- Я буду подпольщицей, а ты будешь меня пытать.
- Как?
- Придумай. Ты же мужчина!
Я молча зашнуровывал ботинки.
- У меня наручники есть, - сообщила Наташка, - Настоящие.
- Что еще? – не поднимая головы, спросил я.
- Кожаная плетка, собачий ошейник, противогаз…
- Противогаз?
- Им душить можно, - пояснила Наташка, - У меня отчим военный, принес когда-то.
Я вспомнил, как сам в армии издевался над салагами, затыкая им фильтрующие коробки перед марш-бросками.
- О кей, душа моя. В следующий раз примеришь.
- А чего не сейчас? – изменившимся голосом спросила Наташка.
Я поднял голову и обмер. Вместо Наташки на меня в упор смотрела пучеглазая слоновья морда.
- Тьфу ты, предупреждать надо! – икнув, дернул я её за гофрированный хобот, - С тобой заикой станешь.
Как ни странно, противогаз Наташке шел. Ну, не в том смысле, что она была страшнее, чем он, но голышом в этой жутковатого вида маске она смотрелась чертовски пикантно.
- Ты что-то про наручники говорила?
Не снимая противогаза, Наташка, кинулась рыться по ящикам.
- Ура, вот они! – радостно гугукнула она вскоре, потрясая никелированными милицейскими браслетами.
- Ключи есть?
- Ага.
Я завел ей обе руки за спину и бережно защелкнул браслеты у неё на запястьях. Потом взял на руки и понес в спальню. Наташка громко сопела мне в лицо. Я положил её на кровать и связал ноги ремнем. Она не сопротивлялась, ожидая продолжения. Но вместо этого я посмотрел на часы и направился к двери.
- Эй, ты куда? – испуганно промычало чучело в противогазе.
- Извини, мне пора бежать. Запудрила ты мне мозги своими играми!
- А как же я?!!
- А ты будешь лежать здесь и ждать. Ключики-то – вот они!
- Скотина! – завыла Наташка, гусеницей извиваясь на кровати, - Меня отчим убьет!
- Я не понимаю, что ты там мычишь.
- Развяжи меня!
- Пока. Не скучай.
Я вернулся через десять минут с двумя бутылками шампанского. Наташка встретила меня радостным хрюканьем.
- Думала, я тебя бросил? – чмокнул я ее в морщинистый резиновый лоб, - Не дождешься!
Первую бутылку я вылил ей прямо в хобот, и пока она судорожно кашляла, захлебываясь дорогущим брютом, вдумчиво смотрел на нее, прихлебывая из своего бокала. Когда хлопнула вторая бутылка, Наташка в ужасе отпрянула, думая, что я намерен повторить трюк. Тогда я сорвал с нее маску и расцеловал залитое шампанским распаренное красное лицо. От него нестерпимо воняло резиной, косметика расплылась, в глазах стояли слезы, но в тот момент Наташка показалось мне самой желанной девушкой на свете.
- Не плачь, любовь моя! Пей!
Наташка с обожанием посмотрела на меня и в три глотка осушила поднесенный к губам фужер.
- А теперь закуси!
Наташка послушно зачмокала, и через минуту я со стоном кончил ей в рот.
- Вкусно было, Богатырева?
- Угу! – кивнула Наташка, облизывая губы.
Я погладил послушную девочку по голове и приставил к ее подбородку воняющий кислятиной противогаз.
- Не надо, Кочетов, - мотнула она головой, - Надоел уже этот намордник.
- Ну, не надо, так не надо, - пожал я плечами, убирая маску, - Отложим до следующего раза.
Признаться, мне и самому было неловко продолжать мучить свою пассию, хотя она и имела к этому явную склонность.
Когда я расстегнул наручники, она тут же принялась стягивать с меня штаны.
- Как, опять? – притворно возмутился я.
- Не опять, а еще! – сказала Наташка, - Ты не забыл, куда женщин трахать полагается?
- Не гони, Богатырева, я же не робот!
Мы разлили по фужерам остатки шампанского и выпили. Закусить я Наташке в этот раз дал не до конца, ибо дружка предполагалось использовать по прямому назначению. И вскоре он снова встал на боевой взвод.
В качестве прелюдии я сделал Наташке скобку – засунул ей указательный палец в киску, большой вставил в зад, свел их там вместе и потер друг о друга через стенку кишки. Наташка сладострастно замурлыкала, выгибаясь, словно пантера. Тогда, не вынимая большого пальца из её зада, я приставил к киске член и сделал резкое движение бёдрами.
- Ах! – выдохнула Наташка, принимая удар внутрь себя.
Понятное дело, такой вариант был для неё приятнее всего. Да и мне было, в общем-то, по кайфу долбить её в предназначенное природой отверстие. Наташка, если в настроении, вполне может сделать его тесным и приятственным местечком.
-А-ах!!! А-а-а!!!
-Р-р-р!!!
Член раз за разом входил в неё, словно поршень. Засаженный в жопу палец буквально раскалился от трения. Наши губы то сливались в жарком поцелуе, то я буквально вгрызался в наташкины сиськи, не забывая при этом остервенело работать корпусом. Размах и амплитуда этого радостного соития увеличивались, кровать под нами тряслась и угрожающе скрипела. Наконец, по телу Наташки пробежала сладкая судорога. Ну, подумал я, теперь можно и мне. Есть, правда, одна опасность, но с ней я научился справляться.
- О, кайф!!!
Почувствовав, что больше не могу сдерживать горячие чувства к этой похотливой тёлке, я резко выдернул член и в судорогах кончил ей на живот.
- Кажется, твой пальчик до сих пор у меня в попе, - сказала раскрасневшаяся от удовольствия Наташка, - Пошевели им.
Я пошевелил.
- Вау! Не вытаскивай пока.
- Как скажешь, моя королева!
После хорошего секса её всегда тянуло на странные поступки и болтовню.
- Скажи, Кочетов, а почему ты не признаёшь резинки, раз боишься, что я залечу?
- Зато ты, похоже, не боишься. Сама-то почему «Постинор» не глотаешь?
- Я первая спросила!
- Ты только что полчаса в противогазе просидела. Понравилось?
- Не очень. Всё лицо сопрело.
- Вот и моему дружку резина противопоказана.
Наташка вздохнула.
- Ты меня любишь?
- Ага!
- А ты со мной будешь?
- Ага! – я чмокнул её в носик.
- Мне уже двадцать один год. Когда моей маме было столько же, у неё уже была я.
- Мои поздравления твоей маме.
- Скотина! – неожиданно вспылила Наташка, - Высунь палец из моей жопы и не смей меня больше трогать!!!
- Слушай, а ты часом уже не того? – насторожился я.
Третья истерика за день, не многовато ли для неё.
- Что ты сказал?!
- То самое. Так психуют только нервнобольные и беременные.
- Упс, - притихла Наташка, - Извини, я сейчас.
- Ты куда?
- В туалет.
Я всё понял. Пошла делать тест на беременность.
- Если две полоски, лучше оттуда не выходи! – вырвалось у меня, - Учти, я предохранялся, как мог.
- Хреново ты предохранялся!!! – донеслось из сортира.
У меня подкосились ноги.
Эпилог
Невеста была с маленьким аккуратным животиком и на свадьбе почти не пила. Похоже, она была счастлива.
