что с этой сукой делать!»
Тем временем вся компания похотливо пялилась на соблазнительное девичье тело, заставляя Катю поверхностью кожи ощущать голодные мужские взгляды. За столом уже вовсю обсуждалось развитие ситуации, и возможные способы употребления Катиного тела для удовлетворения плотских потребностей десяти разгоряченных алкоголем самцов, сопровождаясь грязными репликами в адрес интимных мест, от чего ее кожа покрылось мурашками а в голове пульсировал страх, стыд и нарастающее возбуждение внизу живота, вызванное дикостью и непредсказуемостью происходящего с ней.
Посоветовавшись с друзьями, из-за стола встал Кузьмич и еще один здоровяк, бандитского вида, по имени Колян. Они подошли к Кате один спереди, другой сзади и начали разговор:
-«Девочка, у тебя два варианта: либо ты будешь с нами ласковая и сделаешь, что попросим, или мы тебя трахнем и закопаем, так что выбирай, сучка.»
Для пущей убедительности, между Катиных ягодиц, прямо в аннус, уперся холодный ствол охотничьего ружья, от чего Катя задрожала еще больше от страха и возбуждения и согласилась быть ласковой и выполнять все, что прикажут. Компания с удовольствием приняла Катино согласие, и ее, дрожащую, усадили голым задом на толстое бревно, лежащее недалеко от стола, приказав пошире раздвинуть ноги, выставив на широкое обозрение раскрывшиеся половые губы и вход во влагалище. Не веданное раньше возбуждение пронзило женскую плоть, и на бревне, между Катиных ног заблестел ручеек густой прозрачной жидкости.
-«Мужики, смотрите, эта сука потекла, она нас хочет, кто первый ее будет трахать?»
-«Предлагаю следующее: играем в карты, кто выигрывает, тот первый, потом следующий, и так до последнего.» Предложил, самый авторитетный из всех Кузьмич. «Делаем с ней что захотим, единственное условие, не калечить, чтобы она досталась всем.»
Все согласились, и начали игру за право быть первым, а Кузьмич приказал Сергею и Андрею, не принимающим участие в игре, развернуть Катю задом и нагнуть, поставив разведенными коленями на бревно, и раздвинуть ей ягодицы.
-«Спинку то прогни, сучка, и попку отклячь!» Раздавались требования из-за стола. Катя с готовностью прогибала и отклячивала, все что просили, вызывая одобрительные возгласы играющих на нее мужиков. Сергей и Андрей поддерживали ее за набухшие от возбуждения груди и старательно раздвигали ягодицы, демонстрируя сочащийся соками вход и судорожно сокращающийся аннус, в такт волнам испытываемого ей оргазма. Чтобы придавать Катиному извивающемуся заду еще большей старательности, Сергей награждал его смачными шлепками, доводящими Катю до исступления. Катин конвульсивно вздрагивающий зад, покрасневший от громких шлепков, весь блестел от обилия смазки, хлынувшей в такт захлестнувших ее волн блаженства, и являлся центром пристального внимания возбужденной до предела компании, предвкушающей приближающийся праздник плоти.
Кузьмич выиграл первым.
-«Тащите ее сюда!» Приказал он парням.
Вмиг, Катька оказалась поставленной на четвереньки рядом со столом с игроками.
-«Лезь-ка под стол, поработай ротиком, красавица!» Скомандовал Кузьмич и освободил из ширинки увесистый половой орган.
Катьку слегка пнули в зад ногой, чтобы придать ей проворства для исполнении приказа Кузьмича, и она, быстро переставляя колени, поползла выполнять его прихоть между двух рядов ног, продолжавших играть на нее, наглых, пьяных жлобов, жадно лапающих, протискивающуюся под столом, голую девицу. Вот ее голова оказывается между ног у Кузьмича, и Катя начинает прилежно, с неподдельной охотой, выполнять первое задание, нежно обхватив ртом и руками его половой орган и яички, наполненные изрядно накопившимся семенем. Катя, где-то около получаса старается над гениталиями Кузьмича, ощущая при этом ритмичное надавливание чьей-то голой ступни между ягодиц, вынуждающее ее до упора проглатывать готовый к извержению ствол, чьи-то руки пощипывают ее соски, а ее аппетитный зад и талия, то и дело, провоцируют мужиков на грубоватые похлопывания.
