Миши.
Миша, Мишенька, Мишуня... Ох! - и я очнулся.
Я обмяк и сползал на пол, когда Миша, подхватив, нежно уложил меня на лежак.
-Спасибо, парень. Чувствую себя в такие моменты на все двадцать пять. - Прошептал он на ушко.
-Но ты ведь... - осекся я, когда его губы вновь прильнули к моим.
-Оставь это, - прошептал он, - у нас ещё ночь впереди.
Не знаю, сколько мы так проворковали, мне было хорошо.
Я пошел сполоснуться в душ, а вернувшись, увидел, что Миша ждет меня с четырьмя бокалами "Кира" и улыбкой на лице. Я выпил, но разговор не клеился. На этот раз Миша был словоохотлив, а я лишь слушал с глухим чувством чего-то неправильного, какой-то смутной вины перед Мишей, перед его ссохшимся лицом, когда он промолвил своё "Прости, парень".
Я не выдержал: "Можно мне поласкать его ротиком? (вот уж не думал, что скажу это слово!)
Он осекся на полуслове, и посмотрел на меня с чуть ли не восхищением.
-А ты умеешь затыкать, прям как я учил. - Сказал он сквозь смех. – Что ж, если хочешь... Я буду тебя направлять.
Я встал перед ним на колени, слишком далеко, так, что ему пришлось взять меня за подмышки и пододвинуть. Промежность пахла мылом и вьющаяся копна лобковых волос поначалу щекотала нос. Аккуратно подхватив член ладошкой, я направил его в рот. Мягкая покатая плоть словно таяла во рту, язык отчетливо нащупал головку. Пообвыкшись, я сложил губы буквой "О" и начал работать головой вперед-назад. Член наливался силой. Постепенно головка начала упираться в нёбо и основание оставалось снаружи. Миша всё увереннее водил бедрами в такт голове, в его яичках началось размеренное движение, я старался ловить воздух. В один момент я поперхнулся, пришлось остановиться и отдышаться.
-Не торопись, сразу ни у кого не получается. - Успокоил меня Миша.
Восстанавливая дыхание, я ласкал член Мишы губами и языком снизу вверх, скользнул ниже и взял в рот яички. Поразительная их податливость восхитила меня, они радостно пружинили во рту и язык весело щекотали редкие жесткие волоски. Я забылся, и Миша мягко подтолкнул меня наверх, где члену было мало рук, и он жаждал тепла и влаги.
На этот раз я не старался заглотнуть его полностью, а обильно увлажнял слюной, одной рукой придерживая у основания, а второй разминая яички. Так продолжалось довольно долго, и каждый раз, упираясь носом в лобок, я старался вдохнуть поглубже, наслаждаясь мыльным запахом промежности и эротичными постанываниями Миши.
Внезапно стоны переросли в вой, Миша резко вытащил член из рта и поток горячей жидкости выстрелил мне в лоб. Все вокруг наполнилось густым грибным запахом, а толчками выходящая сперма густо поливала моё лицо, губы, шею и плечи.
Я облизнулся - чуть соленоватое семя нашло благой отклик у рецепторов, и я снова взял член в рот. Мало, слишком мало мне осталось!
Миша обмяк. Он полуприлег, опершись рукой на край лежака так, что я, испугавшись, как бы он не упал, придерживал его.
-Спасибо, мой сладкий, - сказал он, наградив меня страстным поцелуем. - Я принесу ещё выпить. - Я проводил его счастливым взглядом и заметил парочку молодых голубков, томно смотревших на меня. "Нет, щеголи. Я принадлежу ДРУГОМУ САМЦУ!" - гордо посмотрел я в ответ.
В животе предательски заурчало.
В туалете я сидел битых полчаса, равно как и Миша, который в соседней кабинке по чем свет стоит костерил бармена. Вышел я опустошенный, но в приподнятом настроении.
-Приляг и отдохни хорошенько, а я пойду, скажу пару ласковых этому засранцу. Ключник херов.
Вернулся Миша с целым подносом разноцветных напитков, пожалуй, там была вся коктейльная карта местного бара.
-В качестве глубочайшего извинения. - Пояснил он. Снова полились разговоры ни о чем, вновь Миша предстал передо мной моложавым и элегантным, а его улыбка пьянила своей простотой лучше любого алкоголя. По несколько раз мы бегали в туалет и весело трепались через тонкие стенки.
-Теперь уж сзади у меня неделю ничего не выйдет, - сказал я со смехом, когда рука Михаила улеглась на моем бедре - мы шли, обнявшись, в джакузи. Мне показалось, я заметил странный огонек в его глазах.
-Возможно, туда скоро кое-что войдет, - значительно произнес он. - Как ты на это смотришь?
Я опешил и споткнулся.
-Прости, я излишне нагнетаю. - Сказал он, расплывшись в виноватой улыбке.
-Нет, я... Просто боюсь разочаровать. А так, с удовольствием. - Мысли вновь путались в голове. - Даже с радостью. - Выпалил я, когда мы дошли до лежака.
-Подожди минутку. - Сказал Миша и отошел к молодым парням.
