в дом, который знаешь с рождения. Дом, в котором все вещи лежат на тех же местах, на которых они лежали с далекого детства. А действительно, как бы открыть дверь в комнату своего детства. В солнечный, летний день, когда лучи солнца, согревают каждую вещь, к которой прикасался ты ребенком.
Я поймал себя на мысли, что за небольшое время, моего владения «Берегом души и иллюзий», я стал относиться к этому месту как к «дому детства». Вещи разбросаны. Порядок только сниться! В доме не чувствуется женской руки. Настоящее пристанище холостяка. Лично меня это очень устраивает. Убирать я ненавижу, но когда спотыкаешься на каждом метре, то приходиться навести «легкий марафет». А больше не нужно. Да, да, это мужская логика. Логика практичных и ленивых. Если обратить внимание на все изобретения созданные человечеством, то львиная доля была создана ленивыми гениями. Получается лень - это прогресс.
Первым делом я отправился на террасу. Море немного штормило. Брат-ветер создавал искусные прически волнам. В небе только легкие, перистые штрихи облаков. А солнце добавляло колоритные краски, увенчав мягким цветом всю эту идиллию.
Я наблюдал за величием природы и ловил себя на мысли. Вот оно настоящее и кратковременное счастье. Счастье не может быть долгим. Это кратковременное состояние. Стремительный апогей и постепенное сладкое затухание. Счастье это неподвластное, совершенно не предсказуемое состояние. Его нельзя запрограммировать. Счастье это состояние души, а не мозга. Никогда не понимал праздники – всеобщую какофонию идиотизма. Люди готовятся к ним. Программируют веселое настроение. У некоторых внутренние ощущения и внешнее веселье могут совпасть, и ощущения счастья возникнет. Но это единицы. Да и некто не гарантирует, что в следующий раз внешний и внутренний настрой совпадет. Для остальных, кто не поймал гармонию, есть алкоголь. Не счастье, но искусственный заменитель.
Нет, я не против праздников. Переоценить их важность не возможно. Но мне действительно, не нравиться навязывание общих устоев социума. Мы такие разные, но нас всех так хотят уровнять. Государство, религия, образование, воспитание, этикет – все силы брошены на борьбу с индивидуализмом. А мы с завидным постоянством всматриваемся в лица прохожих с надеждой найти тот самый «запретный плод», найти индивидуума. Мы стараемся соединить невозможное. Взрастить в себе индивидуальность, и, одновременно, связать с логикой социума. Нелепо, но факт.
После ритуального приветствия всем стихиям, я отправился на кухню. Это еще один мой ритуал. А именно, расслабление. Я достал турку. Прекрасная вещь купленная в исторических местах, в Библосе, в Ливане. Продавец так усердно уверял, что этой турке более 200 лет. Что это сумасшедший раритет. И я могу стать счастливым ее обладателям всего за 160000 лир (100$). В конечном счете, сошлись на 25$. Хотя я купил бы и за 100, но на Востоке терпеть не могут людей не торгующихся. Это у них в крови и это так возбуждает! Я всегда покупаю вещи, только если чувствую «тепло» от них. Я держал этот потертый предмет, на узенькой улочке, на которой каждый камень - это история. Я представлял того ремесленника, который, сидя в нищете, вкладывает всю свою светлую душу в это произведение. Того ремесленника, который надеется, что его вещи, так искусно вышедшие из-под его рук, послужат людям и после его смерти. И будут согревать людей, принося им радость. Вот так эта турка через два моря и пропутешествовала.
Я поставит турку на огонь, и постепенно кухню заполнил нежный, ароматный, обволакивающий запах кардамона. Мне показалось, что весь этот арабский колорит как-то даже изменил воздух вокруг меня. Атмосфере в доме становилась мягкой, тягучей и какой-то малореальной. Мое сознание отправляло меня в далекие арабские пески, а движения настолько замедлились, что кофе в турке чуть не сбежало. Я перелил кофе в чашку. Достал с полки «Коктебель» (как положено в наших местах, приобретенного у Петровича – грузчика коньячного завода) и, опрокинув пару глотков в бокал, отправился на террасу.
Я растянулся на шезлонге, смакуя коньяк и запивая кофеем. Наблюдай за торжественным схождением солнца в морской горизонт, за прибоем, ласкающим своим шорохом ухо, за безмятежной и величественной картиной бытия.
