я все равно все видел, стали приводить Катю в чувства.
Через некоторое время она пришла в себя и заглянула себе под подол, потом отошла за куст и стала писать. Платье в некоторых местах было испачкано пятнами крови вперемешку с «киселем». Я, тогда, и не знал, что это была сперма, которая бывает у мужчин и мальчиков. Я подсматривал, как она писала, а сама обмывала мочой письку. Было странно, но очень любопытно. Я подошел к ней и спросил: « Тебе больно было…?
Я видел, как он в тебя писю засовывал, … Катя, а что такое целка?» Это слово я хорошо расслышал и запомнил, и мне интересно было от нее узнать об этом. Она покраснела, но мне не ответила, и я понял, что она просто меня стесняется или сама не знала что это такое. В этот день мы не стали больше рвать траву кроликам, а только подобрали ту траву, что выпала из корзины и поплелись в садик. Мы в группе шептались между собой о происшедшем, я рассказывал, что видел кровавую Катину писю. У всех глаза расширялись от моего рассказа, некоторые тоже желали бы посмотреть на женскую письку.
Сейчас Катя работала, как ни в чем не бывало, и ловко отбрасывала дрова, которые ловко отлетали от удара колуна. Окно было открыто, я окрикнул ее и помахал ей. Она меня услышала и тоже махнула мне.
Те минуты, и как мужик ее трахал, не выходили из моей памяти, но в этот момент того страха уже не было, а только страстное желание посмотреть еще раз, и увидеть ее письку. Она мне нравилась, и что-то такое со мной стало происходить, отчего мой писун напрягся. Я тогда был без трусов: их снимали в тихий час, и мне было приятно. Оттянув с залупки кожу, я заметил, что она особо засверкала и стала красной.
Танька была моей подружкой, но мне больше нравилась Светланка, с которой я не мог так контактировать, как с ней. Кровать Светы была в центре спальни, во втором ряду справа, и пробраться к ней было неудобно. Чем меня привлекала Света? Она была лидером среди девочек, и во всех мероприятиях, что проводились в садике, привлекали её. В новогодние праздники ей давали роль Снегурочки. Я сначала не знал, что ею будет она, но потом, когда я не нашел ее среди своих подружек - понял, что это Света. Мне так нравилось, что она играла эту роль и, я ее любил и в свободное время мы с ней общались. Она за обеденным столом сидела со мной, это я так настоял, чтобы воспитательница нас посадила вместе… У нее были светлые прямые волосы, ростом она была с меня, а у Танюшки черные кудрявые, и ростом ниже.
В тот день, как только ушла Виктория Ефимовна, я не спал, а был настроен провести в постели Тани. Я шептал ей перед этим, чтобы она не спала, и она знала об этом. Я уже говорил, что мой соловей уже затвердел от моих воспоминаний. Я быстро шмыгнул в Танькину кровать.
У меня еще раньше созрел план, когда она уйдет, не теряя времени - проникнуть к Танюшке в постель. Выждав момент, я приступил к осуществлению задуманного... Танюша тоже не спала, а поджидала меня. « Какая она теплая, нежная и гладкая», наполнялась моя голова детскими мыслями, очутившись под одной простынкой. Я тогда сначала растерялся и не знал, что мне делать, но прижавшись к ней и немного привыкнув, я стал действовать. Спустившись в область её письки, я стал разглядывать эту таинственную щелку. Она напоминала мне пирожок, который был разделен на две половинки. Танюшка развела ноги так, чтобы мне было удобно рассмотреть её. Моё сердечко стучало так, что по мне гуляла дрожь: страх и радость сплелись в этот миг. Наши кровати стояли возле окна, нас с моей пассией разделял только проход и стол воспитателя. «Если придет воспитатель, я должен - быстро попасть к себе в кровать», продумал свои дальнейшие действия.
« Какая она красивенькая и такая приятная и гладкая», когда я своими пальчиками трогал её тело. Танюшка сначала смущалась, но потом осмелела, и пальчиками раздвинула свою пещерку, то, что я увидел, не мог сразу осмыслить. Я теперь трогал это своими руками и так близко. Это пространство оказалось совсем не дыркой, которую ожидал увидеть, а бледно-розовую расщелину с небольшой пипкой. Оно напомнило мне цвет окраса внутренней поверхности морской раковины, которую привезли нам с Карибского моря. Она большая, и когда прикладывал её к уху, как говорили, что можно слышать рокот морской волны. Я указательным пальцем стал теребить пипочку, подружке стало особо весело, она улыбалась, издавая тихие вздохи, подаваясь вперед на мой пальчик, ей, как и мне было волнительно.
Меня так увлекла эта процедура, что я, как заядлый врач, проникал в потаенные области пещерки. Мой писун неожиданно отреагировал на волнение и оказался в эрегированном состоянии. То, что происходило с моим телом, я помню, как первый - запах ванили. Дрожали конечности, и по телу что-то волнительно свербело. Откровенно сказать, мне не хватало воздуха и воды, вот такое на меня накатило оцепенение.
Таня, отдавалась мне, как своему законному мужу, но, я только лег на нее сверху и стал тереться, имитируя взрослых. Я, только, водил своей писей по прорези туда-сюда; там было скользко и приятно. Мне еще было невдомёк, что надо совать в дырочку, которую я не обнаружил, но внизу я увидел пленочку, но не мог знать тогда, что это плева. Я имитировал действия того пьяного мужика, что трахал Катю.
Потом мы решили поменяться местами, и теперь моя Танюшка трогала мою писю. Двумя пальчиками она стянула с головки кожицу, она у меня свободно открывалась и гладила поверхность залупки. Её заинтересовала прорезь на залупке, она стала ее расширять. Конечно, я не знал ни одного названия наших пиписок и их структурного строения.
- Это и есть дырочка, откуда ты писаешь?
- Да,- улыбнулся я, мне было щекотно, я ели сдерживался, чтобы не описаться. Мне было так щекотно, что я напрягся, такого я никогда не ощущал, она начала подрачивать писун. От этого мне стало не по себе. Я оттолкнул ее, какой-то страх охватил меня. Что я мог понимать тогда? Я не понимал, что продолжив - получу оргазм, если бы теперь - не упустил бы такую возможность. Но, то было тогда! Я попробовал сделать сам, и мне стало приятно, при этих движениях - ощущал непередаваемую усладу. Только с тех пор я стал дрочить. Как сейчас помню: я, когда трогал письку, то наша кастелянша сказала мне,
- Будешь часто трогать его, он у тебя не вырастет.
Почему она на писю - сказала «его»? я понял только потом, когда узнал его настоящее имя - хуй.
Значит, она тогда уже знала для чего человек дрочит?! Я только начинал познавать этот прекрасный мир, которым наслаждаются люди.
