- холодно произнес Тим. – А теперь поднимай ножки на подлокотники.
Мать, слегка кряхтя, подняла и положила ноги.
- Слушай, так удобно! – радостно произнесла она. – Прямо как у гинеколога, только удобнее – мягче.
Тимка взял два маленьких ремешка и пристегнул ноги матери к подлокотникам.
- Чтобы ноги не сползали, - опередил он вопрос матери.
- Хммм… - улыбнулась мать. – Изобретатель ты мой…
В это время Тим пододвинул стул-кресло, стоящий за письменным столом, прямо к креслу, на котором лежала обнаженная мать. На столе рядом стояла коробочка с инструментами и лубрикант.
- Ну…приступим… - холодно произнес он.
Мать с интересом смотрела на него.
- Какой у тебя срок? – холодно спросил он.
- Тридцать четвертая неделя пошла, доктор. – отвечала мать.
- У вас обильные месячные? – продолжал спрашивать сын. – Боли присутствуют?
- Месячные нормальные, без болей.
- Аборты были? Сколько?
- Да, были…Шесть… - ответила мать и осеклась.
- А нам с отцом сказала, что пять было… - холодным тоном произнес сын.
- Это не я сказала, а отец… - робко возразила мать.
- Ну-ну… - усмехнулся сын. – Больно было?
- Как тебе сказать… Когда первый делала, то больно было с непривычки. А потом…уже не так – привыкла. Мы бабы вообще к боли в этой жизни быстро привыкаем. Когда я тебя рожала, то чувствовала, как матка моя буквально разрывалась. Со Светкой уже гораздо легче. А Машку, я думаю, как из пушки рожу.
- Хорррошооо… - размеренно произнес Тимка. – Ну, давай я посмотрю твоё влагалище, мамочка…
С этими словами Тимка выдавил лубрикант себе на руку и хорошенько смазал пизду матери. Затем он достал зеркало Куско-3, ввел его во влагалище и расширил на максимум. Его взору предстала большущая розовая дыра, благо свет из окна давал прекрасный обзор. В центре ярко выделялась крупная розовая шейка матки с уже приоткрытым зевом.
- Таааккк… зев у нас приоткрыт… - растягивал слова Тимка. – Значит, скоро будешь рожать, мамочка. Дддааа… матку тебе нужно помассировать…
С этими словами он вытащил из коробки специальный металлический проуб. Это была хромированная трубка с утолщением на конце в виде большой фасолины. Затем он смазал конец проуба и ввел его матери во влагалище, уткнувшись прямо в шейку.
- Мммм…нннннааааайййй… - застонала мать.
- Ттттааааккк… Ну-ка, посмотрим насколько у тебя шейка раскрыта… - холодно произнес Тим.
Он приставил проуб к шейке и нажал на него. «Фасолина» свободно вошла в раскрывшийся зев шейки матки и полностью скрылась в ней.
- Хм… Какая у тебя шейка глубокая, мамочка… А ну-ка, потужся! – приказал Тимка.
- Зачем? – спросила мать.
- Делай, что говорю! – сурово произнес Тим. – Тужся! Посильнее!
Мать набрала воздуха и потужилась. Как и ожидал Тимка, шейка приблизилась ко входу во влагалище и почти вышла из него.
- Воооттт… Так полежи… - холодно сказал Тимка и рукой погладил выпирающую шейку.
- Мммм… ннннаааааа… фффф… фффф…нннфффф… - учащенно задышала мать и шейка скрылась в глубине.
- Черт! – выругался Тимка. – Ну-ка, ещё тужся, мамочка! И посильнее!
- Сынок, мне трудно так удерживать… - начала мать.
- Ну-ну… отдышись и давай, тужся сильнее… - холодно говорил Тимка, оттягивая книзу влагалище.
- Аааанннн… негооооднииикк… - застонала мать и, несколько раз отдышавшись, напряглась и сильно потужилась. – НННггггг…АААкккк…
Её шейка вылезла из влагалища прямо поверх руки сына, которая оттягивала влагалище книзу.
- Ммм… Хорошая мамочка… - удовлетворенно произнес Тим, повернув руку, и удерживая снизу матку, а свободной рукой схватив шейку с боков. – Воооотттт… Теперь не уйдет…
- ААА!...ООООууууу… - закричала мать и схватилась за низ живота. – Ой, сынок, отпусти! Отпусти…маткуууу…больнооооо…
- Терпи, мамочка… вспомни аборты… - холодно глядя на мать, говорил Тимка. – Потерпишь… терпи-терпи…
- УУУУ! ММммм…ннннн… - ныла мать и поглаживала низ живота.
