стали ласкать через тонкую ткань сарафана ее груди. Когда я продолжил движение, из ее груди вырвался протяжный стон, и чтобы не привлекать внимания всего зрительного зала мне пришлось одной рукой зажать ей рот, она тут же вцепилась зубками в мою ладонь. Меня это только подтолкнуло к еще более резким движения. Настина попочка ожила, она двигалась навстречу моему, проникающему в нее члену, ее дырочка трепетала, стеночки стали хаотично сокращаться, и через минуту она больно укусив меня, бурно кончила, ее тело тряслось в экстазе, но я не останавливался, продолжая насаживать ее на себя. Когда, еще через минуту, она кончала во второй раз, я был уже на грани, она почувствовала это, и, соскочив с моего члена, быстро повернулась и опустилась передо мною на колени. Как только ее жадные губки сомкнулись на головке моего члена, я стал разряжаться своим семенем. Густые струи спермы хлынули в ее горячий ротик, она сглатывала ее, крепко прижимая меня к себе, а когда я, закончив наполнять ее рот спермой, поднял ее на ноги и поцеловал, очень жадно ответила на мой поцелуй.
Еще несколько минут мы стояли в кромешной тьме, прижавшись, друг к другу. После чего, обнявшись, вошли на лоджию, но фильм уже подходил к концу, и, поправив одежду, мы вышли и пошли на выход.
Молча улыбаясь, мы оказались на улице, неожиданно приступ смеха напал на Настю.
- Посмотри на свои штаны, - звонко засмеялась она.
На светлой ткани моих брюк расплывалось большое темное мокрое пятно, я поднял на нее удивленные глаза, она прижалась ко мне и прошептала:
- Быстро ко мне! - ее глаза блестели огнем. - А то сейчас засохнет!
Когда мы повернули в безлюдную подворотню, а затем вошли в темный прохладный подъезд, она остановилась и резко повернулась ко мне.
- Я хочу еще! - улыбнулась она. - Пошли быстрее!
- А где твои трусики? - неожиданно для себя самого спросил я.
- А ты хочешь их померить? - засмеялась она, взбегая по высоким ступеням.
- Нет, - ответил я. - Я хочу, чтобы ты вообще их не носила, - и, поймав подол ее сарафана, остановил ее движение, задирая ее вверх.
Моему взгляду открылась ее упругая попка, присев, я поцеловал ее, Настя поняла меня без слов, выгнулась и широко расставила ножки. Внутренняя сторона ее бедер блестела от ее выделений, мой язычок коснулся лепесточков ее щелочки, она затряслась и прогнулась еще больше. Раздвигая руками ее упругие ягодицы, я коснулся пятнышка ее ануса, она громко охнула, и я стал вылизывать его. Какая незадача, сверху послышался звук открываемой двери, мы быстро выпрямились и, схватив меня за руку, Настя потащила меня дальше.
Когда она закрыла за мной входную дверь, я прижал ее к себе. Она внимательно смотрела мне в глаза.
- Ты не забыл, - прошептала она. - На чем ты остановился?
- Нет, - ответил я, целуя ее податливые губы.
Она стала срывать с меня одежду, а когда я остался стоять перед ней совершенно голый, она одним движением освободилась от своего сарафана, перешагнула его и, взяв меня за руку, повела в комнату. Подойдя к разложенному дивану, я остановил ее, она остановилась, стоя спиной ко мне. Опускаясь перед ней на колени, я стал медленно покрывать ее спину поцелуями, а когда мои губы коснулись ее попки, она нагнулась и поставила свои колени на край дивана. Ее попочка манила меня к себе, и, проведя своим языком от ее набухшего от возбуждения клитора до ануса, я остановился на нем, стараясь вылизать каждый миллиметр этой нежной темно розовой дырочки. Настенька задыхалась от возбуждения, ее половые губки сочились соком, а спинка все больше и больше прогибалась.
- Хочу! - задыхаясь, прокричала она. - Давай же скорее!
Выпрямившись, я уткнулся членом в ее сокровище, теперь он проник в ее сочащееся влагалище без труда, она громко охнула и опустила свою голову на согнутые в локтях руки. После нескольких глубоких проникновений, она застонала.
- Антошенька! - взмолилась она. - В попочку! Скорее...
