с переводом. Тут вот список иностранных книг по моей тематике. Все их я, конечно, не прочту, но для списка использованной литературы они пригодятся, для солидности. Ты могла бы его напечатать? А то я его составлял наспех, да еще у меня ручка плохо писала.
- С удовольствием. В каком формате нужно печатать?
- Там уже все настроено, я начал его печатать, но у меня медленно получается и с ошибками. Ты проверь, пожалуйста.
Минут сорок они работали молча, лишь изредка Надя что-то уточняла в списке.
- Вот готов твой список, - воскликнула она.
- Ты молодец, я бы над ним долго сидел, да еще ошибок бы наделал.
- Твой папа упрекнул нас, что мы неумело целовались.
- У меня действительно небольшая практика в этом деле.
- Давай потренируемся, а то неудобно перед родителями.
Раздались звуки поцелуев.
- Появились объективные показатели, что я тебе нравлюсь, и ты меня хочешь, - заметила Надя.
- Да, это трудно утаить.
- Зачем же это таить? Мне приятно, что я тебе нравлюсь. Давай его выпустим наружу, какой красноголовый красавец.
- Наденька, давай ляжем в кроватку.
- С удовольствием. Раздень меня и сам разденься.
Заскрипела кровать. Раздались звуки поцелуев.
- Наденька, ты прелесть, можно мне туда?
- Не торопись, давай немножко поласкаемся. Голенькими целоваться прият-ней, правда? Поласкай мне сосочки. Тебе не терпится? Уже можно, только не сразу на всю длину, постепенно, толчками проникай туда. Вот и вошел, дай я ножки под-ниму. Ой, осторожно, ты прямо до матки достаешь, так приятно.
- Наденька, а спускать в тебя можно?
- Нужно, у меня спираль стоит.
Дальше слышались только звуки поцелуев, шлепки голых тел, тяжелое Толь-кино дыхание и Надины стоны. Наконец, у них там все затихло, было слышно, что они разговаривают шёпотом, но слов разобрать было невозможно. Потом Надя вышла от Тольки и пошла вниз, видимо в душ, а минут через десять вернулась и прошла в свою комнату. Я больше не мог сдерживаться и со стоящим членом направился к ней.
- Саша, ты был за стенкой и все слышал? Бедный мальчик, я представляю, как ты возбудился. Пойдем быстрее в кроватку, сними все с себя. Ой, какой он жёсткий, а размеры и форма точно как у Толи.
- Наденька, я тебя так хочу.
- Иди ко мне, давай я его направлю. Какой он у тебя умный, сам нашел вход. Не торопись. Делай все с чувством, с толком, с расстановкой. Тебе хорошо?
- Я чувствую себя в раю.
- В раю все пребывают в нирване, наслаждаются бездельем, а ты давай рабо-тай.
- Очень приятная работа, где бы найти такую?
- Если это станет принудиловкой, то быстро надоест и ты станешь недееспо-собным.
- С тобой мне это не грозит, ты меня так возбуждаешь.
- Дай я ножки подниму, постучи мне по донышку. Ой, ещё, как хорошо. Ты уже задергался? Остановись, полежи так, пусть остынет немножко твой стержень. Теперь двигай поглубже, но не быстро. У меня уже подходит. Быстрее.
Я быстрее задвигал задом, кончили мы почти одновременно. Я полежал не-долго на Наде, целуя ее лицо, шею, груди, потом откатился к стенке.
- Надо подмыться да помочь Валентине Петровне с ужином, - спланировала свое ближайшее будущее Надя.
- Я пошел к себе, - ответил я, поднимаясь и натягивая шорты.
- Тебе не понравилось?
- Почему ты так решила?
- Ты ни слова не сказал о том, что между нами произошло.
- Мне никогда не было так хорошо. Я думал, что это и без слов ясно.
- Не забывай, что женщины любят ушами.
- Странные существа женщины. Я наверху блаженства, чувствую тебя как часть самого себя, а тебе нужны какие-то слова, которые я не очень-то умею сочи-нять.
- Учись, по-другому девушку не соблазнишь.
- А мне кроме тебя никого не надо.
- Это сейчас не надо, а потом понадобится. Иди, я в душ пошла.
После ужина мы с Надей опять занимались сексом у нее в комнате. Она встала на четвереньки, а я загонял в нее свой член сзади, любуясь ее очаровательной по-почкой. Когда легли спать, Надя пришла к Тольке, они занимались сексом, и она осталась у него ночевать. Утром они опять занимались сексом. В этот день Толька четыре раза занимался с Надей сексом, а я пять раз. На следующее утро мы с бра-том еще по разу впендюрили Наде, а когда все собрались за завтраком, мама, поль-зуясь тем, что отец уехал на работу, начала разговор прямо за столом.
