губ. Только почувствовала, как его рука уже гладит внутреннюю сторону бедра. Она не убрала чужую руку. Ей было приятно. Но, вместе с тем она почувствовала, что начинает сильно заводиться. Прикосновения незнакомого мужчины все сильнее возбуждали ее. Она не могла и не хотела больше сдерживать себя. Волна вожделения накатывала все сильней. Стало жарко. Она оторвалась от приятных, незнакомых губ, слегка оттолкнула его игриво и вскочила на ноги.
Тут же, нахально выхватила из рук Степана зажженную сигарету и жадно затянулась. Сделав несколько глубоких затяжек, Марина неловко затушила сигарету в пепельнице и выбежала на свободное пространство комнаты.
- А, что такая скукотища?! Где музыка?! – Марина начинала заводиться.
Сияющие глазки так и бегали озорно и лукаво. Ее неугомонно тянуло на подвиги.
Кто-то включил музыку.
- К вашим услугам!
- Я хочу танцевать! – услышали они ее озорной голос.
- Прошу, мадам! – Алан вежливым жестом руки показал, что ее желание выполнено.
Музыка лилась чувственно-эротическая. Тающие в душе звуки наполняли ее тело странной, неутолимой вибрацией. И, повинуясь им, Марина извилась в раскованном, свободном танце. Она не замечала, что гостей стало меньше. Из комнаты удалились две девушки, в сопровождении двоих парней. Она, так же не заметила, что пространство около нее стало плотнее. Ее окружили трое полупьяных мужиков. Выделывая немыслимые движения под эротическую музыку, они сужали кольцо вокруг женщины.
Становилось жарко. Алан расстегнул рубашку и сбросил ее. Его красивое, загорелое, крепкое тело очаровывало плавной игрой натянутых мышц. Красивое, молодое тело. И двигался он великолепно, увлекаясь в танце все больше. Его призывные, эротические движения тела вызывали у Марины возбуждение. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами и не могла отвести взгляда от его смуглого, красивого торса.
Танцуя, он приближался все ближе, играя ее чувствами. Цепкий взгляд не отпускал ее влажных от возбуждения глаз. Он танцевал так близко, что его дыхание приятным теплым ветерком касалось ее лица.
Она задрала голову повыше, чтобы лучше ощутить его дыхание. Одной рукой интригующе задрала подол платья выше талии, обнажив шикарные, чуть полноватые бедра с узенькой полоской трусиков, Другая рука маняще скользила по телу, откровенно дразня и призывая. Полные груди медленно колыхались в такт музыке и движеньям тела. Душно было невыносимо…
Остальные мужчины тоже поснимала рубашки.
Здоровенный Степан, с мощным накачанным телом и чуть пробивающимися на груди волосами лихо и легко для его комплекции танцевал чувственный танец. Красуясь мышцами, он поворачивался то одним, то другим боком, демонстрируя (скорее Марине) свое красивое тело. Одним мощным движением он схватил Маринку и прижал к себе.
Она ощутила его сильное тело. Она почувствовала, как бьется его пульс в крупных выступающих венах, услышала стук его сердца. Но, что больше всего ее поразило – это его большой, твердый член, упершийся ей в пупок.
От изумления она округлила глаза. Но остановиться уже не могла. Осязание кожей близости трех здоровых, накачанных, сильных мужиков, здорово распалило ее пьяное сознание. Легкий трепет тела ощутился в скованных возбуждением движениях. Тело уже плохо ее слушалось. Его призывный зов ориентировался уже на иные движения. Дыхание сперло так, что стало трудно дышать. Она попыталась распахнуть побольше и без того глубокий вырез на платье.
Это заметили все.
- Жарко? Разденься! Освободи тело! Ты очень сексуальна! – как издалека услышала она голос Алана.
- Преступно танцевать такой танец одетой! Танец страсти должен быть свободен от одежд! Ну же, смелей!
И она рванула с себя надоевшую одежду, платье и бюстгальтер полетели в сторону. Приятная свобода пахнула на нее освежающим ветерком. Лицо, шея и грудь ее, покраснели от возбуждения. Она чувствовала, что трусики на ней стали совсем мокрыми, а соски напряглись и стали торчком!
И в следующее мгновение три пары рук потянулись к ее прелестям. Она обмякла под их приятным напором и расслабилась, поднимая, поочередно, ноги, помогая мужчинам снять с нее трусики. Угар страсти затуманивал разум, одновременно зажигая огонь в груди. Она стояла голая в окружении мужчин. Их руки сжимали ее груди с напряженными сосками, тискали ягодицы, чьи-то пальцы скользнули в промежность, помассировал, скользкие от смазки и спермы Алана, губы и сжали клитор. Волна мощного оргазма накатила на Марину! Она выгнулась, подавая промежность навстречу мужским пальцам и шире разводя бедра, и завыла, кончая! – Ааауууу! Ааааа! – Она уже ничего и никого не стеснялась, возбужденная самка, наоборот, требовала от самцов удовлетворения.