- Ух ты, какие мы! – восторгался Тим, лаская шейку языком. – Такая мягонькая…Мммм…
- АААА…ммммнннн…ааааа… - уже стонала, а не кричала мать. – МММ…оооооуууу…нннаааайййй…
А Тимка продолжал лизать шейку и углубляясь языком в ложбинку.
- Фффф… уууффффф… - дышала мать, поглаживая живот. – Ддддаааа… тааааккк… полижи её… Ой…аааууу…ааннн… оооййй…
- Привыкла уже? – улыбался Тимка, глядя на мать.
- Оу… дддааа… - стонала мать, опустив свою руку и лаская клитор.
- Да, давай… Поласкай клитор, мамочка… - подначивал Тимка.
И мать, закатив глаза от удовольствия, закончив стонать, начала постепенно остервенело теребить клитор, сжимая его двумя пальцами.
- Вау! – возбужденно подначивал Тимка. – Да ты у меня секс-бомба, мамочка!
И мать на слова сына продолжала возбужденно ласкать себя. Шейка и без того влажная слегка набухла, стала выделять смазку и немного раскрылась.
- Вооотт… Умничка, мамочка… Шейку мне открываешь… - деловито произнес Тим, но мать, похоже, это не слышала, продолжая ласкать себя.
Тимка намазал лубрикантом шейку и стал потихоньку надавливать указательным пальцем в приоткрытую ложбинку. Сначала проникновение было на половину ногтя. Однако, Тим был настойчив и вскоре уже весь ноготь прошел в шейку. Мать уже не кричала, а удовлетворенно посапывала и легко стонала.
- Оу… Тимочка… всё…уже… отпускай шейку, а то затечет и проблемы будут у меня…
Тимка ещё раз смазал шейку и отпустил её. Она медленно вошла внутрь.
- Ай! – вскрикнула мать и вновь схватилась за живот. – Ну, ты даешь…кобелюка…Я же родить могу… уууфффф…фффф…
- Пока не время. – спокойно произнес Тимка и начал вводить руку во влагалище.
- Мммм… - застонала мать. – Опять в шейку полезешь, негодник…
- Конечно… - холодно ответил Тим. – Ты же не дала мне закончить осмотр.
- Больно было, Тимочка… - застонала мать.
- Терпи… ты же женщина… - улыбнулся Тимка, полностью затолкав кулак в пизду матери. – Рожать-то уже скоро. Как там будешь терпеть?
- ОООййй…АААййй… - заохала мать, хватаясь за низ живота.
- Убери руку с живота! – скомандовал Тимка.
С этими словами он положил свою левую руку на низ живота и немного надавил на него. Одновременно он подал свой кулак во влагалище вперед до упора. Он прижал шейку матки и ощутил твердость матки и плод, находившийся в ней.
- ММММааааа…Мамочки! – закричала мать и схватила Тимкину руку на животе. – Я же рожу сейчас! АААаййй!... УУУУуййй!...
- Дддааа… Покричи немного, мамочка… - холодно отвечал сын, в очередной водя до упора свой кулак и одновременно нажимая на живот, подавая матку вперед.
- МАМАААА! МаммочкИИИ! – кричала мать, норовя высвободить ноги. – Хватит, Тимка!
- Давай-давай! Кричи больше, мамочка! Словно рожаешь… - улыбался Тимка, смотря на мать.
Он увидел знакомую картину. Лицо матери было раскрасневшимся, и на лбу и на лице выступил пот. Тимка разжал внутри кулак и уперся указательным пальцем в уже хорошо раскрывшуюся шейку матки.
- Таааккк… - произнес Тимка, вводя палец в шейку. – Воооотттт… хорошо…
- Ой…сыночек…оооуууу…аааамммммйййй… Не надо в маткуууу…
- Надо, мамочка… Надо! – улыбался Тимка, надавливая на живот. – Я уже плод чувствую…Машку…
Оууу…негодник…кобель…извращенец… - стонала мать.
Тимка освободил ноги матери, они долго целовались. Потом вместе мылись в душе и, наконец, уснули вместе как влюбленные голубки.