- Вы что это творите? – Накинулась она на нас с Толькой. – Она вам рабыня что ли? Вы посмотрите, до чего вы ее довели.
Мы уставились на Надю. У нее появились синие круги вокруг глаз, и вообще она выглядела уставшей.
- Сколько раз вы ее натягивали? Совсем совесть потеряли. Надя, ты ничем им не обязана. В вопросах секса ты главная. Делай только то, что тебе приятно и не во вред здоровью. Эти жеребцы застоялись, так им все мало. Сегодня никаких сноше-ний, Наденька отдыхает, а вы за ней ухаживаете, предупреждая каждое ее желание. А в дальнейшем по разочку в день вполне достаточно. Я прослежу. Ты им не пота-кай, будут обижать, мне жалуйся. Я их быстро на место поставлю.
- Мама, ты абсолютно права, - ответил Толя, - мы увлеклись. Наденька такая соблазнительная девочка, что желание возникает постоянно. Надя, ты прости нас, это больше не повторится. Мы будем соразмерять свои потребности с твоими воз-можностями.
- Да все хорошо, вот только эти пятна на лице, - ответила Надя.
- Пока пятна не исчезнут, не приближайтесь к Наденьке, - приказала мама.
- Что и поговорить нельзя? – Поинтересовался я.
- У вас все разговоры переходят в уговоры. Пилите ее в два смычка и меры не знаете.
- Мам, ну что ты нас какими-то монстрами представляешь. Нам Наденька очень дорога, мы уже успели влюбиться в нее. Просто сказалось отсутствие опыта. Каждая встреча должна быть подарком, а мы их превратили в конвейер, - подвел итог Толька, - это плохо. Надя не возражала, потому что чувствует себя обязанной нам, за то, что мы ее приютили, а это не так. Это мы ей благодарны за необыкно-венное счастье, которым она нас одаривает. Наденька, прости нас за нашу глу-пость, впредь будем внимательней.
- Ладно, давайте завтракать, - предложила мама, - восполняйте потерянные калории.
В этот день мы старались всячески угодить Наде и порядком ей надоели со своими предложениями. Она заперлась у себя в комнате и хорошенько отоспалась. Перед сном мы с Толькой ее по разочку оприходовали. Теперь каждый из нас за-нимался с Надей сексом только по два, максимум три раза.
Так прошел месяц. Папа был уверен, что Надя гражданская жена Толи, звал ее дочкой и однажды, приехав с работы, позвал их к себе и вручил две путевки в Египет.
- Твоя диссертация никуда не убежит, а Наденьке отдохнуть надо. Две недели поплещетесь в море, сразу посвежеете. Август не лучшее время, но потом для Нади учебный год начнется. В общем без возражений собирайтесь и через полторы неде-ли чтобы вы уже свои животы в Египте грели.
- Спасибо, Сергей Александрович, - Надя расцеловала папу.
- Ладно, ладно, а то еще мать приревнует.
Толька с Надей уехали, а когда вернулись, брат объявил, что сделал Наде предложение и через два месяца у них свадьба.
- Поздравляю, - воскликнул папа, - я подозревал, что этим закончится. Надо быть последним болваном, чтобы упустить такую девушку, как Наденька. Толя, завтра-послезавтра вы с Надей едете к ее родителям, ты знакомишься с ним, сооб-щите им о предстоящей свадьбе и привезете их к нам. Погостят у нас, познакомим-ся. Ведь мы скоро родственниками станем.
Мама отвела меня в сторону.
- О том, что у тебя было с Надей, забудь. Я не позволю ломать Толину судь-бу. Я так рада за него, Надя замечательный человечек. А тебе я кого-нибудь найду.
- Спасибо, мамочка, я и сам не безнадежный, найду себе дырочку.
- Найди, а к Наде не приближайся.
Надя мне тоже очень нравилась, я сильно ревновал ее к брату, но понимал, что я ему не соперник, молод я для нее. Мы с ней спокойно общались, как будто ничего между нами не было. Вскоре у меня появилась весьма темпераментная по-дружка, которая так старательно освобождала меня от всяческих застойных явле-ний, что на других женщин я уже не смотрел. Я сосредоточился на учебе и сексе. Оказалось, что эти занятия хорошо сочетаются и дополняют друг друга. Я окончил университет с красным дипломом, через два года его окончила моя Таня, а за год до этого мы поженились.
