между ножек, но там не прикрывают уже ничего. Шнурки ложатся под ягодички и обхватывают талию сзади. Белая кожа на загорелом теле. Прелесть. Корсет. Я всегда его затягиваю очень туго. Он охватывает шею, расходится «обнимая» грудь, и ужимает талию. Красота. Но без бюстгальтера его не одеть. Надеваю и его. Белые тонкие чулки. Они просто струятся по ноге, а широкая кружевная резинка придает эротичности. Ботфорты на шпильке. Вот лично я пошла бы и так, но город этого не поймет. Придется одеть еще и юбку. Она пышная и не прикрывает почти ничего, ну разве что самый краешек чулков. Наклоняюсь поправить ботфорты… А в зеркале мой очаровательный зад. Кожаная бандана и куртка.
Все. Можно ехать. Но стоит ли, если еще нет звонка от этого Славы. Снимаю и куртку и бандану и юбку. Мне так удобно.
И кто такой этот Слава? Вот вспомни его, так он и позвонит. И, конечно же, через час надо уже встретиться, а то он не успевает на встречу. А голос как у «ботаника».
Таня наверно ошибалась в этом мальчике. Он вообще «ботаник» по полной программе.
Все двигаюсь к выходу. Последний взгляд в зеркало.
Ну, надо же так не любить юбки. Куртку надела, бандану тоже, а юбку нет. Сейчас бы бабули во дворе замолчали на долго. Они и так замолчат, но нельзя же их лишать дара речи.
Наша секс-квартира. Интересно и где здесь Таня поставила камеры, а самое главное когда? Надо будет узнать. Зал с мягким подиумом, телевизором, низким диваном и журнальным столиком. Через арку кухня. Прихожей нет, все одно большое пространство. Спальня, с огромной кроватью. Когда Татьянка успела привязать на углы шелковые ленты. Ими можно классно привязать кого-нибудь, и он не вырвется.
Хочу выпить. Все равно сегодня уже за руль не сяду. И не хочу, чтобы меня кто-то отвлекал. Переночую сегодня здесь. О, надо открыть дверь. Пусть этот Славочка забирает свои книги и уматывает, а я буду смотреть в окно и пить коньяк.
Я, конечно же, без юбки. Коленками на подиуме, локтями на подоконнике. Смакую коньяк с сигарой. А вот и «ботаник» пилит. Ну, точно это недоразумение идет сюда. Уж лучше бы вон тот парень. Тоже ничего хорошего, но по сравнению… О, звонок в дверь. Не поворачиваюсь даже. Вошли. Позвали меня. Томно откликаюсь, сообщаю, где книги и продолжаю курить и пить. Мне говорят спасибо, говорят, что завтра в это же время вернут. Соглашаюсь. Уходят. Они что вместе приходили эти двое? Вошли вместе в подъезд, вышли вместе. Хорошо хоть не поцеловались и не обнялись. Хотя, со вторым покуролесить было бы интересно.
Все теперь можно развалиться на подиуме и делать абсолютно все.
Может зря я так с мальчиком. А. Что должно быть, то будет.
Усталость. Усталость. Усталость. Усталость. Усталость последней недели. Я кажется засыпаю. Дверь не закрыта. А. Здесь, кроме меня, телевизора и еды, брать нечего. Я засыпаю. Я сплю.
Изобретателя мобильного телефона надо подвергнуть изощренным пыткам и наказаниям. Потому, что звонок, который сейчас звенит – это пытка, а мое состояние, это наказание. Кто может звонить в такое время? Хотя, в какое время? Но это точно не Таня. На звонок ее телефона у меня очень гламурненькая мелодия.
- Ой. Танюшенька. Ты уже прилетела в свои дебри? Как прошел полет? Как ты вообще себя чувствуешь?
- Ты почему трубку не берешь? Я уже третий раз набираю. Небось уже под мужичком извиваешься, а до меня и дела нет?
- Танечка, миленькая, если честно, то я сплю…
- Я и не сомневалась, что ты спишь, только скажи с кем? Я его знаю?
- Я просто сплю. Без мужчин. Последняя неделя меня утомила очень.
- Такого извращения Лизка, я, от тебя не ожидала.
- Рассказывай как ты? Не томи дорогая.
- Ты что мать, очумела там или переспала. Я еще в самолете. Лететь еще часов девять. Это стюардесса мило согласилась дать мне трубочку и разрешила позвонить тебе. Не буду говорить в трубку кто ты. Здесь много народу понимающего русские выражения.
- Так сколько же сейчас времени?
- По нашему времени, сейчас десять тридцать вечера.
- Так рано еще? Меня если честно сморил сон и усталость.
- И ты в таком классном наряде, валяешься без ухажеров?
- А в каком наряде?
- Да и думать даже не надо. В белом и без юбки, но в ботфортах.
- Ты слышишь мою улыбку?
