и его дочь должна сберечь свое целомудрие для мужа. То, что Настенька – девственница, я знал и до этого разговора, но отец потребовал с меня слово, что до свадьбы ничего в этом ее статусе не изменится.
Конечно же, я пообещал. Я ее слишком любил.
……Мы лежали в моей постели, расслабленные прошедшим оральным сексом и преисполненные надежд на совместное будущее. Спать не хотелось совершенно. После моих безрезультатных уговоров Насти уснуть, мы просто разговаривали, наслаждаясь тишиной ночи и открытостью наших душ. Еще столько предстояло сказать друг другу, словами создать ту картину, на которую хочется всю жизнь смотреть ВМЕСТЕ.
Договорившись сыграть свадьбу через месяц, мы снова нежно поцеловались.
- Скажи, – вдруг спросила Настя – ты часто вспоминаешь своих женщин?
Я всегда готов к таким вопросам, маленькие девочки ими не застают взрослых, видевших жизнь парней, врасплох.
- С тобой – никогда! – честно ответил я, улыбаясь. Зачем я улыбаюсь, говоря правду?
- А когда меня рядом нет? – насела моя невеста. Я молчал. Что мне ответить этому юному сказочному созданию? Что бывшие женщины – это часть жизни, и потерять их из памяти, значит потерять часть Себя?
Я ничего не ответил, только заулыбался еще. Улыбка была задумчивой, и Настя решила не пытать меня больше. Она поняла ответ. Она действительно была умной.
- А знаешь, - вдруг сказала она – Я должна тебе кое в чем признаться. – Она стала серьезной, словно собиралась раскрыть мне важнейшую тайну. – Только отнесись с пониманием, милый.
- Я только так к тебе и отношусь - отметил я.
Настя очень серьезным тоном продолжила:
- Ты будешь первым моим мужчиной, любимый. Сейчас я позволяю тебе почти все, ну, ты понимаешь…. Но я должна признаться, что однажды, еще на первом курсе, был парень, и … - она замялась, я лишь усмехнулся про себя. Настя после паузы, потупив голову, продолжила:
- Он мне нравился. Я пошла с ним на свидание, потом еще, и как-то вечером, он проводил меня домой. В парадном, мы стояли, целовались, и он попросил меня потрогать рукой себя там – внизу…. – Настя смутилась, но продолжила: - В общем, я ручкой доставила ему удовольствие. Прямо там.
Я удержался, чтобы не рассмеяться, понимая, сколь серьезно для нее это признание.
- Ты не считаешь меня распущенной, милый? – Настя заглянула мне в глаза.
Я спокойно ответил:
- Нисколько.
В чем же мне предстоит признаться тебе, любимая? В чем - то таком, что откроет меня перед тобой с неизвестной стороны.
- Ты мой князь – ласково сказала Настенька, теребя мои волосы. – Такой же сильный и мудрый.
- Скорее барон – задумчиво заметил я.
- Почему барон? – с непониманием переспросила Настя.
Мои самые юные годы стали проскакивать в памяти. Ну что ж, откровение за откровение, ласточка. Я начал пояснять:
- Я вырос и юность провел в пригороде. За нашим городком была заброшенная усадьба, много лет назад принадлежавшая немецкому барону. У барона было много крепостных крестьян и крестьянок.
- И? – Настя приподнялась на кровати, ожидая, куда я веду.
- Барон привнес в свои владения старинный немецкий обычай, еще со средневековья. Когда кто-либо из подневольных девушек выходил замуж за такого же крепостного парня, он был первым ее мужчиной – прямо в брачную ночь. Это было жесткой традицией – Право Первой Ночи. Барон лишал своих крепостных девчонок девственности, и все – родители и гости на свадьбе считали это нормальным. Даже воспринимали за честь.
- А девушки? – переспросила Настя.
- А девушки тем более – улыбнулся я, и добавил: - Пацаном я часто лазил по этой усадьбе, там никто не жил – заброшенное место, идеальное для юношеских игр.
- Но барон ведь не женился на девушках после секса – заметила Настенька. Она попала в самую точку. – Чем же ты похож на этого барона?
Я стоял перед ней, уставившись в окно ночного города. Мысленно я улетел на годы назад, в то время, когда был еще совсем молодым. Пришло время ей все рассказать. Я женюсь в первый, и надеюсь, в последний раз, и моя откровенность с Настей должна быть полной, как бы она потом ко мне не относилась.
