были делать. Только качественно и по науке. Похоже, все-таки ходил на гейские сайты…
Как странно заниматься простыми ежедневными вещами, умываться, например, зная, что через несколько минут будешь трахаться! Гнать от себя мысли о предстоящем сексе — чтобы не возбуждаться раньше времени, чтобы не перегореть, чтобы не выглядеть торопыгой — и все равно ощущать подспудное волнение. Пытаться думать о том, что делашь, и в результате ходить с пустой головой. Пытаться быть подчеркнуто спокойным и замечать несвоевременную дрожь пальцев. И низ живота будто пружина сжала…
Когда пришла пора выходить, я, пахнувший несколькими шампунями и кондиционерами, разгоряченный, восхитительно чистый, с удовольствием вытерся и потянулся за джинсами.
Как одеться? Будем трахаться — значит, выходить нужно голым. Но это как-то… Слишком.
Я воспользовался полотенцем.
На кухне парня не было. Исчезли также лужа у раковины и то, недостиранное мной, кухонное полотенце.
Я тут же направился в Серегину комнату.
Парень был там. И вновь я увидел его, будто в первый раз. Знакомая волна восхищения и желания накрыла меня.
И только потом я почувствовал, что что-то не так. Шорты заменили полотенце вокруг бедер. В руке была зажата футболка. Серега рассматривал тюбики со смазкой, и только поэтому еще не натянул ее на себя.
Он что же, одевался? Ждал, пока я выйду из ванной, и одевался?
Сознание услужливо предложило объяснение происходящему — Серый передумал.
Воздух вокруг зазвенел тоненькой, противной нотой...
Серега обернулся. Увидел меня, полуголого, и зрачки его расширились. Он сглотнул. Пробормотал:
— Какой ты…!
Замолчал. Потом еле слышно добавил:
— Красивый.
Я сначала не смог осознать этих слов. Лишь спустя мгновение вынырнула мысль, и я ухватился за нее, как утопающий за соломинку — может, мальчишка не передумал, ну, не передумал совсем, может, просто испугался?
— А вагинальный зачем? — спросил парень.
Голос у него был какой-то равнодушный.
Ответа на свой вопрос он дожидаться не стал.
— Я тут подумал… — сказал Сергей, отводя взгляд. — Только ты пойми меня правильно…
У меня екнуло сердце.
— Ты ведь, наверное, не зря предложил… — парень покрылся пунцовой краской, глаза его упорно смотрели в сторону, — …отложить. Ты ведь что-то имел в виду…
Эмоции.
Серый упорно на меня не смотрел.
— Ты ведь мог все это делать… чтобы… — его голос задрожал, — …чтобы меня не обидеть… ты мог… превозмогая себя…
Сережа не выдержал и отвернулся.
Потом отошел к окну и остановился перед ним. Он стоял спиной ко мне, неподвижно, глядя на что-то там, снаружи.
В комнате было тихо. Слышалось лишь тиканье настенных часов.
— Я представил, — заговорил он снова, — что бы я делал, если бы не хотел… но оказался в ситуации… когда не удается… объяснить упрямому другу, что я…
Он запнулся, но заставил себя продолжить:
— …если я не… гомосексуалист, а мой друг… упорно… тащит меня в постель… Я бы говорил то же, что говорил ты… И, пересилив себя… делал бы то же, что делал ты…
Он замолчал.
Я не тронулся с места. Просто смотрел на парня, пытаясь не обращать внимания на холодный узел в животе.
— Ты такой замечательный… добрый…а я… Я думаю только о себе…
Даже в такую минуту я не мог не видеть, насколько красивым тоненьким силуэтом чернеет Серегино тело на фоне светлого окна.
— В общем, я хочу, чтобы ты знал, что… я понимаю…
Я подошел к мальчишке, остановился сзади. Провел рукой по его волосам. Слегка подался вперед и коснулся носом затылка. Вдохнул запах шампуня, запах свежести. А потом поцеловал шею прямо под линией волос.
Я чувствовал облегчение. За эти несколько минут я испытал всю гамму чувств от разочарования до обиды, от ожидания худшего до надежды, и теперь испытывал громадное, светлое, радостное облегчение.
— Ну ты и дурак! — шептал я, продолжая целовать бархатистую кожу с золотистыми, выгоревшими под солнцем волосками.
Сергей не двигался. Казалось, он все так же, не отрываясь, следил за чем-то за окном.
Я невольно подался вперед, наши тела соприкоснулось, и я с упоением почувствовал прикосновение твердой спины к моей груди, упругой задницы к низу моего живота. Ладони невольно легли на остренькие плечи. Пальцы сжались, удерживая восхитительное тело рядом. Губы немного сместились, я сзади дотянулся до мочки Серегиного уха, и стал ее покусывать.