- Конечно. Твой ротик, ну, ты знаешь какой, расплылся до ушей.
- Ты имеешь ввиду, мой рабочий ротик?
- Да. да, да. Именно. Ладно, больше говорить не могу. А ты, давай там, оторвись в честь нашего расставания. Ты на пол года свободная служанка.
А ведь Татьяна права. Мне уже совсем не хочется спать. Особенно после разговора с ней. У меня действительно никаких ограничений. Кроме конечно секса с женщинами, но мне это и не надо. Даже в деньгах никаких ограничений. Класс. Надо действительно сегодня оторваться. Вот только из теплой квартирки никуда выходить не хочется. Кому бы это позвонить? О, Ванечке, уж он то меня понимает. И все же изобретателя мобильного телефона не следует уж очень сильно пытать и наказывать.
Что-то есть на свете необъяснимое.
Ванечка сам звонит.
- Привет Лизонька.
- Не поверишь, ищу в телефоне твой номер.
- Очень даже поверю. Сам только что нашел твой.
- Ну, давай тогда говори, чего хотел.
- В гости пустишь?
- Ой, Ванечка, что-то здесь не чисто.
- С другом.
- С другом говоришь? А друг ничего?
- Под коньячок с фруктами пойдет.
- Серьезно?
- Честное пречестное.
- Заходите к нам на огонек.
- Ты с кем-то?
- Глупенький, из песни слов не выбросишь. Только адрес новый запиши.
- Ты ушла от Тани?
- Нет. Приедешь, узнаешь.
- Скоро будем.
Ну, вот и повеселимся. Какой нежный и сильный Ваня. В его руках я никогда не помню чем, все заканчивается. Мои мозги просто отказываются помнить все.
Надо покурить, а то мне что-то уж очень волнительно стало. И юбку одеть между прочим, двое мужчин в дом придут, а ты тут бегаешь в ботфортах и с голой задницей. И еще в зеркало посмотреться и подправить личико надо. Ох уж эти гости лучше бы они минут на двадцать задержались. Но покурить надо обязательно, спокойно и не торопясь.
Так, прическа в порядке, макияж тоже, подкрасить губки. Все, я в боевой готовности. Ах да, юбка. Правда нужна она мне будет минут на двадцать максимум.
Входная дверь открыта. Я в ванной. Слышу, как они вошли.
- Ребята проходите в комнату, мне нужно пять минут, припудрить носик.
- Лизонька не торопись, мы сами все сделаем.
- Ванечка в тебе я никогда не сомневаюсь.
Меня не было минут десять. По звукам было слышно, как что-то мылось, звенела посуда, и вот все утихло. Значит мне пора.
Вхожу. Мило улыбаюсь гостям. Оба встали, увидев меня. Ваня просто обалдел. Его друг, тоже был шокирован.
- Ну, Лизонька, ты просто хорошеешь с каждым днем.
- Ваня, познакомь нас лучше.
- Конечно. Конечно. Это Иван.
- Тоже Ваня? Я сегодня могу, находясь между вами загадывать самые сокровенные желания?
- И они сбудутся. Они обязательно сбудутся.
- Очень приятно. А я, Лиза.
Ваню я знаю уже достаточно долго. Это хороший друг Тани, и хороший мой любовник. Он не ревнивый, не докучливый и всегда готов познакомить (читай положить в постель) меня со всеми своими друзьями.
А вот этого его друга я вижу впервые. Высокий, хорошо сложенный, темные волосы. От него веет силой и страстью. Ой, я, кажется, наброшусь на него прямо сейчас.
Мои гости сидят на диване. На столе стоит коньяк и фужеры для шампанского. В навалку лежат фрукты. Сервировка по-мужски.
- Ребята! Нельзя же так. Коньяк не пьют из бокалов для шампанского и фрукты надо на блюдо положить. А ну помогайте мне отнести это все на кухню. Я буду стол сервировать.
Подхожу к столику, наклоняюсь и забираю бокалы. Моя миленькая юбочка, уже практически на шее. А в зеркалах, моя ухоженная попочка. Как у Ванечек загорелись глазки. Но они покорно сгребают фрукты и идут за мной на кухню. Я плывущей походкой манекенщицы впереди и два мальчика, с трудом переставляющие ноги, от возбуждения, сзади.
- Это все фрукты или еще есть?
- Кажется что-то осталось в пакетах, - ответил второй Ванечка.
- Прекрасно, я разберусь. А вы пока возьмите вот эти бокалы и идите в комнату.
Какой у него голос. Я уже сейчас могу отдаться.
В пакете не оказалось фруктов, но там было шесть упаковок презервативов. Шесть умножить на три, получается восемнадцать. Т.е. они хотят меня по девять раз каждый? Ничего себе. Надо украсить презиками блюдо.
Торжественный внос фруктов состоялся. Все