- Ты мне призналась о мальчике в парадном, я же хочу так же признаться тебе кое в чем. Пообещай мне, что выслушаешь, попробуешь понять. И простить – сказал я решительно, глядя ей в глаза.
- Разве ты в чем - то виноват передо мной? – удивленно спросила Настя. – Другая девушка? Но если это было до меня, то ты помнишь мое правило – для меня это не имеет значения.
- И все же расскажу тебе то, что я когда-то совершил – продолжил я. – Если ты изменишь ко мне свое отношение, и решишь, что со мной тебе не по пути – я пойму. Но считаю нечестным скрыть от тебя поступки в своей жизни. Я не могу держать это в себе.
Я сел к ней на кровать. Настя молчала.
- Готова слушать, милая?
Она просто кивнула. Любопытство, смешанное с тревогой, читалось на ее лице. Но перед тем, как начать рассказывать, события 12летней давности отчетливо всплыли в памяти, словно это произошло вчера. Почему так отчетливо? Потому что я никогда о них не забывал…..
Мои юные годы проходили ярко. В жизни все, как казалось мне, получалось. Активно занимаясь спортом, я к 17и годам стал чемпионом области и выполнил норматив мастера спорта. Ребята меня уважали, занятие борьбой позволило мне завоевать авторитет в молодежной среде. Крепкий парень спортивного телосложения, я знал, что нравлюсь девчонкам. Я был популярен в своем небольшом городке. Жизнь обещала мне многое, я рос с уверенностью, что получу от нее - этой жизни все, что хочу. Пока не случилась эта история….
История моей болезни. Да, по-другому не назвать ту страсть, которая вспыхнула в моем молодом и не раненном до этого сердце. ОНА жила на соседней улице, и теперь все мои мысли были только об этой девчонке, так просто и безжалостно захватившей надо мною власть.
Почему безжалостно? Потому что Алена напрочь отвергала все мои ухаживания. Я впервые столкнулся с таким отпором – до этого девушки легко соглашались на встречи со мной. Чем сильнее было отвержение, тем больше я ею увлекся. Это была одержимость, граничащая с безумием.
Сказать, что Аленка была красивой – ничего не сказать. Стройная длинноногая девица с превосходной сексапильной фигуркой, она была похожа на модель из популярных журналов. А личико! Огромные зеленые глаза, утонченный носик, припухлые губки, а как она улыбалась. Словно с насмешкой над всем этим миром. И надо мной!
В короткой юбке, на шпильках, с роскошными русыми волосами, она парализовывала движение машин, когда шла по центральной улице. Парни всего городка знали дом и квартиру, где жила эта принцесса, но никто в этой квартире не был. Никто даже не ходил с Аленкой на свидание. Она жила с четкими планами выйти замуж за продюсера и укатить как минимум в Москву. Или за границу. Она знала, что в один прекрасный день появится этот самый продюсер, пригласит ее на кастинг в столицу, кастинг успешно будет пройден, и вся ее жизнь сразу же состоится. На меньшее эта юная сердцесжигательница была не согласна. Ребята из городка были ей не интересны.
Об этом мне рассказывала Маринка – ее подруга. Марина была еще та стервочка. Привлекательная, с живым характером, она ухаживала за мной. Да, именно, и ухаживала чисто по-мужски. Приглашала на дискотеку, в кино, ну и там всякое. Но закручивать роман с подругой предмета своей страсти я не мог себе позволить. Секса конечно же хотелось. Но я знал, с КЕМ хотелось больше всего.
Однажды я в очередной раз поджидал Аленку возле ее дома. Она шла с занятий с училища, рассекая своими ножками по улице. Улица была превращена в подиум этой красавицей, а я - лишь зритель в переполненном зале и переполненный надеждой. Дошла до подъезда, увидев меня, насмешливо улыбнулась.
- Привет, принцесса – начал я, в очередной раз напуская уверенность и легкость.
- Здравствуй, мальчик-чемпион – ответила она весело и решительно проходит мимо. Сучка! Я непринужденно, но резче, чем хотелось, загораживаю ей проход.
- Алена, сегодня дискотека в клубе. Пойдем со мной?
- А что ж ты без цветов заявился приглашать? – улыбка не сходила с Аленкиного лица. Она твердо решила, что насмешливый стиль – это, к чему меня нужно приучить. Терпеть! Действительно, почему я без цветов?
- Так пойдем? – переспросил я.
Но принцесса в очередной раз не
