боль, крики и стоны, но Максима это возбуждало еще больше. Он, обезумев, насаживал парнишку на себя, тяжело пыхтя, и громко матерясь. Когда Максим кончил, Марк дотянулся рукой до ануса, провел пальцем, и еще даже не поднимая руки, понял, что он весь в крови.
- прости, - хмыкнул Максим, - я, кажется, тебя порвал. Но, тебе ведь не привыкать?
Он встал, застегивая на себе рубашку, подмигнул Марку и ушел прочь.
Марк поджал под себя ноги. Из груди вырвался истошный крик, сердце бешено колотилось в груди, а поток слез было уже не остановить. Марик обхватил себя руками, он толи плакал, толи пытался сказать что-то, толи просто скулил. Судорожно сжимая кулаки, парень метался по грязному полу в туалете, среди окурков. Он кричал, надрываясь, местами крик превращался в хрип, потом голос вовсе пропадал, но вскоре возвращался, накатывал с вновь налетевшей волной отчаянья, страха и унижения. Сил не было не то, что на уроки, их не было даже на то, что бы заставить себя встать на ноги. Сейчас парню больше всего хотелось умереть. Конечно, нельзя было сидеть тут вечно, его могли услышать, или, того хуже увидеть. Марк дрожащими руками дотянулся до лежащей рядом рубашки, прикрыл ею тело и снова беззвучно зарыдал.
Дверь в туалет тихо скрипнула. Марк сильнее сжался в углу, глупо надеясь, что его не заметят; хотя, сил уже не оставалось и на то, что бы испугаться. В дверном проходе появился Руслан Станиславович. Выражение его лица постепенно вытягивалось, глаза распахнулись так широко, что на лбу образовалась складка.
- Марк.. Что произошло? – Руслан захлопнул дверь, закрыв ее на щеколду.
Парень сумел только вяло всхлипнуть в ответ.
- кто это сделал?
Снова всхлип.
- ты можешь хоть что-нибудь сказать? Кто это был, мать твою?!
Марк мало чего соображал, измазанный в крови и сперме, грязный, униженный, растоптанный, на холодном полу в туалете, он мог только безостановочно рыдать до потери сознания, пока, наконец, сильные теплые руки ни укутали его в огромную куртку и не унесли в неизвестном направлении.
***
Стрелка часов напротив кровати указывала половину пятого утра. Сначала Марк только удивился тому, что так рано проснулся, и только потом сообразил, что он не дома. Незнакомое одеяло, идеальная чистота, в то время, как у парня в комнате «идеальный» бардак, и ко всему прочему, у него нет настенных часов. Даже не мягкой кровати сидеть было жутко больно, от чего Марк инстинктивно сжимал ягодицы.
- мм, какого Дьявола? – простонал рядом парень, и Марк тут же испугался.
В первую же секунду ему показалось, что рядом Макс, но у Макса был не такой приятный голос… Тогда, кто же это рядом не довольствуется? И что произошло вчера? И, мать вашу, где он вообще находится?
- о, ты проснулся? – парень встал с кровати и повернулся к Марику спиной, отвернувшись к окну.
Пробиравшееся в окно солнце багряно-фиолетовым светом заливало его силуэт: массивные плечи, точеную, словно камень, талию, рельефные мышцы на руках, длинные стройные ноги. Он был прекрасен, совершенен. Каждый миллиметр его тела словно был отшлифован мастером из мрамора.
- где я? – глотая ком от смущения, пролепетал Марик.
- у меня дома, я не знал где ты живешь, и привез тебя сюда. Тебе получше? – теперь парень повернулся. От удивления Марка тут же бросило в краску – перед ним стоял Руслан. Руслан Станиславович.
- эм… здрасти. Ну, это… Да, вообщем.. – Марк отвернулся, заставляя себя не смотреть на учителя.
- теперь ты скажешь мне, кто это был?
Парень отвернулся. Обхватил свои плечи руками и тихо застонал; стон поочередно сменялся всхлипами.
- эй, ты чего? Плачешь? – Руслан обошел вокруг кровати, присел перед Марком на колени, вытирая с его лица слезы, и поглаживая его по голове, - парень, успокойся. Мужчины не плачут… Эй, посмотри на меня… Так, молодец. А теперь скажи, кто это был?
Марк вновь залился слезами, истерично всхлипывая. Сейчас он понимал, что рыдает в объятьях своего преподавателя, с которым проснулся в одной постели, хоть и попал он сейчас случайно, так же, парень прекрасно осознавал, что этот тип костьми ляжет, но выбьет из него правду, а еще Марку было хорошо, просто хорошо вот так сидеть и плакать в нежных заботливых руках, тыкаясь носом в плечо, говорить что-то несуразное, всем телом прижиматься к кому-то теплому и почему-то очень родному, к кому-то, кто защитит.
(с) Сумасшедшая яойщица.
^__^
To be continued…
