отправляться в путь не помывшись. Чистыми должны быть не только помыслы, но и тело.
- Вон там - ответила я и указала на пристройку, которую срубил ещё мой отец - там есть очаг и большой котёл для горячей воды.
Она ловко метнула топор и он воткнулся в полено. Затем женщина начала собирать наколотые дрова и заносить их в пристройку. Я ей помогала. Натаскав воды, мы разожгли огонь и плотно закрыли двери. Стало жарко и мы разделись. Мы обливались горячей водой и мне давно так не было хорошо. Разгорячённая, я села на скамью и девушка подошла ко мне.
- Я знаю, у тебя давно никого не было, позволь к тебе прикоснуться.
Она протянула свои руки и нежные пальцы легли на мою грудь. И я не отстранилась. Мне почему-то вдруг стало приятно и легко, словно я поднялась над землёй и парила в воздухе.
- Элен - я впервые назвала её по имени - может быть не надо, это нехорошо, ты ведь не мужчина.
- В каждой женщине есть мужское начало, как и в каждом мужчине есть женское, отбрось все предрассудки и ни о чём не думай!
Мягкие пальцы трогали и покручивали мне соски и гладили грудь, и эти прикосновения вдруг вызвали во мне прилив яростного возбуждения. Затем я почувствовала мягкое поглаживание у себя между ног и возбуждение усилилось. Плавно растекаясь, оно пронизывало всю мою сущность и мне хотелось продолжения. Пальцы проникли внутрь и настойчиво гладили мой клитор и по всему телу распространилась новая волна блаженства. Потрясённая и лишённая воли к сопротивлению я сидела, не в силах шевельнуться. В голове вертелись мысли о том, что вступать в интимную связь женщине с женщиной - тяжкий грех, но я уже не могла противиться настойчивым ласкам и подалась вперёд, прижимая её руки к себе. И снова могучая волна блаженного греха вихрем закружила меня и я отдалась на волю своей любовнице. Я понимала, что это противоестественно, и это понимание только умножало мою страсть. А вдруг кто узнает или подсмотрит и донесёт? Уж кого, а соглядатаев в округе хватает.
Ведь почему местный шериф всё обо всех знает? Отрубят голову или предадут огню. А перед этим наверняка будут пытать. Ну и пусть. Я тяжело дышала. Её страстное, в капельках пота лицо приблизилось к моему и влажные, чуть солоноватые губы встретились с моими. Что же я делаю! Ведь нельзя же, ведь грех великий. Ну и ладно, грех так грех. А издеваться над беззащитной не грех? А камни бросать в меня не грех? Ведь я же не виновата в том, что не могу иметь детей и, видит Господь, в смерти своих мужей я тоже не виновата. И пусть я буду проклята всеми церквями и приходами, меня так мягко и нежно никто ещё не полюбил. И я горячо отвечала на её поцелуи языком и губами и плотнее прижималась к влажному и гибкому телу. Элен опустилась передо мной на колени и раздвинула мне ноги. Она тяжело дышала, её раскрасневшееся лицо было обращено на меня, она тихо сказала:
- Выбрось из головы все мысли. Расслабься как только можешь и пусти меня поглубже в себя и ты получишь наслаждение, которого не испытывала никогда.
С этими словами француженка опустила голову ко мне между ног и я ощутила плотное прикосновение губ на моём влагалище. В следующее мгновение её язык глубоко проник внутрь и приласкал мой клитор. Она оказалась права. Ураган, переворачивающий дома, молния, сжигающая деревья дотла - вот какая сила блаженства пронизала меня и я застонала. Её ласки всё усиливались и её язычок двигался во мне и заставлял трепетать всё тело. Я обнимала её за шею и гладила за волосы. И продолжала стонать.
Вообще-то мужчин у меня было немного и трахали они меня грубо, делая хорошо лишь себе. Они требовали от меня секса лишь тогда, когда возникало желание только у них и не спрашивали меня, хочу ли я сейчас близости. А если я начинала сопротивляться, они брали меня грубой силой и кроме боли никаких других ощущений я не испытывала. Накончав в меня своей спермой они как ни в чём не бывало продолжали дальше заниматься своими делами - плели корзины, складывали поленья или таскали сено. Ни ласки, ни любовных слов и мягких прикосновений я в своей жизни от мужиков так и не получила. В лучшем случае грубое и похотливое лапанье моих интимных мест.
И вот сейчас эта француженка давала мне то, чего я ни разу не испытала, это было как в сказке, как будто я находилась в каком-то другом, большом и светлом мире. До настоящего момента лишь отголоски этих ощущений приходили ко мне в редких и недолгих снах. И я вспомнила, как в детстве, когда у меня впервые пошли месячные, что-то подобное мне приснилось и этот чудный сон был мимолётным, но как же мне не хотелось просыпаться. Но когда я проснулась, то обнаружила, что между ног у меня всё абсолютно влажное. И это была не кровь. Теперь же всё было наяву.
