больше открылась и я увидел маленькую дырочку внутрь. Я заработал языком...
- Иди ко мне, - переводя дыхание пригласила она.
- Как?
- Ложись сверху, только держись, не задави...
Я с неохотой оторвался от ее сладкой промежности, но повиновался. Мой напряженный писюн оказался рядом с ее нежным цветком. Оля ловко поймала моего друга и направила себе в ту самую волшебную дырочку.
- Ну, давай, двигай туда-сюда, - сказала она.
Я подался вперед и мой ждущий чего-то невероятного аппаратик вошел в ее детское влагалище! То что я ощутил, было сверх ожидаемого, волна восторга погружения в мягкое, влажное, горячее девичье лоно охватила меня. Я стал работать, двигая писюном внутри.
Сколько это длилось, сказать не могу, член все больше напрягался, Оля в какой-то момент выгнулась, прошептала что-то похожее на: "хорошо...." и обмякла. Еще несколько секунд я двигал прибором, потом он сильно напрягся, раздулся и как будто что-то выплюнул из себя внутрь Олиного влагалища. Я тоже обмяк, как-то сразу потеряв силы, еще немного поработал дико пульсирующим писюном и с неохотой вынул его из Ольгиной вагины, которая, выпуская меня тихо чмокнула, как бы благодаря и прощаясь. Я рухнул рядом с ней на траву, такого блаженства я не испытывал никогда....! Оля лежала без движения, я тоже, мне было жарко и пот стекал с меня ручьями.
Прошло несколько минут, мы очухались, я сел и опять осмотрелся, сознание стало возвращаться, а осторожность, при таких событиях, нам не помешала бы. Все было спокойно.
- Так хорошо мне еще никогда не было. Борька никогда мне там не целовал, сразу тыкает своим ..., - по детски обиженно произнесла Ольга.
- А ты еще так сможешь? - спросила она
- Не знаю, отдохнуть надо, - ответил я
- Давай отдохнем, - согласилась она, посмотрев на мой обмякший писюн. - Ты сможешь, я знаю, у Борьки всегда получается два раза, а иногда и три, он тоже отдыхает.
Я постелил свою майку, трусы и шорты рядом с ней и тоже лег. Мы замолчали, я закрыл глаза, мне показались, что даже на какое-то время уснули. Очнулся я от прикосновений к своему члену. Открыл глаза, Ольга сидела и играла моим приборчиком, она его гладила, пробовала ласково дрочить, а потом спросила меня: "А можно я его тоже поцелую?". "Да" - ответил я. Она, придерживая вертикально член, сначала аккуратно поцеловала его в самую головку, потом еще, потом еще... Затем, целуя, она стала опускаться к яичкам и опять вверх, второй рукой теребя яички. Когда она опять дошла до головки, на секунду замерла на что-то решаясь, а потом взяла ее целиком в свой горячий ротик. Писюн сразу начал напрягаться, а когда она еще стала щекотать его язычком, он быстро принял свою "рабочую" форму.
- Теперь опять ты, - сказала Оля.
И я вновь, теперь уже имея маленький опыт, принялся за дело. Я опять начал перебирать влажные мягкие складочки теперь уже желанной Олиной вагины, целовать их, нежить языком. Теперь я уже знал, что у нее есть дырочка, попасть в которую великое удовольствие. Не дожидаясь, когда губки раскроются сами, я раздвинул их пальцами сам. Ольга лежала, млея от удовольствия, и я не стал долго ждать, опять взобрался на нее, направил свой алчущий удовлетворения член в ее раскрывшееся как цветочек лоно и легко ввел его в жаркую глубину приятно тесной пещерки смазанную истекающими из нее соками и моей слюной. Я чувствовал, что теперь смогу продлить это восхитительное действие на более долгое время, чем прошлый раз. Мои движения были уже более осознаны. Ольга лежала с закрытыми глазами, а я напротив, старался рассмотреть все как следует: ее голое тельце, полностью отдавшееся мне и распластанное на сарафанчике, свой набухший орган, двигающийся в ее раскрасневшейся писечке. Слышалось только наше сопенье, аппетитное чавканье Олиного влагалища, поглощающего мой член и хлопанье моих яичек об ее попку.
Вдруг в эту идиллию вмешался какой-то посторонний звук, я замер, осмотрелся. По краю поля шел сторож, видимо, делая обход по охраняемым бахчам. Нас он, конечно, увидеть не мог, надо было только вести себя тихо.
- Не останавливайся, еще.., еще..., - прошептала пересохшими губами Оля.
Не желая расставаться с ее жаждущей наслаждения вагиной, я ввел свой член как можно глубже, прижался к ней, стараясь при этом не задавить и шепотом на ухо сказал ей про сторожа и что надо молчать. Она не пикнула, только обхватила своими ножками мой зад и прижала меня к себе. Я следил за сторожем пока он не ушел на достаточное расстояние. За время наблюдения и бездвижия возбуждение почти прошло, мой прибор несколько обмяк и уменьшился в размерах. Когда опасность миновала я оторвал взгляд от уходящего дядьки. Находясь уже почти в трезвом уме я, как будто в первый раз увидел то, что меня окружало: прохладную тень шалаша, постеленный на траву сарафанчик, голую девчонку – его владелицу, всем телом прижавшуюся ко мне, обнявшую меня руками и ногами.
Я «вспомнил» все, чем мы только что занимались и то, что мой пенис находится внутри девчоночьей писи. Приятная волна возбуждения прошла по всему телу, заставив дернуться член, приводя его в «чувство». Я начал двигаться, Ольга расслабила свои ноги, давая мне свободу. Мой орган опять начал принимать нужные размеры. Я неистово гонял его во влагалище. Хотелось ввести его очень глубоко, но наша поза не давала мне это сделать. Поддаваясь интуиции я сказал:
- А давай по другому попробуем.