От Катиного испуга ничего не остается, кроме поглотившего ее желания отдаться всем присутствующим, по очереди и вместе, и как угодно, как прикажут, лишь бы продолжалась эта безумная оргия, разбудившая в ней животную страсть похотливой самки, готовой с наслаждением подчиняться пьяным мужикам и унижаться перед ними, быть подстилкой, грязной сучкой, хочется чтобы ей грубо приказывали, обзывали самыми последними словами, пинали и трахали, трахали, трахали. Сейчас ее заполняет нарастающее пронзительное удовольствие, и желание совокупиться с дюжиной нахальных, бесцеремонных подонков, которые могут ее убить после того как вволю с ней позабавятся, а может и раньше.
В то время пока Катя, жадно проглатывала проникающее ей в горло, на всю глубину, мужское достоинство, ласково обволакивала его головку губами, облизывала и всасывала ртом яйца, скользила по стволу язычком, изо всех сил стараясь, чтобы Кузьмич остался доволен, из-за стола несколько раз звучал вопрос:
-«Кузьмич, как она у тебя, классно отсасывает?»
-«Как сосет то, скажи хоть?»
Кузьмич старался не подавать вида, что Катюша работала ртом, так хорошо, как никто до нее, поэтому отвечал нехотя:
-«Скоро сами проверите, мы ее не отпустим, пока все с ней не позабавитесь, а потом поделитесь впечатлениями!»
По знакомому Кате пульсированию мужской плоти, она чувствует, что, вот-вот, ей в горло польется сперма, которой будет много, и от всего этого она начинает в очередной раз кончать, обильно вырабатывать смазку, судорожно сжимать ноги и вздрагивать мокрым задом. Катьку сводит с ума то, что ее шлепают по заднице, на которую текущая из влагалища смазка попадает благодаря ноге, подталкивающей ее прямо в промежность, навстречу Кузьмичу, готовому выстрелить ей в рот заряд семени.
-«Глотай, все, сука, до капли, не дай бог выплюнешь!» Проревел Кузьмич, начинающий накачивать Катькино горло спермой.
Катька, задыхаясь от собственного оргазма, едва успевая пить полившийся в нее могучими толчками поток, не пролила ни единой капли семени, послушно проглотив все, чем наградил ее рот Кузьмич, за полчаса удовольствия. Когда Кузьмич удовлетворенно достал из Катиного рта обсосанный, тщательно облизанный, начинающий обмякать орган, она продолжала испытывать оргазм за оргазмом, издавая освободившимся от члена ртом громкие, сладострастные стоны, распаляя желание остальных претендентов, заставляя твердеть и намокать просящееся наружу содержимое их штанов. Одуревшая от непрекращающихся оргазмов Катька, получив несколько направляющих пинков и с десяток громких шлепков по дергающейся заднице, испытав еще одну порцию острого наслаждения от унизительного обращения с ней, как с подстилкой и грязной потаскухой, кое как выползла из под стола.
Сергей и Андрей, были до предела возбуждены Катиной страстью и искренним желанием удовлетворять самые дикие и развратные прихоти играющих, исполнение которых дарило ей сумасшедшее наслаждение, они отнесли ее на бревно для ожидания приговора следующего выигравшего. Желая продолжения сексуальных игр, стонущая Катя, стоя раком, дрожа и вращая слегка раскрасневшимся от шлепков задом, с жадной поспешностью высвободив из брюк держащих ее парней пару напряженных членов, ласково наглаживала окружающие ее мужские достоинства, пытаясь поймать их ртом. Но парни вели себя скромно, и позволили ей трогать себя только руками, отстраняясь от Катькиного жадного рта, крепко удерживая ее за грудь и половинки мокрой задницы, подогревая ее похоть смачными шлепками, обостряющими, и без того, бушующий в ней зов плоти, заглушивший в ней все остальные мысли и чувства, превративший ее в грязную, похотливую тварь, завлекающую дюжину самцов для того, чтобы они проделали с ней все, что захотят, не считаясь с моралью, законом, и приличиями.
Следующим выигравшим оказался здоровяк Колян, который недавно напугал Катерину до смерти, приставив к ее анальному отверстию холодный ствол охотничьего ружья. На этот раз, вместо ружья, отверстию предстояло испытать проникновение, полового члена внушительных размеров, которым Колян собрался употребить Катю в это отверстие.
-«Эй вы, двое, сюда эту шлюху!» Распорядился Колян, указывая на центр стола.
Катька живо была доставлена и разложена на лопатки
