мне в декольте или в кружевную резинку чулка на правом бедре. Но Владимир Николаевич старательно пытался это скрыть. Вот ведь чудной – я же именно для тебя и выставила напоказ свои персики!
Я поняла, что нужно начинать действовать самой. Твердо это решив, я положила свою руку ему на колено. Он слегка вздрогнул от неожиданности, но вида не подал. Какой же ты робкий, радость моя!
В зале царил полумрак, наши места были крайними у центрального прохода, а со сцены оглушительно звучало меццо сопрано – можно было не волноваться о том, что кто-нибудь обратит на нас внимание. Хотя я никогда и не переживала на этот счет.
Немного полежав на колене, моя рука стала подниматься выше и гладить бедро Владимира Николаевича. И о, чудо - его левая рука осторожно опустилась на мое колено и якобы невзначай переползла на мое бедро.
Я окончательно осмелела и взяла свободной рукой эту его руку и чуть разведя в стороны ножки, просунула ее поближе к писечке. Пальцы Владимира Николаевича стали гладить мою киску через ткань трусиков. От этих ласк я сразу же почувствовала, что потекла - трусики потихоньку стали пропитываться моими выделениями.
Тут я заметила тугой холмик, что стал расти в брюках моего спутника. Немедленно добравшись рукой туда, я стала его гладить и играть с ним - слегка барабанить пальчиками. Дыхание Владимира Николаевича участилось. Я почувствовала, как его влажные от моей смазки пальцы пытались отодвинуть ткань трусиков, чтобы забраться поглубже.
Мягко отстранив его руку, я медленно подняла подол платья до бедер и, взявшись большими пальцами за тонкие резинки моих красных стрингов, потянула их вниз. Наклонившись и элегантно сняв трусики с каблучка, я показала их Владимиру Николаевичу. Он смущенно заулыбался. Потом я аккуратно их сложила уголком и сунула ему в верхний кармашек пиджака, вместо платка.
Как-то отреагировать на это он не успел, потому что в этот же момент моя вторая рука уже расстегивала молнию на его бугорке.
Возбуждение росло и я захотела большего. Кроме того опера в конце концов стала просто раздражать.
- Может быть лучше поедем кататься на вашей большой красивой машине? – шепнула я в горячее ухо. В этот момент моя рука уже сжимала его возбужденный член.
- Да…да, конечно! Желание женщины…закон! – сглатывая слюну, прошептал он. - А водитель? Отправить его домой?
- Зачем? – насмешливо спросила я. – Он меня не смущает! А вас?
Видели бы вы его глаза в этот момент.
- Ммм…нет! – пробормотал он.
И мы тихонько встали со своих мест и стали продвигаться к выходу. Весь этот путь он то и дело одергивал пиджак и, краснея, оглядывался по сторонам. И не удивительно, ведь я вела его за собой, держа за член.
***
- Кружи по городу! – сказал водителю Владимир Николаевич, хлопая дверцей. - И по ровной дороге! Ох…
В это время я уже во всю сосала его член.
Машина тронулась. Невозмутимости водителя можно было только позавидовать.
- Музыку включи! А…а! – почти криком добавил он, так как я ускорила темп посасываний.
Зазвучала танцевальная мелодия. Ну что же, отличное звуковое сопровождение!
Оттягивая кожу вверх и вниз, я играла язычком с его налившейся бордовой головкой. При этом не забывала и о яичках, придерживая их другой рукой.
- О…о… – стонал он, поглаживая мою голову.
Пока он делал это тихо, чтобы не смущать водителя.
Время летело незаметно и нужно было переходить к главному блюду.
Выпустив его достоинство изо рта, я подняла свободную руку вверх и, нашарив над головой рычажок, включила потолочный фонарь. Такую меня нужно рассмотреть как следует!
Взявшись двумя руками за нижний край платья и движением вверх через голову, я быстро скинула его. В машине это делать было не очень удобно, но как-то справилась. Оставшись в корсете, чулках и туфлях я почувствовала себя свободней. И, похоже, что мой вид, даже при тусклом свете потолочного фонаря, произвел правильное впечатление на Владимира Николаевича – он просто стал есть меня глазами.
Но мой образ был еще не завершен. Поэтому я приспустила корсет и с небольшим трудом (муж постарался) извлекла сначала одну, а затем и другую грудь. Взяв их в свои ладони, и демонстративно взвешивая, я томным взглядом посмотрела на Владимира Николаевича. Он застонал от нетерпения.