- Как?
- Ложись на правый бок...
Я медленно вынул свой разгоряченный член из ее воспаленной розочки, которая при этом чмокнула уже знакомым звуком и посмотрел на него. Я его еще не видел, чтобы он достигал такого размера! Не открывая глаз, Оля послушно повернулась на правый бочек. Левой рукой я приподнял ее левую ногу, опять стало видно желанное, влажное от сладостного излияния влагалище. Я поднял ножку еще выше, лепестки розы окрылись, приглашая войти... Я на коленях придвинулся ближе и правой рукой направил туда свой возбужденный орган, ее еще худенькую девчачью ножку опустил на свою левую ногу, при этом нежные половые губки и сама писечка сжались, стало тесно, а от этого еще приятней, я начал движения. Получалось не очень, я чувствовал, что в этой позе смогу достигнуть самых глубин, но из-за того, что Ольга лежала на боку, при моих толчках сильно раскачивалась.
Тогда я руками взялся за ее бедра, не давая отпружинивать и дело пошло, я вводил свой член до самого корня, какой восторг! Его кончик стал достигать какого-то бугорка внутри, от этого наслаждение еще больше увеличивалось, своей промежностью я ударялся о ее промежность, яички скользили по ее правой ноге, а моя правая нога касалась ее попки и спины. В экстазе я стал делать движения не только внутрь, но и изменять направление и угол входа в вагину. Сколько это продолжалось, не помню, напряжение возрастало, я чувствовал приближение конца и инстинктивно увеличил скорость движений, член резко прибавил в размерах, я сдерживал себя, стараясь продлит удовольствие, Ольга застонала и немного выгнулась, это подлило масла в огонь, терпеть я больше не смог и мой везунчик забился в конвульсиях! Я сам в этот момент взлетел куда-то к небесам, на земле меня не было, это точно. Вряд ли из меня изливалась сперма, до этого я за собой еще не замечал ее присутствие, но экстаз был грандиозным!
Не спеша, я вынул свой совсем обмякший писюн из ставшего уже красным разбухшего лона. Знакомый чмок и я уселся рядом. Мне опять стало жарко и пот начал заливать, но теплый летний ветерок, гуляющий в шалаше, остужал и обсушивал меня. Несколько секунд Оля еще лежала на боку, а потом откинулась на спину, распластав руки и раздвинув вытянутые ноги, видимо ей тоже было жарко. Я понимал, что сейчас она со своей детской фигуркой и разварашенным раскрасневшимся маленьким влагалищем была полностью в моей власти. Если бы я сейчас опять накинулся на нее, она даже помогла бы мне.... Мне и хотелось это сделать, глаза, сознание подталкивали к этому, но физическое состояние говорило об обратном. Было очень обидно упускать такую возможность, но что было делать... Тут мне в голову пришла мысль: "А ведь это можно повторить и в другой раз...", но предложить это Ольге я не осмелел, тем более что она еще была в прострации.
Шло время, я все больше успокаивался, сознание вошло в нормальное русло и это вызывало большой восторг от понимания того чуда, которое со мной случилось и изумительного вида обнаженной девчонки лежащей передо мной и не прячущей от моего взгляда свою лоснящуюся влагой писю, сладкими услугами которой я только что пользовался.
Оля тоже пришла в себя, села. Мы молчали. Некоторое время спустя, она похоже окончательно пришла в себя и сказала:
- Во здорово…! С Борькой так не было.
Мы еще посидели голые. Потом Ольга надела трусики и сарафанчик, спрятав от меня, казалось, навсегда лепестки своей розочки. Я последовал ее примеру и натянул на себя одежду, запихнув свой уставший писюн в трусы.
- Пошли? - сказала она.
- Пойдем, - ответил я.
Мы выбрались из шалаша, предварительно осмотревшись, и побрели домой. Светило летнее солнце, дул ветерок, летали бабочки. Мелькнула мысль: "Как будто ничего и не было", о происшедшем напоминала только усталость в теле. Когда мы прошли почти половину дороги, Оля вдруг сказала:
- А давай еще туда сходим...
- Сейчас? - удивился я.
- Нет. Ну, завтра или послезавтра, - маленькая пауза и уже тише, - лучше завтра...
- Давай! - с охотой сказал я, радуясь тому, что она озвучила мое желание.
Ну, а потом, шествуя домой, договорились встретиться все-таки завтра и встретились, и все повторилось. Мы стали общаться, встречаться не только в шалаше, но и в беседке. Обсуждали то, что делали, придумывали и потом пробовали в шалаше новые позы. Пробовали как собачки, пробовали, когда она садилась на меня сверху, пробовали лежа оба на боку, пробовали, пробовали, пробовали..., набирались опыта, впадая все глубже в зависимость друг от друга. Встречались мы до тех пор, пока меня не отправили, как и обещали в деревню, правда, к моей большой радости, не через две, а через три недели.
Когда я вернулся, узнал, что Борька давно уже дома и с Ольгой мы потом долго не виделись. Мне было тяжело из-за отсутствия возможности заниматься "этим" с такой классной девчонкой. Правда в деревне я кое-что сумел сделать, да и потом как-то придумался выход из ситуации, но это уже другие истории. Но этот первый раз я помню всю жизнь. Живо помню этот первый показ писи, помню трепетный восторг от впервые увиденного открывания нежных половых губок детской вагины, помню первое ощущение от погружения члена в горячее лоно, помню чмоки прощания... Спустя много лет, возвращаясь мыслями к этим событиям, будучи не просто свидетелем, а участником их, не могу понять, как эта маленькая девочка могла получать такое удовольствие и испытывать оргазм…
