Я поняла, что дорога находится справа от меня, но где же выезд на неё? Как мне из этого снежного коридора выбраться и оказаться на обочине шоссе в своём необычном и шокирующем для других виде. Я считала себя снежной королевой в тот момент, но не зря говорят, что всё хорошее когда нибудь кончается. Я бежала вперёд, размахивая руками и пытаясь увернуться от падающих снежинок, но мне это не как не удавалось. Мои волосы и вязанная белая шапка были покрыты снегом, а по телу стекали вниз тающие снежинки, превращаясь в небольшие капельки воды.
Мне сначала показалось и я подумала, что мои глаза уже привыкли к снегопаду и я могла как бы раздвигая снежную стену – видеть дальше обычного, но это было не то, что я думала. Это как раз было то самое, о чём я просто забыла. Снег стал сыпать реже. Вскоре стали появляться очертания дороги и идущих по ней машин. Всё это было похоже на проявку фотографии, на которой медленно появлялась окружающая меня действительность. Я присела и спряталась за снежным отвалом – не успев даже испугаться. Метрах в семидесяти от меня была та самая дорога, по которой за снегоуборочными машинами шла вереница машин разного калибра и габарита. Самые нетерпеливые обгоняли колонну по встречной, ещё не очищенной полосе и уносились вдаль, оставляя за собой снежную пыль. Осознав всё произошедшее, я поняла, что оказалась в ловушке и вот тут меня захлестнула волна наслаждения, ударила в голову и стала растекаться по всему телу, затрагивая все его уголки. Меня бросило в жар и не устояв на ногах, я просто пала на снег. Всё мой тело содрогалось в волнах оргазма, а низ живота и моё влагалище просто горело огнём. Даже снег подо мной начал подтаивать и я совсем не чувствовала его холода. Вот оно то, чего мне не хватало, подумала я и закрыла глаза. Редкие снежинки ещё кружились и падали мне на лицо, но мне уже было не до них. У меня не было сил даже пошевелиться.
Сколько минут я пролежала, я не помню, но в чувство меня привёл пронзительный сигнал проезжающей мимо машины. Я встав на коленки, выглянула из за снежного отвала. По дороге проезжали машины и маршрутное такси. Я взглянула на часы и ужаснулась. Время было почти шесть и наверняка мои родители подходили к дому или уже были там. Они увидят мою раскиданную одежду и перепугаются, когда меня нигде не найдут. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что сижу посреди снежного поля и стоит мне только подняться, как меня сразу же могут заметить. До леса было довольно далеко. Где вприсядку, помогая руками, а где и на четвереньках, я стала медленно ползти к спасительной тёмной полосе леса. Каждый десяток шагов мне давался с трудом и у меня уже почти не было сил. Ноги затекали, потому что находились в полусогнутом состоянии и мне приходилось садиться в снег и растирать их, а потом растирать свою попу и бёдра и снова двигаться вперёд.
Прошло полчаса, а я продвинулась чуть больше одной трети всего пути. Дорога начинала делать небольшой поворот и удаляться от шоссе. Это было хорошо и собравшись из последних сил, я устремилась вперёд. Шаг за шагом я приближалась к заветной цели. До шоссе уже было метров триста и до леса примерно столько же. Я была по середине и передо мной стоял выбор. Ползти дальше или встать и сделав последний рывок, оказаться в безопасно месте. Я выбрала последнее и собрав все оставшиеся силы, я выпрямилась и побежала, не оглядываясь назад, в сторону леса. Сзади были слышны сигналы машин, которые тут же затихали и сменялись новыми, другой тональности и громкости. Я не реагировала на них, хотя знала, что они относятся именно ко мне. Мои движения, кажущиеся мне в тот момент бегом, были похожи на плохую пародию спортивной ходьбы, но даже так я приближалась к лесу всё ближе и ближе и вот. Я уже стою на опушке и держусь за тонкую берёзку, чтоб не упасть.
