запустила руку между ног и стала тереть длинными бледными пальцами свою мокрую волосатую щель.
Маховик времени лёг в ладонь Гермионы. Всего лишь песочные часы в потёртой круглой металлической оправе, но эта вещица и разрушила их жизни, и могла спасти их.
«Заклинанием Авада Кедавра можно уничтожить и маховик, и все случившиеся из-за него вмешательства во время, - Гермиона прокручивала в голове строчки из прочитанной книги. - Убивающее заклятье сотрёт все последствия вмешательства во время. Во всём мире о случившемся будет помнить лишь тот, кто уничтожил маховик».
Но у Гермионы не было палочки, чтоб сотворить Убивающее заклятье - палочки у них с Джинни отобрали ещё на входе в Азкабан. Ей надо было выкрасть маховик, чтобы уничтожить его потом - но где его спрятать, если ты раздета догола?
Некогда Гермиона читала познавательную биографию французского арестанта, где описывалось, как контрабанду проносят в тюрьмы в прямой кишке. Тогда она подивилась этому и даже порадовалась, что её эти извращения уж точно не касаются. Теперь Гермионе всё чаще казалось, что и её биографию пишет какой-то автор с бурной больной фантазией.
Сев на корточки у окна и упершись одной рукой в каменный пол, Гермиона рассмотрела маховик. Он был, к несчастью, больше того, что она использовала на третьем курсе - почти десять сантиметров в самом широком месте. Деваться было некуда - наскоро смочив его поверхность слюной, Гермиона сжала губы и стала ввинчивать металлическое кольцо маховика в свой анал.
От касания холодного металла к натёртой коже промежности бросало в дрожь. Маховик входил в задний проход гриффиндорки неохотно, с натугой, причиняя ей боль. Гермиона старалась сдерживать стоны, чтоб не привлечь внимание Беллатрисы. Гриффиндорке уже приходилось принимать и во влагалище, и в зад такие толстые предметы, но сейчас Малфой сузил заклинанием её дырки, и ей приходилось снова раздирать себя. С горьким смешком Гермиона мысленно поблагодарила Рона, что он отчасти растрахал её задницу заново и хоть немного подготовил к этому большому инородному телу.
Ноги Гермионы тряслись, она боялась, что не выдержит и шлёпнется на пол. Холодное гладкое широкое кольцо слишком медленно прокладывало себе путь в её заднем проходе. Гермиона нажала сильнее - с пронзительной болью самая широкая часть маховика проскочила сфинктер, и гриффиндорка не удержала сдавленного крика. Она испуганно взглянула на Беллатрису - но сумасшедшая ведьма, по счастью, всё ещё стояла раком к Гермионе и Джинни, не слыша ничего за своими стонами.
- Да, рыжая... Да, бесстыжая! - визжала Беллатриса. - Уизлетта, у тебя такой жаркий язычок, такой мягкий и длинный... Я чувствую всю его длину в своём очке... Да, шуруй им как следует! Выеби меня своим ртом! - Белла кричала и ожесточённо трахала свою хлюпающую пизду тремя пальцами, пока бедная Джинни обсасывала губами её анус снаружи и исследовала языком изнутри, морщась и плача.
- Беллатриса, ну хватит уже! - раздался снаружи камеры голос Драко. - Мне надо увести шлюх! Отец будет недоволен!
- Дракопупсик, ну ещё чуть-чуть, - протянула Белла. - Люциус поймёт. Наша птичка Джинни сегодня была такой хорошей девочкой... Я хочу в награду её покормить и чувствую, что из меня вот-вот полезет толстый ароматный земляной червяк...
От одной мысли об этом Джинни позеленела и выпучила глаза. На секунду перестав лизать жопу Беллатрисы, она бросила через плечо умоляющий взгляд на Гермиону - и тут же снова полезла языком в очко пожирательницы.
Гермиона, отчаянно нажав на маховик, утопила его глубоко в своём заднем проходе, постаралась утрамбовать туда же цепочку и поковыляла спасать Джинни. Хвостик цепочки чуть торчал из ануса, и маховик в заднице заставлял Гермиону нелепо расставлять ноги - оставалось надеяться, что этого никто не заметит.
- Мадам Лейстрендж, - позвала она сумасшедшую ведьму.
- Да, да, глубже... Ты что-то сказала, шлюшка? Хочешь поменять Джинни? - спросила Беллатриса.
- Мадам Лейстрендж, - потупилась Гермиона, - а меня только что трахнули Гарри и Драко.
- Так и было задумано, грязнокровочка, - ответила Белла, тяжело дыша. - Скажи что поинтереснее. Да, Джинни, да... твой червячок уже ползёт...
