движения, умело руководила моими действиями. А когда достигла пика, не словами, стонами, попросила взять ее. Крепкие ноги обвили меня, помогая проникать глубже, одновременно регулируя ритм. Таз двигался навстречу, совершал движения из стороны в сторону, помогая получить полное удовлетворение изголодавшемуся по ласке телу. И вот оно: А! А! А-а-а!
Разные женщины встречались, по -разному вели они себя в постели. И кричали все по-разному. А эта просто тянула на одной ноте букву А, постепенно затихая. И вместе с уменьшением тона ее А, затихало, успокаивалось ее тело, только что бившееся подо мной,грозя сбросить с себя. И сбросила бы, если бы не прижимала ногами, удерживая в себе и на себе. И руками за плечи, вонзив в них ногти. Хорошо, что у женщин нет таких когтей, как у кошек.
Успокоилась. Отдышалась. И уже с интересом на меня смотрит, интересуется, почему же это я не закончил дело семяизвержением, что было бы вполне логично. Или я все же кончил и это новая готовность к бою. Хотя нет, было бы намного больше влаги, а так она ощущает только свои выделения. И даже проверила, потеснив мой член, который все еще находился в ней, просовывая во влагалище пальчик.
А потом прошептала на ухо, что она, без сомнения, большая свинюшка, но раз уж так получилось, то не буду ли я против, если она воспользуется ситуацией и постарается получить от меня что-нибудь еще. А если и не получится, то и не надо. Она свое получила и теперь пришла пора мне получить свою порцию удовольствия. Заверил, что я не против, а только лишь за и постараюсь продлить насколько смогу состояние стояния. Начали медленно, теперь уже наслаждаясь каждым движением, каждым соприкосновением тел. Не спеша, получая удовольствие от самого процесса. Утолив первый голод, наслаждались вкусом лакомства . И вскоре оба завелись, заторопились навстречу оргазму.
Чистые после душа, лежим, обнявшись, наслаждаемся простыми прикосновениями. Приятно чувствовать соприкосновение тел. О чем-то говорим. Это скорее звуковой фон для наших рук, что изучают и ласкают тела. Она, целуя мне грудь, начала сползать вниз по животу. Понимая, что она хочет, выслушал практически целую речь о том, что она, вообще-то, не такая, не позволяет себе такого рода ласки, но вот сегодня не может удержаться от дикого желания попробовать и это. И когда ее губы сомкнулись на головке члена, понял, что действительно, для нее это новинка. Немного покайфовал. Не то, чтобы я очень любил оральный секс, просто когда женщина берет в рот твою плоть, это означает, что она доверяет тебе полностью, вся раскрыта, отдается на твою милость, как побежденный отдается на милость победителя. И я потянул ее за попу, до которой смог дотянуться рукой. Не прерывая сосательных движений, поняв, чего я от неедобиваюсь, оседлала меня, перекинув ногу через грудь и подав свою пещерку поближе к моим губам.
Ответил ей тем же, чем она благодарила меня. То есть начал ласкать ее языком и губами. Приятный, немного мускусный запах. На вкус слегка кисленькая, напоминает вкус жены. Сразу было видно, что если когда и доводилось ей испытывать подобное, то очень и очень давно. А скорее всего и никогда. Потому что уже через несколько мгновений она извивалась на мне, придавливая свою жаркую и мокрую, да еще и вкусную пещерку к губам, стараясь заполучить язык не только снаружи, но и во внутрь. И лексикон изменился. теперь квартиру оглашали не только А и его производные. было тут и ой, и ай, и уй и еще много чего. Вплоть до крика: Кончаю! Кончаю-ю-ю! Блядь! Ма-а-ма! При чем тут блядь и мама, так и не понял. Ей видней.
А потом она лежала на животе, подложив под него подушку и выставив попку, за которую я держался, вгоняя в раскрытую пещерку своего дружка, нацелованного и обсосанного. И когда излился, когда не упал, рухнул на нее, придавив так, что пискнула от неожиданности, когда уже и член, опав, выполз из пещерки, пробормотала, что надеялась на удовольствие, но о таком даже не мечтала. И не сгоняла меня, терпела, придавленная. Даже попросила не отпускать ее, не слазить, оставаться в таком положении. Так и уснули.
