по постели, дрожа и бьясь в конвульсиях удовольствия, не мог сдерживать стонов, то запуская руку в его густую черную шевелюру, то неимоверно сильно сжимая простынь...
Ни одна девчонка никогда не делала подобного, и, видимо, никогда и не сделает. Дичайшее возбуждение накатывало на меня огненной волной, и в один миг этот столб жаркого пламени стек вниз и сконцентрировался в районе паха, все более и более уплотняясь. Будто звездная материя, извлекаясь из разных уголков Вселенной, притягивалась в определенную точку и скапливалась, увеличивая свою плотность. Когда наступила точка невозврата, звездная материя схлопнулась и родилась Сверхновая. Я кончил.
Д. поднял голову и провёл языком по губам. По ним стекала белесая жидкость.
- Солененькая, - причмокнув, произнёс он. Я лежал, не в силах справиться с дрожью и диким сердцебиением. Д. наклонился и нежно поцеловал меня в губы; я почувствовал слабый солоноватый привкус. Потом он рывком снял с меня футболку, а затем и с себя и прильнул к моему рту.
Он сидел на мне, а его руки ласкали моё тело, которое от каждого прикосновения покрывалось тысячами мурашек. Затем его жаркий рот спустился ниже и я почувствовал, что после каждого касания к моей шее остаётся красное пятнышко.
Д. добрался до уха и его острый язык стал вытворять с ним нечто невообразимое, такое, что я стонал и извивался под ним как уж. Тот, кого я желал больше всех на свете, усмехнулся мне в ухо и медленно двинулся вниз, чертя носом на коже невидимую линию. Она оборвалась возле одного из сосков. Д. ласково поцеловал его и миллионный раз моё тело сотрясла мощная дрожь. Непередаваемые ощущения, когда тебе ласкают грудь. Приоткрыв глаза, я заметил, что он надрачивает собственный член, и от этого возбудился еще больше.
Я сам не помнил, как оказался на четвереньках. Д. погладил мою спину, поцеловал ее, а затем прогнул. При этом сексуально облизнув указательный палец. Я почувствовал, как его язык ласкает мою единственную дырочку, и это было чертовски приятно. Он последний раз лизнул, зацепив и яйца, и медленно стал вводить свой пальчик в меня. Д. двигал его взад-вперёд, постепенно наращивая скорость, затем ввёл еще один, и еще...
Мне было неприятно только в начале только слегка - возбуждение было неимоверным. Я дико хотел, чтобы он наконец-то вошёл в меня и жарил бы страстно, неистово и первобытно.
- Д., возьми меня, прошу, - едва слышно прошептал я, не в силах терпеть эту сладкую муку.
Он вынул свои пальчики из меня, облизнул, смочив слюной, провёл по головке внушительного члена. А затем я почувствовал, как нечто твёрдое и раскаленное медленно внедряется в моё существо.
Было больно, но совсем недолго. И когда Д. начал ускоряться, я провалился в Нирвану.
Я не помню, что кричал, пока Д. остервенело трахал меня, рыча как какой-то зверь. Я помню лишь то, что со скоростью света надрачивал свой член, и что в моём воспаленном сознании билась лишь одна мысль: " Я люблю тебя, Д." И, кажется, я прокричал ее несколько раз.
Мы кончили одновременно и устало повалились навзничь. Я чувствовал, как его сперма плавно и лениво перекатывается внутри меня, сердце замедляет ритм, а в теле устанавливается удовлетворённый покой.
Я повернулся к Д. и поцеловал его. Он улыбнулся и закинул руку мне за голову. Так лежали мы n-ное количество минут или часов - я не помню.
- Павел, - Д. разрезал тугую тишину в тот момент, когда я почти провалился в сон, - я должен скоро уехать. Из города и из страны.
Я приподнялся на локте и удивленно посмотрел на него.
Д. отвел глаза.
- Мать хочет, чтобы я учился в Германии, - проложил он после короткой паузы, - уезжаю через три дня. Можно сказать, я заехал с тобой попрощаться.
Он сжал моё бедро и встал, направившись в ванную. А я остался лежать, тупо смотря в потолок, и медленно переваривал услышанное. И когда мой разум, наконец, его усвоил, я понял, что им отравился.
***
Мы молча попрощались, и я, как только закрыл за ним дверь, сразу метнулся к окну.
Д. шёл к своему байку, припаркованному неподалёку, оглядываясь по сторонам. Надел шлем, ловко его застегнул, завёл мотоцикл, ударил по рычагу и, дрейфтанув, исчез в густых утренних сумерках, навсегда увозя с собой мою душу и сердце.
