в тёплую влагу. Я стал поглаживать, иногда вводить два-три пальца. Катерина стала тяжело дышать, иногда выдохи делались прерывистыми. Я вынул руки, судорожно расстегнул пуговицы, и она помогла скинуть платье, оставшись в одних трусиках.
Оглядевшись, она опустилась на колени, и взяв в ладонь член, обхватила его головку губами и заглотила. Её пухлые губки стали скользить по стволу, целовать ставшую сиреневой головку, ладошками она ласково поглаживала мошонку. Я в свою очередь начал поглаживать её голову, плечи, наклонился и стал поглаживать колыхающуюся грудь. Не удивительно, что буквально через несколько минут я начал извергаться, ноги дрожали от возбуждения и напряжения, впервые в жизни я находился в экстазе не от самоудовлетворения, а от ласк красивой НАСТОЯЩЕЙ женщины, которая полуобнажённая старательно дарила мне наслаждения и с трудом пыталась проглотить всё, что изливалось ей в рот! Голова шла кругом. Наконец Катерина отодвинулась и встала. В уголках её губ и на подбородке виднелись белые тягучие капли. Быстро одевшись, я стал помогать и ей, протянул чистую тряпочную салфетку, которой она вытерла лицо, подал платье. Оба были смущены, и прятали глаза, обменивались короткими фразами, но в большинстве стояло глупое молчание. По дороге домой ехали молча, да и неудобно на ходу разговаривать из-за рёва мотора. От ощущений обхвативших меня рук, и от прижавшейся груди к спине, у меня снова началось волнение в штанах, но пока доехали, постепенно успокоился. По приезду сестра слезла с мотоцикла, и посмотрев в лицо пристально и чуть склонив голову спросила:
-Ничего небыло?
Я кивнул головой, а Катерина улыбнулась по-доброму и шепнула:
-Спасибо…
-Это тебе спасибо, - неуверенно ответил, пряча глаза, -Никто и никогда не узнает, обещаю.
-Я знаю, Егор. Понравилось хоть?, – сказала она с некоторой иронией.
-Очень!,- и я смущенный потопал на кухню со своими карпами.
Весь день я был в легком суппорте от произошедшего, а вечером не смог удержаться, и мастурбировал в сарае, заперев дверь.
Первые пару дней мы оба старались не встречаться взглядами, но затем всё вернулось как и прежде, даже наверное ещё более приветливое отношение. Катя успокоилась, да и Женьке сказала что договорилась со мной, и я молчу. Естественно без подробностей, «по семейному».
Больше месяца прошло с того случая, жизнь текла неторопливо, Катерина тусовалась в своей компании или с Женькой, её родители уехали домой. Моих ровесников не было, поэтому развлекал себя сам, рыбалкой, чтением, покатушками по окрестностям. Но, к слову сказать, кое-что открылось новое. Как-то незаметно мы стали общаться с ней и на интимные темы, вернее я больше спрашивал, что да как. А зная мою непорочность в таких делах, сестра охотно стала подсказывать, что бывает да как. Что у девушек, что у мальчиков. Смеялись от души, когда к примеру она показывала на пальцах, как делается куни. Не буду скрывать, что мне хотелось большего, познать женщину, безумно хотелось! Но я дал слово сестре, что никогда не буду шантажировать её, и всё будет так, как-будто ничего не происходило. И видя это, сестра с благодарностью и искренней теплотой относилась и ко мне. Как-то раз Катя попросила меня отвезти её в соседний райцентр в аптеку. На мой вопрос, а почему не в нашу, поселковую, Катюша ответила что в нашей нет того, что ей нужно, и вообще, много буду знать-скоро состарюсь.
Наступило 4 августа. День моего рождения. Если честно, накануне я слонялся не в настроении, да и откуда ему взяться, если мне надоела деревня, скука, нет друзей-приятелей, и какой ДР без подарков, застолья и прочего? Бабушкины котлеты, торт с сельмага и подарки в виде денежных сумм не в счёт. Да как назло подошла наша очередь пасти поселковое стадо, и именно на мой праздник. И Катерине, на её вопрос, что такой хмурый, сказал что и как, а в ответ услышал её смеющийся голос со словами:
-Вот завтра и посмотрим. Думаю у тебя будет такой подарок, который ты никогда не забудешь.
-А что за подарок?
-Завтра и увидешь.
Вечером решили, что до обеда скот погонять бабушка с дедушкой, а мы с Катей после обеда.
Наступило утро, меня разбудили ни свет, ни заря. Само-собой тягали за уши, желали6
-Расти большой!