Утром меня напоили кофе с булочками, потому что от завтрака я отказался. И проводили до дверей, чтобы я успел забежать домой переодеться на работу. А на вечер я получил приглашение, вполне официальное, на ужин. При свечах, между прочим. И закрепили это приглашение поцелуем, едва не переросшим в более решительные действия. Остановило нас осознание того, что удовольствие - это хорошо, но на работу приходить тоже надо. И еще. На прощание признание: Я будто сто лет тебя знаю. Никакого стеснения. И мне даже нравится, когда ты меня рассматриваешь.
Корпоратив. Что может быть проще. Это такое время, когда люди открывают все свои потаенные струны. Предстают в обнаженном виде. Не в том смысле, что раздеваются, хотя и это присутствует, а обнажают свою сущность. Начинается все как обычно. Мужчины при галстуках, в застегнутых пиджаках. Женщины с красивыми прическами, в боевой раскраске, призванной сводить с ума мужчин. И разговоры за столом
- Водку? Мне? Что вы, что вы! Только вино. Чуть-чуть.
Через некоторое время мужчины распускают галстуки, расстегивают пиджаки. Прически женщин имеют несколько растрепанный вид.
- Водку? Мне? Ну если чуть-чуть.
Еще через некоторое время от боевой раскраски остаются следы в виде размазанной туши, помады. Прически растрепаны. У мужчин отсутствуют галстуки. Пиджаки висят на спинках стульев.
- Мужчины, кто-нибудь нальет даме водки?
Совсем немного осталось до танцев на столах. Одежда женщин, такая безупречная в самом начале вечера, приобрела, после тисканий по закоулкам, растрепанный вид. Коктейль из вина и водки, перемешавшись в желудках, ударяет в голову, лишая индивидов тормозов. Дамы, такие недоступные и неприступные, становятся вполне досягаемыми. А некоторые и сами спешат навстречу приключениям на свою пятую точку.
В самом начале вечера присмотрел молоденькую работницу бухгалтерии Катеньку, наметив ее на роль секс партнерши. Если не перепьет, то вполне возможно, что постоит раком, подставив пипку. Считается в порядке вещей на корпоративе перепихнуться где-нибудь в уголочке, в укромном местечке, по-скоренькому, безо всяких обязательств. Сняла трусики и дала. всего и делов. И нет нужды раздеваться совсем. Так, до коленок приспустила и все. В этом случае проигрывают те, кто пришел в брючном прикиде. Особенная морока с джинсами. Приходилось сталкиваться с такой проблемой. Ну ее к лешему, такую одежду. Попили с Катенькой под различного рода тосты, потанцевали, успели насосаться вдоволь в закоулках, и даже по рукоблудили, залезая в трусики и брюки.
Ощупали у кого что есть и чего можно ожидать в продолжении банкета. У Катеньки лобок подбрит, осталась лишь небольшая кисточка в виде бородки мушкетеров. А так ничего себе пирожок, горяченький и уже готов к употреблению. И она осталась довольна проверкой, оценив мощь и размеры инструмента, на котором вскоре ей предстоит играть. Вскоре она дошла до кондиции и сама потащила меня на третий этаж, за пожарный щит, где не одна пара занималась удовлетворением своих страстей и желаний, без надежды на продолжение рода, о чем свидетельствовало множество использованных резиновых изделий. Быстро покончив с прелюдией из нескольких поцелуев, Катенька приподняла подол, стянула трусики, сняв их совсем и затолкав ко мне в карман, повернулась задом, наклонилась и заголила попку. И что мне оставалось делать? Я и сделал то, что от меня ожидалось.
Вставил Катеньке то, что она так страстно желала получить в свою мокрую и разгоряченную пипку. Быстро, в антисанитарных условиях, в каком-то закутке мы разрядились. Не знаю, был ли это для Катерины полноценный оргазм, или это было наиграно, но стонала она правдоподобно. Не разрешая кончить туда, повернулась и просто до дрочила, приняв порцию спермы в ладонь. И одернула подол платьица, приняв вид невинной школьницы. И лишь управившись с этими делами, обнаружили, что за нашими действиями внимательно наблюдает кассир Лидия Сергеевна, дама лет сорока с небольшим, вполне серьезная , не позволяющая себе никаких фривольных отношений с кем бы то ни было. Катенька пискнув что-то нечленораздельное, упорхнула в неизвестность, оставив на память о себе
