ощущала его вздыбленный член в брюках и дрожь в голосе. Я чувствовала его непреклонное желание вновь овладеть мною. Не могла и я оставаться безучастной, у меня пробегали мурашки по спине, в промежности появлялась влага, особенно если я вспоминала о перенесенных восхитительных экстазах. Сережа изучил мои первые признаки возбуждения: дрожь в голосе, полуоткрытый рот с влажными набухшими губами, опущенные веки или полностью закрытые глаза. Видит Бог, в душе я протестовала против нашей близости, что-то бормотала осуждающее себя и сына, но все мои внутренние протесты тормозились излишней либидо взрослой женщины. Заметив это, он с большей настойчивостью вел меня к постели.
Один раз, придя из школы, не обедая, схватил меня в охапку и понес в спальню. Это уже было похоже на насилие. Я сопротивлялась, ударила его по щеке, но он завершил начатое дело. Не смотря на такой натиск со стороны сына, оргазм был сильнейшим. Затем, сын просил прощение:
- Мама, поверишь, на всех уроках я думал об этом, у меня даже заболел живот от длительной эрекции, я не выходил на перемену, боясь, что девчонки увидят у меня оттопыренные брюки. Прости меня мама, я больше так не поступлю.
Но, это были только слова, после каждой близостью со мною. Не смотря на то, что я всегда получала удовольствие от сына, я ни когда не была инициатором близости. Да это было и не нужно, так как Сергей не нуждался в этом, он всегда был готов.
Однажды, я провожая мужа за покупками, смотрела в открытое окно, лежа грудью на подоконнике и помахала ему рукой. Сережи дома не было. Когда он вошел – я не слышала, так как шум улицы заглушал его шаги по комнате. Он навалился па мою спину, крепко прижав своей большой массой тела меня к подоконнику. Приподнял короткий подол домашнего халата, и, отведя тесемку стринг в сторону, вошел в меня. Все это он проделал так быстро, что я не успела ойкнуть. Пытаясь вырваться, я несколько раз вильнула задом. Видимо, это движение попой, еще более возбудило Сережу. Он с удвоенной частотой и напором затрясся на моей спине. В этом положении я несколько раз “побывала на небесах”. Что я могла ему сказать после этого? Только поворчала для проформы, о его не сносном поведении . Хорошо, что муж отошел на значительное расстояние и больше не оборачивался.
Когда мы на ночь в квартире оставались одни, а это было очень редко, несколько раз в год, Сережа был очень настойчив в своих сексуальных домогательствах.
- Сережа, ведь ты говорил, что больше не будешь этого делать? Где твое честное слово?
- Мамочка, я ничего не буду делать, я только полежу с тобой в постели, – просил он, ныряя под одеяло.
Это были только слова. Начиналось с невинного обнимания и ласковых слов в мой адрес. Постепенно его руки осваивали все новые участки моего тела, добираясь до трусиков.
- Сережа, нет! Иди в свою постель. – Вяло, отяжелевшим языком, говорила я Сереже, при этом, не предпринимая решительных попыток воспрепятствовать его действиям.
Он доводил меня до такого возбуждения, что я не могла ему отказать. Каждая с ним близость заканчивалась бурным оргазмом.
Примерно, по одному и тому же сценарию происходили наши последующие близости. Иногда, мне самой, при воспоминаниях о подаренных мне сыном оргазмах, хотелось стать инициатором нашей близости, но, материнский инстинкт останавливал меня.
Со школы он с сестрою приходил всегда месте, поэтому он неделями не мог подойти ко мне. Я видела, что он вне себя от желания близости со мною, да и я в душе была бы не против.
Однажды он пропустил урок, ссылаясь на то, что заболел учитель. Школа была рядом с домом, поэтому я не удивилась, что на эти 45 минут он пришел домой. Из своей комнаты он вышел в одних трусах. Дело в том, что однажды я ему после нашей близости сделала замечание.
- Середа, ты бы джинсы снимал перед этим, они жесткие и складками ты натираешь мне бедра.
Его выход из комнаты в таком виде и оттопыренные трусы говорили, о том, что он сейчас должен подойти ко мне.
- Мама, выручай, я изнываю на уроках, думая о тебе, он не слушается меня и не хочет спать. Мы с тобой давно не были вместе.
- Сережа, о чем ты говоришь? Ты совсем потерял стыд! Ты забываешь, что я твоя мама, а не подружка, почему у тебя нет девочки-подружки, с которой бы ты мог проводить время?
- Мне ни кто не нужен, кроме тебя. Ты самая лучшая моя подружка. Я ни кого не смогу полюбить, так как тебя.
Это было мое только возмущающее бормотание. На самом же деле, с каждым его шагом ко мне, я находилась в предчувствии блаженства. Он слышал, как меняется тон моего разговора с ним, и видел мое желание противиться сказанному. Он подходил, брал меня на руки и уносил в спальню, или на месте брал меня под колени, поднимал, прижимая к стене, и насаживал на свой вздыбленный член.
Так продолжалось до окончания учебы в школе. Сережа поступил в Военное училище ПВО и уехал в город Калинин. Вскоре он женился. Наши отношения прекратились. Сережа больше ни когда не делал попыток сближения со мною, но оставался нежным и внимательным сыном.
Я часто вспоминала те чудесные мгновения, когда сын доводил меня до оргазма. С тех пор я больше не испытывала его не смотря на смену партнеров. Мне бы такого любовника, а не сына!