Я вышел из ее пульсирующего влагалища, и стал давить на анус, вскоре головка скрылась в ней, Настя напряглась, а после того, как я, взяв ее руками за узкую талию и сильно уперся пальцами ей в бока, она вскрикнула, расслабляя ее и напрягаясь в другом месте. Я воспользовался этой ситуацией и вогнал член ей в попку.
- Мамочки! - взмолилась она, чувствуя в себе мой член. - Ааааа!
Но я уже не мог остановиться, сначала очень осторожно, а потом, более интенсивно всаживая своего друга ей в прямую кишку. Она металась, извивалась, стонала, кричала, но я был неумолим. Когда я был в нескольких шагах от оргазма, я отпустил ее многострадальную попочку, и перевернул ее на спину. Быстро взобравшись на диван, я уселся над ее лицом, уткнувшись членом в ее губки. Настенька открыла ротик и приняла в него всю сперму, которая вырвалась из моего члена. Настенька с трудом успевала сглатывать, но в ее широко открытых глазах играл победный огонь, она была в восторге оттого, что с ней происходило.
Я улегся рядом с ней, она как кошка облизывала свои губы и щурилась от удовольствия, выражение ее красивого лица было такое милое, что я не выдержал и стал осыпать его поцелуями. Она сжалась, когда я оказался на ней сверху, но когда моя коленка уперлась между ее ног, она послушно их раздвинула, пропуская меня между них. Чувствуя на ее губах вкус своей спермы, я стал медленно входить в ее щелочку, Настенька изогнулась и двинула своими бедрами ко мне на встречу, из-за этого я очень резко вошел на всю длину. Ее глаза закрылись, а руки с силой прижали меня к себе.
Теперь, в горизонтальном положении, я стал очень сильно и, в то же время, очень нежно входить и выходить из ее узкой, трепещущей дырочки. Она оторвалась от моих губ, комнату наполнил протяжный долгий стон, она металась подо мною, царапая своими острыми ноготочками, мою спину. Ее стоны постепенно перешли в громкий, протяжный крик, она кончала очень бурно, а оттого, что ее дырочка стала сильно сокращаться, то, обхватывая мой член в своих объятьях, то, позволяя ему еще глубже проникнуть внутрь, я был уже на грани. Последней каплей послужило то, что, практически вытащив из ее влагалища свой член, я попытался вернуть его обратно, но в тот самый момент, когда моя головка стала входить в нее обратно, ее мышцы сжались с такой силой, что у меня помутнело в глазах от восторга. С силой, проталкивая его внутрь, я закричал, и поток моей спермы ударил из моего члена. Чувствуя, как ее заполняет мое семя, Настенька закричала в унисон со мной, наши крики слились в один, и сознание покинуло нас.
Когда я открыл глаза, Настя курила, на ее лице поселилась улыбка, такая же красивая, как в бассейне, но теперь я обнаружил, что на ее пухленьких щечках появились очень сексуальные ямочки.
- Ты, как? - первым делом спросил я.
- Ой! - засмеялась она, выпуская из своего ротика тонкую струйку дыма. - Как я? Да, супер!
- Ты так кричала...
- Да, не переживай, - прислонившись своей щекой к моей груди, ответила Настенька. - Они уже привыкли, - и немного помолчав, добавила. - Я тут знаешь, как кричу, когда сама себя удовлетворяю...
- Как это? - недоуменно спросил я.
Настенька затушила свою сигарету в пепельнице и, повернувшись ко мне, внимательно посмотрела мне в глаза. В ее глазах блеснула досада, она немного помолчала, и нервно схватив пачку, достала еще одну сигарету.
- Понимаешь, - прикурив, и тут же затушив в пепельнице сигарету, начала она. - Ты, единственный мужчина, которой взял меня по моему желанию, - в ее глазах стояли слезы. - С тех самых пор, как меня силой взяли одни подонки...
Я поднялся и прижал ее к себе, она тряслась как осиновый лист, по ее щекам покатились слезы.
- Ты, - умоляюще посмотрела она в мои глаза. - Ты, останешься со мной?
Вместо ответа я нежно поцеловал ее приоткрытые губы, она с готовностью и, как мне показалось, с огромным облегчением, ответила на мой поцелуй. Она улыбнулась, по-детски, кулачками вытерла слезы, поцеловала меня в нос и повалила меня на спину.
- Теперь я тебя буду мучить, - заигрывающее прошептала она, наклонившись надо мной. - Ты мой! Ты, даже представить себе не можешь, что сейчас я буду с тобой делать...
