сарафан, а затем сняла трусики. Лифчика она не носила. Мы с Олей тоже разделись догола. Я, все еще пристыженный замечанием тети Иры, старался поменьше пялиться на них и возбудился не сразу. Лишь только под пристальным взглядом Оли мой пенис, как удав под дудку заклинателя змей, потянулся вверх и, подрагивая, напряженно замер. Но это продолжалось с полчаса, не больше. Когда я, пусть исподтишка, но вдоволь насмотрелся на девочку и женщину, волна возбуждения схлынула.
Я уже не обращал внимания на пристальные взгляды Оли и на ее комментарии, когда моя писька то поднималась от возбуждения, то опускалась, если я задумывался о чем-то другом. Мы сели за стол и поиграли в подкидного дурака. Потом тетя Ира сказала Оле:
- Оденься и сходи, пожалуйста, в магазин за хлебом.
- Так у нас есть хлеб.
- Он уже черствый, я лучше сухарей насушу.
Оля нехотя оделась, взяла деньги и авоську. Когда она ушла, тетя Ира подозвала меня к себе. Я встал из-за стола и сделал к ней три шага, и только что висевший член мой подскочил, потому что она сидела на стуле, раздвинув колени. Тете Ире, похоже, нравилось, что она меня возбуждает, ее нисколько не смущал мой торчащий член, Да я и сам перестал его стесняться.
- Ты большой мальчик, - констатировала тетя Ира, потрогав указательным пальчиком дырочку на головке моей письки. - А большим мальчикам вредно не давать выход эмоциям. Дрочишь?
- Это как?
- Как? Как все мальчишки, вот так:
Она зажала большим и указательным пальцем крайнюю плоть, приоткрыла головку и оттянула кожицу обратно. От этого мой орган начал, напрягаясь, подрагивать.
- Нет, - ответил я, и это было правдой.
- Я помогу тебе немного выпустить пар, я вижу как ты перевозбудился за эти дни. А ну-ка, побрызгай на меня.
Тетя Ира сильнее развела колени, открыв для моего обозрения свои большие и малые половые губы, сжала в кулаке торчащий член, поводила по стволику, а когда он стал тверже стального прутка, привлекла меня к себе и зажала его между своих грудей.
- Давай, подвигай попкой!
Двигая тазом, я начал тереться своим членом о ее упругие груди. Коленкой я ощущал ее горячие половые губы, которые набухли и стали влажными. Головка то появлялась в ложбинке меж ее грудей, то исчезала. Тетя Ира крепко сжимала свои сиськи руками и слегка терлась вагиной о мою коленку. Волна наслаждения, никогда ранее не испытанного, накатывала на меня. Острые импульсы прокатывались от яичек к головке, а потом что-то сдавило в промежности, но я не мог остановиться, двигал попой все сильнее и быстрее, пока струи спермы не излились из головки на подбородок, шею и грудь тети Иры. Она расслабила руки, ее груди освободили мой член, который стал болезненно чувствительный, но продолжал напряженно стоять.
Тетя Ира размазала мою сперму по лицу, шее и груди. А я, все еще возбужденный, стоял около нее. Она взяла рукой мой членик и выдавила из него последние капли. Тут открылась дверь, и вошла Оля.
- А чего это вы делаете? - удивилась она.
- Коле показалось, что у него там заноза. Я хотела вытащить.
- Где заноза, а можно я посмотрю? - она приблизила к моей письке лицо. - Мам, а это что?
Оля показала пальцем на белую капельку, опять выступившую из моей дырочки.
- Ничего, у мальчиков такое бывает.
Вечером в десять часов тетя Ира отправила нас спать. Я уснул довольно быстро, но около полуночи проснулся, мне захотелось в туалет. Я спустился вниз и, проходя мимо двери в комнату тети Иры, заметил, что там горит свет. Я справил нужду, полюбовался звездами, замерз, а, вернувшись в дом, был поражен увиденной картиной. В полоске света, пробивавшейся из комнаты тети Иры, стояла в одних трусах Оля. Она смотрела в щель приоткрытой двери, оттуда раздавались какие-то стоны и кряхтение. Одна рука Оли была запущена в трусики, она там ею шевелила. Заметив меня, она отскочила от двери и быстро вынула руку из трусов.