После паники, которая охватила меня несколько минут назад, удовольствие от прикосновений к телу парня было особенно ярким и острым.
Серега стоял неподвижно.
Мои губы сместились ниже, и я стал прикасаться к шее прямо под аккуратным ухом.
И только теперь парень шевельнулся. Занес руку за спину и ткнулся пальцами мне прямо в оттопыривающий полотенце, изнывающий от желания член. Будто не поняв, что это, Серега пощупал горячую палку под грубой тканью. Резко развернулся.
— Это…
Взгляд его метнулся вниз. Сергей резко одернул руку.
— Это твой…! — воскликнул он.
Ну да, а чего ты ожидал нащупать у меня в этом месте?
Только сейчас я понял, что за все время, пока мы целовались, обнимались и даже занимались оральным сексом, руки Сергея ни разу не коснулись меня ниже пояса.
Парень смотрел на мое полотенце. Мой член задрал ткань совсем неприлично. Сережины зрачки расширились.
— У тебя стоит! На меня!
Он нервно вздохнул и несмело улыбнулся.
— Ты меня хочешь! — прошептал он.
Я обнял Серегу, прижал к себе.
— Я тебя очень хочу! — сказал я.
— Значит, и целовать… — он опять запнулся, подбирая слова, — …целовать меня там ты тоже хотел!
— Очень.
Серега посмотрел мне в глаза. Я посмотрел в его глаза.
— Все эти страхи ты сам придумал, — прошептал я. — Я схожу с ума по тебе…
Теперь уже настал мой через запнуться.
— … уже месяц.
Серега сглотнул.
А потом закрыл глаза и поднес свои губы к моим. И я, конечно, поцеловал его.
Руки парни обхватили меня, сжали. Тела соприкоснулись. Грудь прижалась к груди, живот прижался к животу. Коленки стукнулись друг о дружку. Я слегка сдвинул ногу, и Сережино бедро зашло, немного боком, между моими бедрами.
Руки Серого сжимали меня все сильнее и сильнее. То ли от этого, то ли от возбуждения мне стало труднее дышать, но оторваться от парня я не мог. Мой член под полотенцем с силой прижимался к твердому животу. И я ощущал длинную палку на своем…
Потом Серега оторвался от меня, немного сдвинулся назад, посмотрел на меня.
— Какой же я дурак! — прошептал он.
— Я же тебе говорил! — подтвердил я.
Серый радостно улыбнулся и вновь прижался ко мне. Его ладонь заскользила по моей спине. Сначала медленно, осторожно, потом все быстрее.
Движения стали жадными. Мы вновь целовались, а Сережины руки лихорадочно исследовали мою спину, исследовали быстрыми, беспорядочными движениями. Продлевая и продлевая поцелуй, Серега водил ладонями из стороны в стороны, сверху вниз, перескакивал от поясницы к лопаткам, от затылка к боку, скользили по позвоночнику, сдавливали ребра. Его пальцы впивались в кожу, ногти оставляли легкие царапины.
Потом Сергей вновь оторвался от меня. Двинулся куда-то, и я хотел поймать его, но он увернулся.
— Стой, я хочу на тебя посмотреть!
Он обошел вокруг меня, медленно, не торопясь. Глаза его лихорадочно бегали по моему телу.
— Стой, не шевелись, — говорил он откуда-то сзади.
И я слышал только тяжелое дыхание и скрип половицы рядом.
— Стой, — говорил Серега, вновь оказавшись в моем поле зрения.
А потом медленным движением поднес пальцы к узлу на моем полотенце. Посмотрел мне в глаза. И тронул узел. Тот, и так едва державшийся, развязался мгновенно. Ткань с мягким шуршанием опала на пол. Прохладный воздух коснулся кожи.
Я стоял перед Сергеем абсолютно голый.
Рука дернулась было прикрыться, но я сумел сдержаться.
Серый стоял передо мной и смотрел вниз, туда, где темнел кустик волос, где сходились вместе ноги, где торчал вертикально вверх изнывающий от желания член. Прямо под взглядом мальчишки пенис шевельнулся, приблизившись к животу, и тут же вновь вернулся в положение вверх.
Сергей сглотнул. Я заметил, что пальцы его дрожат. Так же, как они дрожали позавчера, когда мы собирались поцеловаться в первый раз…
— Стой, — хрипло пробормотал он и опять двинулся в обход.
На этот раз за спиной он остановился и простоял там не меньше минуты. Всю эту минуту я едва сдерживался, чтобы не обернуться.
Наконец, Сережа опять появился передо мной. Медленно, мягко сделал пару шажков. Замер.
Потом,