* * *
Наступали сумерки. Я лежал в полной прострации, и даже мысли в голове медленно переползали из одного полушария в другое, не желаю меня тревожить. По идее, в этом состоянии меня должны были посещать какие-нибудь глобальные, философские, умиротворяющие мысли о создании мира и нашей сути в нем, но вместо этого я чувствовал полное расслабление без мыслей, без целей, без задач, вне мира, вне жизни, вне разума. Это состояние, граничащее между сном и реальностью, полностью выбивает малейшее представление о времени. Сколько можно так балдеть? Сутки? Двое? А если бы всю жизнь?
Сколько я бы еще так мог пролежать, одному только Богу известно. Можно представить мое состояние, когда в минуты наивысшего состояния умиротворенности, душевного расслабления, Нирваны, я, практически в забытьи услышал нарастающее, мерзопакостное, занудное, отвратительное пиликание мобильного телефона. Ну, как мы должны были прогневить Бога, чтобы он послал нам такое «гениальное изобретение»! Где тот злой гений, создавший столь изощренное орудие пыток. Взял бы огромную каменюку, и как дал бы по башке. Честное слово! Ради спасения человечества, можно пару лет отсидеть в тюрьме.
Современный человек просто не может без и-нета и мобильного телефона. Это нонсенс! Но если от и-нета можно спрятаться или, по крайней мере, забыть на пару дней, то это «чудо враждебной техники» просто наше наказание. Если припомнить сколько раз он звонил в совершенно неподходящие минуты. А сколько «министрессов» по его милости произошло за время «гордого шествия по планете», можно узнать только у психотерапевтов. Да, и интересно, есть ли такая статистика? Я думаю, что цифра будет астрономическая. Самая большая проблема, что без этой игрушке мы не можем прожить?! Мы как-то неуютно себя чувствуем. Нам даже скучно! Так что прежде чем звонить, стоит подумать, нужно ли. А лучше отправить SMS. От этого хоть меньше зла. И если адресат сочтет необходимым перезвонить, то сам свяжется. А ты пять минут можешь посидеть «с помытой шеей». Хотя можно отправить сообщение и такого содержания «Срочно перезвони. Минуты решают все», или «Твоя жизнь зависит от этого звонка», или «Все пропало. Если не хочешь получить инфаркт, то перезвони, я тебя подготовлю». Но лучше просто: «Вопрос касается контракта. Как будет время, перезвони», в таком случае, есть хоть возможность сказать, что: «Телефон лежал так далеко. И все выходные мы с ним не встречались». Вот такой вариант меня бы очень устроил.
Возвращение в реальный мир было столь внезапным, что я даже не успел подумать, как рука автоматически подхватила телефон со столика и, описав полукруг над моей головой, швырнула этого маленького «убийцу нервов» с обрыва прямо в море.
Какое же это удовольствие! Это непередаваемое ощущение полного экстаза! «Парижский парк развлечений» просто отдыхает! Когда-нибудь поступи так же. Я тебя уверяю, что ощущение и удовольствие будет гораздо дороже, чем деньги, потраченные на эту игрушку. Ощущаешь падения с плеч всех проблем, хлопот и неурядиц. Vive, la vie!
Несколько минут я сидел в легком шоке, вспоминая, что было ценного в телефонных записях, что нельзя восстановить. Но я давно уже перестал расстраиваться по пустякам. Значит, так тому и быть. Я поднялся с шезлонга и направился в дом «пошептаться со звуком». Так я говорю, когда хочу немного посочинять музыку.
За окном уже смеркалось. Я сидел в своей «студии» и мешал коктейль из звуков синтезатора и гитары, обработанных на компе. Есть, конечно, плюсы цивилизации. К примеру, можно вот так, в одиночестве, управлять целым оркестром и слышать готовый вариант композиций. В считанные секунды, изменить любую ноту, поменять такт. Сколько времени пришлось бы потратить Баху, Бетховену, Вагнеру, Вивальди, чтобы переделать незначительную часть и услышать, что из этого вышло. Но то Великие, у них в головах в готовом виде уже слышалось полное произведение. А нам проще.
Я балуюсь со звуком не так часто, но во время этого «интимного» процесса я должен быть в