- Я тебя уже боюсь! - засмеялся я. - Ты, наверное, меня изнасилуешь?
Вместо ответа, она стала осыпать мое лицо поцелуями, ее тело сотрясалось от дикого возбуждения, а когда я попытался перехватить инициативу в свои руки, она, неожиданно, остановилась и, посмотрев на меня своими огромными каре-зелеными глазищами, сказала:
- Я сама!
И, с улыбкой, продолжила. Ее нежные губки не оставляли без внимания ни одного миллиметра моего тела, шея, грудь, особенно ей понравилось зарываться лицом в мой растительности на груди, потом ее проворный язычок стал играть с моими сосками. Такого удовольствия я еще не разу не испытывал, поэтому, я полностью расслабился, и полностью отдался в ее власть. Наигравшись с моими сосками, и доведя меня тем самым до полуобморочного состояния, Настенька двинулась дальше. Немного задержавшись на моем животе, ее губы двинулись дальше. Меня уже трясло от удовольствия и дикого возбуждения, а когда я почувствовал ее дыхание на своем, уже жаждущем продолжения члене, из моей груди вырвался стон. Да, я громко стонал, не скрывая своих чувств.
Я почувствовал, как Настенька улыбнулась, прежде чем, ее губки сомкнулись на моей головке. С каким восторгом, я отреагировал на это, я завыл, мое тело затряслось, а она только подливала масла в огонь. Ее горячий ротик с такой жадностью поглощал мою плоть, язычок с такой скоростью игрался с моим жезлом, что я уже через минуту был готов к оргазму, а еще через мгновение, когда она с силой принялась всасывать в себя головку моего члена, я с диким рычанием излился в нее. Настя с трудом справлялась с потоком, который извергался из меня, старалась не упустить ни одной драгоценной капли.
Когда ко мне вернулась способность мыслить, Настя продолжала свои движения, не давая моему члену опасть, теперь ее движения были более нежными и в то же время смелыми, она легонько касалась моей головки своими остренькими зубками. Для меня это ощущение было совершенно новым, но оно мне несказанно нравилось. Ее верткий язычок иногда касался уздечки моего члена, вызывая у меня стоны, но она оторвалась от него, и ее губы стали возвращаться к моему лицу. Когда они, наконец-то, достигли моих губ, я с жадностью ответил ей, на этот раз она не стала сопротивляться. Ее ножки расположились по бокам моего распластанного на диване тела, а ее мокрые и теплые лепесточки цветочка, коснулись ствола моего члена. Я почувствовал, как она вздрогнула, когда ее напряженный бугорок клитора, расположенный между двух этих лепесточков, прижался к моей тверди, Настенька, которую я уже с силой прижимал к себе, стала легонько двигать своими бедрами, стараясь провести клитором по всей его длине. Она от удовольствия стала покусывать мой язык, выгнулась и с силой прижала свою горячую щелочку к моему члену, двинула бедрами и когда ее мокренькая дырочка оказалась на моей головке, еще сильнее надавила на нее, я напряг свой орган и почувствовал, как он стал погружаться внутрь. Настенька оторвалась от моих губ и выпрямилась, теперь она имела полную свободу действий, насаживаясь на него. Закатив от наслаждения свои глазки, она стонала от каждого моего движения в ней, а когда я стал мять ее небольшую упругую грудку, она уже плохо себя контролировала. Ее тело покрылось мурашками, стоны переросли в громкий крик, ее тело несколько раз дернулось, и она обессилено повалилась на меня.
Успокоившись, она быстро взяла себя в руки, и, заявив мне с улыбкой, что так не честно, стала сползать с моего члена, который так и оставался в ее горячем влагалище. Теперь она присела над ним, и, придерживая его рукой, стала направлять его в свою попочку. Я с наслаждением наблюдал за ее движениями, ее гладко выбритый лобок, набухший бугорок клитора, нежные губки ее щелочки и еще не успевшая до конца закрыться дырочка влагалища, довели меня до безумного состояния, а когда мой член, сантиметр за сантиметром, стал скрываться в ее очень узкой попочке, я обезумел окончательно. Она громко охнула, когда ее ягодицы коснулись меня, а член полностью погрузился в ее прямую кишку, ее руки уперлись в диван, а бедра стали двигаться. Я не смог продержаться и двух минут, схватив ее за талию, я с силой насадил ее