Элен забросила мои ноги себе на плечи и обняла меня за бёдра и продолжала настойчиво и мягко теребить мой клитор. Её губы постоянно двигались а язык то описывал круги, то двигался вдоль, то поперёк внутри моей пещерки. От ласки и объятий девушки я дрожала и извивалась ей навстречу помимо своей воли. Я громко и томно стонала, прижимая к себе такое желанное и горячее девичье тело. Она подняла голову и посмотрела на меня. Как же она хороша! Разгорячённая, пылающая ярким румянцем с полуоткрытыми губами. И я инстинктивно всем телом потянулась к этим губам. И я целовала эти губы, эти глаза, это нежное лицо и задыхалась от страсти. Затем так же инстинктивно я начала опускаться вниз к её лону. По пути я ласкала ей грудь и живот, пока не достигла промежности. Мои губы сами обхватили её и язык мой нащупал твёрдую горошину клитора. Элен двигалась навстречу моим движениям и тоже страстно стонала. В моей голове гулко стучало и на глаза наваливалась пелена. Я чувствовала приближение оргазма. Наконец Элен изогнулась, прижав мою голову плотнее к себе и звонко закричала, излив на моё лицо вязкую массу. Внутри меня как в жерле вулкана подобно взрыву мощным напором изверглась лава и растеклась по всему телу. И я, не сдерживаясь, закричала вместе с ней.
3.
Элен собиралась в далёкий путь. Она вывела своего коня и привязала его к крыльцу. Уже полностью экипированная, она во дворе точила длинный меч о камень. Я наблюдала за ней из окна. В голову лезли невесёлые думы. Вот сейчас она попрощается и уедет. Уедет навсегда и я её больше не увижу. И опять останусь одна. И вновь бесконечной чередой потянутся эти никчёмные унылые дни. Они сложатся в годы и я постарею, если ещё раньше не наложу на себя руки. Какая же она необычная и как с ней было хорошо. Зачем я живу? Для чего? И вот сейчас она уедет и останется пустота. И одни лишь воспоминания о ней будут тревожить по ночам и скрести когтями мою душу. Она раскрыла мне глаза на многие вещи и показала, какой может быть любовь. И пусть эта любовь трижды порочна, но как же мне с этой девушкой было хорошо, легко и свободно. Как жалок этот серый мир, как он жаден и жесток. И для меня он бесконечно пуст. Наконец я решилась. Я вышла во двор и подошла к Элен. Она повернулась ко мне и смотрела на меня.
- Не бросай меня - прошептала я - я сойду с ума здесь одна, я сдохну без тебя, возьми меня с собой и я пойду с тобой хоть на край света. Если не хочешь брать меня с собой, тогда лучше прямо здесь убей. Элен, я люблю тебя.
И тут я снова разрыдалась, уронив ей на грудь свою голову. Элен обняла меня и прижала к себе. Она гладила меня по голове и молчала. Затем она сказала:
- Ну что же, мне надо спросить разрешения и совета у своего учителя.
- Но как?
- А так. Если нет тела, ещё не значит, что нет и души. Он живёт вот здесь - и она показала на свою голову - и здесь - она показала где сердце - отойди и не мешай.
Я вернулась в дом и села возле окна. Я наблюдала за ней. Элен расстелила на земле небольшой коврик и села на него, скрестив ноги и опустив руки на колени. Она замерла и сидела так около получаса. Затем она встала, сложила коврик и вошла в дом.
- Тебя не пугают трудности дальнего пути? - спросила она.
- Нет - твёрдо отвечала я.
- Готова ли ты биться насмерть и отдать жизнь за меня?
- Да, теперь я готова на это.
- Ну что же, коня мы тебе подберём и со временем ты научишься всему. Учти, будет тяжело, ещё есть время передумать. Сейчас ты стоишь перед выбором и этот выбор ты должна сделать сама. Выбор есть у каждого. Так едешь ли ты со мной?
И я ответила твёрдо:
- Да.
Впереди простиралась необъятная равнина и конь неспешно отбивал копытами равномерный шаг. Я сидела сзади Элен и держалась за седло. И я не оглядывалась. Мне даже не хотелось прощаться с тем миром, в котором я жила и который ненавидела. Теперь меня ждал совершенно новый и другой мир, наполненный смыслом, с его приключениями и странами, о которых я даже не ведала. Мы двигались на восток навстречу солнцу, и теперь я была не одна, со мной рядом была сильная женщина, которую я полюбила и я знала, что стану такой же как она...
Когда б я властен был над этим небом злым,
Я б сокрушил его и заменил другим,
Чтоб не было преград стремленьям благородным
И человек мог жить, тоскою не томим.