На что чуть улыбаясь буркнул:
-Ращу…
Прикол поняла только Катя, которая прыснула в кулак, ушла в свою часть дома. Наши старики тоже ушли, решив, что все вместе соберёмся вечером.
День шёл неспешно, в обед сходил на почту, позвонить родителям. Конечно поздравили, пообещали забрать в город через пару недель, но это было туманно.
Вернулся уже по жаре. Сходил в душ, стало немного свежее. Пошлёпал на кухню, когда Катеринка выглянула из окна, и попросила ей помочь переставить стол в комнате. Естественно согласился, но сестра заявила, что она пока освободит место для него, и минут через пять мне зайти. Захожу, зову её с коридора, тишина. Захожу в глубь дома, затем в её комнату, тоже никого. И тут слышу, как за спиной лязгает засов, поворачиваюсь и в дверях появляется Катерина, от увиденного я просто опешил. Чуть ниже талии, поверх лобка и вокруг груди две красные ленты с огромными бантами. И больше ничего!
Она подошла вплотную, и негромко сказала шепотом:
-А вот и твой обещанный подарок…
Потянулась и поцеловала в губы. Я несмело ответил. Она улыбнулась и спросила:
-Ну что ты такой робкий? Я сама решила сделать тебе такой подарок, сегодня ты станешь мужчиной, можно всё, даже чего ты раньше не делал. Стала расстегивать пуговицы у моей рубашке, потом брюки, я стал раздеваться а сестра помогать мне. Затем она потянула за верхний бант, он распустился и лента упала на пол, я потянул за нижний, и она тоже стала полностью обнажённой. Повела меня к расстеленной кровати (я вначале даже не обратил на это внимание) и мы легли. Сразу стали ласкаться, гладить ладонями, целоваться. Катюша стала опускаться ниже, целовать шею, грудь, подразнила своим порхающим язычком соски, поцелую плавно перетекали ниже, пока она наконец не улеглась между ног, и как и в первый раз обняла торчащий уже член губами. Я любовался её красивым лицом и ласковыми губами, не мог оторвать взгляд от голой девичьей попки, сильно выделяющейся белым, на фоне тёмного загара. Девушка сосала с нежностью, то заглатывая полностью, то вынимая член, целовала головку причмокивая, лизала ствол, как мороженое.
Помня, как я первый раз быстро финишировал, и ощущая, что волна удовольствия уже скоро накроем меня, я позвал Катерину, и с волнением попросил её лечь на моё место. Она молча послушалась, и легла с улыбкой на лице. Губы её ещё немного припухли и сделались алыми. Я стал снова целовать, и повторять то-же, что только-что делала она со мной. Я впервые видел грудь так близко, мог касаться её, целовать, гладить. Соски стали большими и твёрдыми. Чуть покусывал, и услышал шумный вздох. Посмотрел на сестру, глаза сияли улыбкой, и она кивнула, чтоб я продолжал. Начал по очереди целовать соски, покусывать, а одной рукой мять свободную грудь. Вздохи стали громче и чаще. Наигравшись, стал опускаться ниже, провёл языком по животику, от чего по нему пробежала дрожь. Спустился ниже, сел перед ней, взял за колени и раздвинул её ноги, приподняв. Лёг между ног, и еле коснулся губами девичьего цветка. Потом чуть смелее поцеловал.
-А ты молодец! Всё что слышал запомнил, - услышал я тихий голос сестры. Я провёл языком по расщелинке, и ощутил странный, но приятный вкус на губах.
-Проведи ещё так язычком…Да… Вот так… А теперь возьми губами и тихонечко посасывай… Нет, вот тут… Дааа…
Катя стала подсказывать, что её будоражит, я старался как мог, пока не понял что к чему. Уже проникал вглубь языком, понял, что когда она надавливает мне рукой на голову, то языком и губами ласкать следует покрепче. Катя во всю стонала, выгибалась на кровати. Я иногда отстранялся и любовался её телом, колышущейся грудью с торчащими сосками, животом, талией, раскинутыми загорелыми, красивыми ногами, и конечно самым сокровенным. Мне это безумно нравилось, член стоял колом, девушка стала стонать, пытаясь закрыть рот кулаком. У меня уже устал язык и начало сводить скулы, когда вдруг она выгнула спину, сжала крепко мою голову по бокам бёдрами и протяжно застонала, выдыхая. Несколько раз содрогнулась, тяжело дышала открытым ртом. Некоторое время оба лежали