Не заставляя его долго ждать, я забралась к нему на колени и, ловко просунув руку межу ног, взяла его торчащий член и вставила себе во влагалище.
- О… - застонал Владимир Николаевич, держа меня за талию.
Приоткрыв свои губы, я жадно присосалась к его губам. Наши языки встретились. И в этот же момент я стала медленно насаживаться.
Руки Владимира Николаевича гладили мою талию в корсете. Я подумала, что лучшее место для них чуть ниже и поэтому переложила их на свои булочки. И Владимир Николаевич тут же вцепился в них мертвой хваткой. Вот оказывается, какой он, когда его заведешь! Он сжимал и разжимал мои мякушки, поглаживал – в общем, мял попку с явным удовольствием. Я была очень рада, что она ему так понравилась. Знал бы он, сколько труда мне стоит содержать эту прелесть в такой форме! Но с другой стороны, оно же того стоит!
Любовный ритм стал ускоряться. Даже сквозь долбящую музыку я слышала, как моя промежность хлестко билась о его мошонку.
Владимир Николаевич, крепко вцепившись в мою попу, просто изнемогал от страсти и удовлетворения. Чтобы поддать жару, я взяла в руки свою грудь и, слегка сдавив, прижала ее к его лицу, при этом продолжая неистово скакать на нем.
- Ох…это чудесно! – глухо раздалось где-то у меня между грудей.
Потом я почувствовала его язык, который стал метаться между моими тугими холмами, лаская их. Через ущелье между ними, я просунула свой язычок и они встретились. От духоты и такого жаркого вечера мои малышки слегка вспотели и были солененькие на вкус.
Это длилось недолго. Неожиданно я ощутила, что Владимир Николаевич засовывает палец в мою заднюю дырочку.
Я остановилась и посмотрела в его раскрасневшееся лицо.
- Вы хотите туда? – разгоряченно спросила я, переводя дыхание.
Он скромно кивнул.
Аккуратно выведя из себя его каменный член, я стала озираться в поисках своей сумочки.
- А вдруг? – мелькнула мысль в моей голове.
Золотой край выглядывал из-под водительского сидения.
Взяв сумочку в руки и открыв ее, я улыбнулась. Рядом с упаковкой презервативов лежал маленький тюбик смазки для анального секса. Умничка муж, все предусмотрел! Да еще и с клубничным ароматом! Но презики, милый, мне сегодня не пригодились!
Мысленно целуя мужа, я взяла тюбик и открыла колпачок. Повернувшись к члену Владимира Николаевича лицом, я выдавила немного геля на его головку и, почуяв сладкий ягодный аромат, стала аккуратно размазывать его по всей длине.
- Ух, холодный! – посмеивался мой любовник.
- Еще и с клубничкой, – улыбнулась я.
Затем я повернулась к нему спиной и, упершись в передние кресла, прогнула спинку и выставила попу, чтобы как следует себя смазать. Остатки геля на ладони я стала втирать в мою дырочку. Хорошо размазав, я аккуратно проникла туда средним пальчиком, проверяя эффект. Все было отлично!
Чуть привстав, насколько позволял потолок машины, я стала прилаживать попку к члену. Машину слегка трясло, и это сделать было непросто. Кончик головки почти вошел, и я приготовилась к большему.
Неожиданно мои глаза встретился с чьим-то укоряющим взором. Это был водитель, смотрящий на меня с явным осуждением через зеркало заднего вида. Я ему приветливо улыбнулась и подмигнула. Он смутился. Я же, плавно соскользнув по смазке, медленно села попкой на всю длину члена Владимира Николаевича.
- У…у…у! – сладко простонала я, все также глядя в зеркало заднего вида.
Водитель с ненавистью отвел свой взгляд.
Я же откинулась на Владимира Николаевича и отдалась его ласкам. Своими руками он захватил мои груди и крепко сжал их. Моя рука при этом уже неистово теребила клитор.
Я начала двигаться резче.
Владимиру Николаевичу явно было тесновато в моей попке. Прошло всего лишь несколько мгновений, и он уже тяжело задышал. Его стон постепенно стал усиливаться, перерастая в рев. Скорей всего, он уже не мог сдерживаться.
Я все поняла, и быстро выгнув спинку, максимально присела, чтобы он был во мне как можно глубже в момент оргазма. И я не ошиблась: нащупав мои торчащие сосочки, он сильно сдавил их пальцами и закричал:
- Аааа!!!
Его член взорвался