-Пойдем чуть дальше, в темную комнату. - Сказал он, вернувшись. В руке он сжимал небольшой сверток.
Темная комната напоминала парную, с деревянными лавочками и процелофаненными подушками. Исключением, как несложно догадаться, была непроглядная тьма.
Мы уселись и какое-то время молча сидели в темноте.
-У тебя ведь не было ещё? - Спросил Миша, приобняв меня. Я отрицательно покачал головой, левая его рука уже скользила по бедрам. - Расслабься и ляг на живот.
Я послушно лёг, и его руки нежно заскользили по мне. Он начал с уставших плеч, постепенно опускаясь все ниже по изгибу спины, прошёлся по ягодицам, и принялся растирать лодыжки. Когда по спине потекла теплая пахучая жидкость, я забылся в полудрёме. Запах лавандового масла нежно щекотал ноздри, а Миша, взобравшись наверх и чуть придавив мне ягодицы, растирал меня все интенсивней.
Постепенно тепло сменилось жаром и я начал сопеть от приливающих волн блаженства. Казалось, это продолжается вечность. Я часто посматривал на Мишу, и думаю, он ощущал на себе мой полный теплоты и благодарности взгляд, потому что в эти мгновения его движения становились более нежными и мягкими.
Руки его добрались до ягодиц.
-Теперь немножко расслабим твою дырочку. - Проворковал он. - Не волнуйся, я не извращенец и больно тебе не сделаю. Мой перец помнит твой ротик и дырочка твоя не пострадает, будь уверен. - Он прерывисто задышал, когда его пальцы, обильно смазанные, коснулись ануса.
-А я и не против немного пострадать, герр лейтенант, - пробормотал я в полусне. В голове всплывали образы из немецкого порнофильма, я представил себя на месте хорошенькой медсестрички.
-Ах вот ты какой! - Задорно рассмеялся Миша. - Ну что ж, вечер перестает быть томным. - И с этими словами он резко засунул палец мне в дырку.
-Ох, - вырвалось у меня. Очень скоро внутри уже оказалось три пальца, которые нежно разминали стенки и старались проникнуть все глубже.
-Думаю, достаточно. - Сказал Миша, - И ты ведь сам просил пожестче.
Он приподнял меня, я послушно встал на колени, слегка выгнув спину.
-Поза на все времена. - С этими словами он плавно придвинулся, кольцом ануса я почувствовал его член, а через секунду из глаз брызнули слезы. Инстинктивно я попытался соскочить, но Миша крепко держал. В попу как будто залили раскаленный свинец. Я постарался выпрямиться от невыносимой боли.
-Потерпи, первый раз всегда больно. Скоро пройдет.- Быстро прошептал Миша и нежно прикусил мне ухо.
Пока боль ослабевала, руки Миши придерживали меня, гладили живот и грудь. "Тише, мой славный, тише, вот так". Постепенно я слег на подушку, выставив вверх зад. Боль ушла, и Миша начал потихоньку вынимать член.
-Потужся, как на горшке. - Посоветовал он, когда боль утихла. Я послушался. Следующий толчок вызвал новый приступ боли, хоть и не такой острой, как вначале. Я стерпел, уцепившись мертвой хваткой в подушку и стараясь тужиться, тужиться. Амплитуда толчков все увеличивалась, боль стихала, пока, наконец, я не услышал шлепок.
Приподнявшись, я посмотрел между ног и увидел, что яйца Миши свисали позади моих, а то, что всем телом ощущалось, как адская боль, нравилось моему перчику, так как он стоял по стойке смирно и не думал опадать.
Пауза затянулась, и стенками ануса я почуствовал звериный бой крови в члене Миши. Мой член задрожал, я понял, что похоть жаждет продолжения.
-Натяни, опф - прохрипел я.
-Что? - не услышал Миша. Его руки расположились у меня по бокам.
-Натяни меня. - Сказал я громче, стараясь дергать тазом.
-Не расслышал. - Миша ещё больше распрямился.
-Натяни меня, как суку! - взмолился я, наконец. - Прошу - Я всхлипнул.
-Учти, ты сам попросил. - Его член медленно выползал наружу, чтобы у самого отверстия вновь вторгнуться в глубины жаждущей его плоти.
Туда-сюда, туда-сюда - с каждым новым движением импульс от живота до мозга разрывал внутренности, заставлял вопить от восторга и страха, а член превратился в узел нервов и первобытной похоти. Колени дрожали все сильнее, я откровенно тёк, всеми порами своего существа, тек, не имея пизды между ног, а всё же тёк, как сучка, дорвавшаяся до хуя, не имеющая гордости и чести.
Миша перевернул меня, и я увидел перед собой Атланта, затмившего горизонт, чей взгляд опаляет смертных, чьё слово рушит горы. И это высшее существо, этот идол был сейчас во мне, разрывал моё тело, захватывал дух. Я потянулся к нему, смог прикоснуться, погладить бесконечные рельефы силы и страсти, и кончил в конвульсиях, занявшись криком и восторгом. Через мгновение кончил и он.
В ту ночь я отсасывал ему до спазма челюсти, а его добрая улыбка была мне высшей наградой.