Не сумев превозмочь любопытства, я тоже заглянул в щелку приоткрытой двери. Тетя Ира, совсем голая, лежала на тахте, раздвинув ноги, а между ее ног на коленях стоял голый мужик и совершал такие же движения, как я сегодня днем, «выпуская пар». Мужик при этом кряхтел, а тетя Ира стонала.
Я взял Олю за руку и потихоньку потащил наверх.
- Подглядывать нехорошо, - шепнул я ей.
- Они трахаются, - констатировала Оля.
- Они взрослые, имеют право, - ответил я.
- А ты когда-нибудь трахался?
Я не знал, можно ли назвать полноценным траханьем мой давешний оргазм, но все равно ответил:
- Нет.
- И я - нет.
- Нам еще рано.
- А мальчики могут сделать себе хорошо?
- Как, то есть?
- А вот девочки могут. У меня есть секрет, хочешь покажу? Только ты маме не говори, ладно?
- Ага.
- Иди сюда.
Она повела меня в свою комнату. В окно светила луна, было довольно светло. Оля сняла трусики.
- Только ты мне свою писю покажи, ладно? Я обычно смотрю на картинку, но на живого мальчика смотреть интереснее. Я вообще только у тебя в первый раз, не на картинке увидела.
Я приспустил трусы.
- Чтобы стало хорошо, я вот как делаю.
Оля села на тахту и расставила ноги. Двумя пальчиками она принялась водить вдоль своей щелки, не отрывая взгляд от моего членика, который моментально стал возбуждаться.
- Мои пальцы - это как будто пися мальчика, - прокомментировала она. - А мальчики так не могут.
Мое возбуждение стало нестерпимым. Я сжал свой член в кулаке и начал им быстро двигать.
- Зато мальчики вот как могут: мой кулачок - как пися девочки, - в тон ей ответил я.
- Здоровско! - восторг Оли был неописуем.
Когда я почувствовал близкую эякуляцию, то приблизился к Оле и выпустил свои струи ей на живот. Кончал я долго, наверно даже дольше, чем на тетю Иру. Оля перестала мастурбировать и подставляла ладошки под стекающие струи.
- Что это было? - спросила Оля.
- Я кончил.
- Тебе было хорошо?
- Да.
- Это твои детки? - она поднесла к лицу ладошку, вымазанную спермой, и лизнула.
- Да.
- А еще так можешь сделать?
- Не сейчас. Потом. Попозже.
- А мне иногда много раз бывает хорошо. Вот сейчас уже два раза было.
- А хочешь, я тебе приятно сделаю?
- Только не надо оплодотворять мои яичники.
- Нет, не буду, - заверил я.
Где-то я слышал слово «куннилингус» и примерно знал, как его делают. Я встал на колени и припал к ее щелочке языком. Она была сладко-солоноватая на вкус, я лизал ее как мороженое, а тихие вздохи Оли приводили меня в возбуждение, несмотря на только что испытанный оргазм. Я лизал ее до тех пор, пока она не задергалась и не застонала.
- А теперь ты мне, - я поднес к ее рту свою писю.
И она лизала ее, сжимала рукой и своими губами, а когда, конвульсивно дергаясь, я заполнил ее маленький ротик своей спермой, она выпустила мой член и восторженно произнесла:
- Получилось!
За эти две недели я выпустил столько спермы, что ею, наверное, можно было наполнить большую ванну. Я так ни разу и не выходил за пределы участка и не искал себе друзей, мне и тут хватало развлечений. Утром мы загорали или ходили по дому нагишом в ожидании момента, когда можно будет дать выход эмоциям. Днем тетя Ира отправляла куда-нибудь Олю и помогала мне «спускать пар». Ночью я помогал спускать пар Оле, а заодно и себе. А под конец тетя Ира разрешила мне войти членом в предназначенное для него место, но это уже другая история.