Оглянувшись назад, я увидела вдалеке шоссе, по которой живым потоком шли машины в ту и другую сторону. Я была в безопасности и можно было перевести дух и отдохнуть, но кругом был снег и я была в одних сапожках и начинала немного мёрзнуть. Тут я вспомнила, что моя шуба валяется в снег на другой стороне реки и в светлое время к ней не подойти. Меня могут увидеть кто ни будь из своего огорода или соседи напротив. Из их окон вся тропинка была как на ладони. Меня снова охватил испуг и я уже по настоящему начала бояться, что обо мне подумают мои родители и как мне достать мою шубу. Я пробежала до поваленной берёзы и свернула на тропинку к реке. Моих следов оставленных пару часов назад уже не было видно. Оказавшись на обрыве, я осмотрела противоположный берег, но ничего напоминающего мою шубу, не было видно. А вдруг кто нашёл её и забрал, мелькнула в голове мысль и меня охватил непонятный мне страх. Я была совсем радом с домом, но я не могла в него попасть. Нужно было ждать, когда начнёт смеркаться. По моему телу снова пробежала дрожь и волна за волной стали охватывать моё замерзающее тело. Толи от возбуждения, толи от холода, но я вся дрожала и мои зубы отбивали чечётку. Я стала растирать себя руками и это спровоцировало новую волну оргазма. Я стала постанывать и снова кончила. Третий сильный оргазм совсем выбил меня из сил и я просто не понимая ничего, села на снег и навалившись на ствол берёзы, тупо смотрела на реку, за которой в снегу или вообще была утащена, должна лежать моя спасительная старая шубка.
Тут я вспомнила детство, как я бегала в лес за веточками берёзы и поставив их в банку с водой, уже в начале апреля любовалась молодыми листиками, пробивавшимися на свет. Да! Это был выход и причина, по которой я была в лесу и почему так долго отсутствовала, только бы моя одёжка была на месте.
Держась за берёзу, я встала и стала сламывать красивые веточки, хотя мне было тогда всё равно – какие они. Вот и соседи зажгли свет, значит они дома и в окна не смотрят. В огородах тоже нет никого. Я быстро спустилась с обрыва и побежала по заснеженному и ровному руслу реки. Вот и мой берег. Вот тот обрыв, на который мне нужно было подняться. Выглянув поверх и убедившись, что никого нет, я заметила в трёх метрах небольшой, непонятной формы бугорок. Тут я вспомнила, что шубку бросила рядом с тропинкой справой стороны. Это наверное она.
Выбравшись на верх и не обращая внимания на то, что я вся была в снегу, подбежав э этой кучке, я стала быстро разгребать снег. Под ним была моя шубка. Даже не отряхивая её от снега, я накинула шубку на свои замёршие плечи и просунула в рукава свои озябшие руки. Шубка была холодная и я не чувствовала от неё тепла. Взяв в руки веточки берёзы, я побежала домой. В комнате горел свет, значит мои уже были дома.
Придумывая на ходу, что сказать, я вошла в дом. К моему счастью отец ушёл к соседям что то помочь. Я с порога выдала матери, что хотела сказать и где была и прямиком в свою комнату. Она поняла по моему дрожащему голосу и сделав вид, что поверила мне, всё же проследовала за мной и увидев меня всю раскрасневшую и озябшую, тихо спросила: «Ты в лес за этим ходила?» Я поняла, что скрывать бесполезно и попросила только отцу не говорить. На её глазах появились слёзы и она подошла ко мне о обняв, попыталась согреть. Так молча мы простояли несколько минут. Потом она посмотрела на меня и сказала: «Какая ты у меня ещё дурочка!» «Быстро одевайся и чай с мёдом пить и в постель, пока не простудилась и не заболела.» Я улыбнулась и поняла, что моя мама меня простила и не сердится, хотя знаю, что она сильно переживает. Ведь я могла замёрзнуть в лесу. Но всё обошлось и я снова дома, в тепле и теперь у меня есть союзница – моя мама. Она поможет мне в трудную минуту и согреет меня. Лишь бы я глупостей не натворила.
Теперь я поняла, что не стоит испытывать судьбу в пятницу 13го. Может всякое случиться.
Марина мой адрес: marinakcnh@rambler.ru
16,03,2009год