- Но вы не знаете, как именно они меня отымели! Надо мной ещё так не извращались, - продолжила Гермиона, пытаясь сильнее завести распалённую пожирательницу.
- И как же? Сидя, лёжа, на голове? - рассмеялась Беллатриса, но всё же обратила на Гермиону внимание. - Я всё это видела. Лет этак двадцать назад мы с Люциусом как-то имели в такой интересной позе эту грязнокровку Лили Эва...
- Они трахнули меня в пизду одновременно! - воскликнула Гермиона. - Вот, смотрите, - она раздвинула свою раздолбанную натёртую вагину, показывая Белле, как её растянули.
Тёмные глаза Беллатрисы возбуждённо заблестели, она облизнулась.
- Мне было так стыдно и неприятно, - зашептала ей Гермиона. - Я умоляла их о пощаде, но в итоге кончила на двух их членах, как оследняя блядь!
- Ты и есть последняя блядь, - прохрипела Беллатриса, остервенело надрачивая свой большой клитор.
- Конечно, - кивнула Гермиона. - Вы можете трахнуть меня так же. Вы можете взять свой самый большой страпон, чтоб он был толще двух их хуёв одновременно, и насиловать мою пиздёнку, пока она не перестанет закрываться. Вы можете лечь и приказать мне садиться сверху на этот огромный кол. Он будет входить между моих половых губ сантиметр за сантиметром, и всё это время я буду кричать и умолять вас о пощаде, но вы всё равно заставите меня сесть до основания и принять в себя всю длину этого члена. А потом вы вытащите дилдо и засунете мне во влагалище кулак...
- Два кулака! Три! Четыре кулакаааа, - завизжала Беллатриса. Струйка вырвалась из её пульсирующей вагины и оросила пол. Белла плюхнулась на пол и уронила голову на грудь, завесив тёмными кудрями лицо. Джинни тут же отползла от задницы ведьмы и кое-как встала. Лицо рыжей гриффиндорки было бледно-зелёным, но, к счастью, земляного червяка ей так и не довелось попробовать.
Гермиона обняла подругу и поцеловала в холодный лоб.
- Я успела? - шепнула она Джинни.
- Успела, - отозвалась та, и обе поняли, что имелось в виду. - А маховик? - шёпотом добавила Джинни.
- Надёжно укрыт в моём ректуме, - усмехнулась Гермиона.
- Ректум - это что?
- Ректум - это где. Говоря по-простому, это в заднице.
Джинни изумлённо покачала головой, тоже усмехнулась и вдруг чмокнула Гермиону в губы. Гермиона чуть помедлила и ответила на поцелуй. После сеанса с Беллатрисой вкус губ Джинни был не слишком приятен, но Гермиона давно привыкла к неприятным вкусам и запахам.
- Грейнджер, Уизлетта, в Хогвартсе и пообнимаетесь, и поцелуетесь, и потрахаетесь! - раздражённо окликнул их Драко, подошедший к решётке камеры. - А сейчас уходим. Или вам так понравилось с Беллатрисой, что вы подождёте, пока она очухается?
И гриффиндорки поспешили вон из камеры и из Азкабана, унося с собой позорные отметины на теле, страшные воспоминания и ключ к спасению.
ххх
Гарри приходил в себя медленно. Сначала он ощутил боль в перетруженном члене, потом открыл глаза и увидел, что в комнате помимо него остались только столь же обалделый Рон и довольный Люциус Малфой. Ни следа Гермионы и Джинни.
Гермионы и Джинни...
Воспоминания вернулись разом: отчаянный крик Джинни, которую Гарри и Драко ебут в обе дырки. Какой-то нечеловеческий скулёж Гермионы, когда Рон и Люциус долбят её одновременно. Безумный смех Джинни, когда Рон наполняет горячей братской спермой её вагину. Страшная гримаса стонущей Гермионы, когда Гарри и Драко разрывают её влагалище, насаженное на два члена сразу...
Гарри вскочил на ноги и бросился на Люциуса, и не менее взбешённый Рон последовал за ним - и замер. Палочка Люциуса была направлена прямо на них.
- Сядьте и слушайте меня очень внимательно, - говорил он. - Знаете, ведь я могу приказать Драко расторгнуть контракт. Вы можете освободить Грейнджер и Уизлетту от бесконечных изнасилований и унижений - если, конечно, тоже пойдёте мне навстречу...
- Что тебе нужно от нас, Малфой? - оборвал его Гарри.
- Мне нужны свобода, уважение, положение в обществе - то, что вы у меня отняли, - начал загибать пальцы Люциус.
- Действительно, всего-то, - прошипел Рон. - Может, лучше ты откусишь собственный член и отправишься в ад?
- Как вам такая легенда:
