давление распределялось по всей поверхности, наоборот, это было здорово, даже потрясающе! Я осознал, что пока она не захочет меня отпустить, я из неё не выйду! Какого-то страха я не испытывал, только восторг!
В любом случае, раз движение временно прекратилось, точка невозврата так и не была пройдена, и возбуждение постепенно стало уменьшаться. Член при этом не опал, да он и не мог опасть, так как был пережат мышечным кольцом у основания. Кровь из него не могла вернуться обратно в тело, как будто он был туго, но мягко перевязан. Это было обалденное ощущение, но длилось оно недолго, как раз столько, чтобы чуть-чуть успокоиться. Затем мягкая хватка ослабла, и мы продолжили движение уже в другом, неторопливом темпе, как будто всё сначала. Возбуждение не пропало, оно только отступило и чтобы снова добраться до точки невозврата, потребовалось гораздо больше времени, чем в первый раз. И опять мы были «в замке», как неразрывное целое, и ещё раз прошли весь путь от начала к концу. Но в этот раз она не стала меня останавливать и мы, наконец, испытали потрясающий совместный оргазм на грани потери сознания.
Потом мы отдыхали, крепко обнявшись, но очень скоро я стал поглаживать её спину и ягодицы, а она только пару раз провела своей рукой вдоль моего отдыхающего зверя, как он проснулся и был снова готов к бою. Она лежала на спине, а я – на своём правом боку, прижимаясь животом к её левому бедру. Она, как бы лениво, приподняла свою левую ногу, согнув её в колене, открыв, таким образом, доступ в своё «святая святых». Мой член не преминул этим воспользоваться и тут же нырнул в уже знакомую пещерку и проскользнул её до конца. Стены пещерки тут же мягко обняли его всего. Особенно восхитительно было мягкое сжатие корня члена! Хотелось продвигать его всё дальше и дальше, но длины члена уже не хватало, а мои яйца и лобок упёрлись прямо в её губы, не менее прекрасные, чем те, что прикрывали её жемчужные зубки. На этот раз я не хотел торопиться, она, видимо, тоже.
И тут я услышал от неё первое слово. Это слово было: «Замри!» Я послушно замер с членом, введённым до упора, и левой рукой, нежно обхватившей её правую, стремительно набухающую грудь. Я почувствовал, что головку члена охватывает мягкое кольцо, которое начинает двигаться из глубины наружу, навстречу моему члену. Когда эта волна сжатия прошла примерно треть пути, за ней пошла вторая волна, а затем третья. Первая волна, пройдя всю длину члена, достигала его корня, а в это время у его головки возникала ещё одна. Одновременно мой член ласкали три или четыре волны, идущие друг за другом. Впечатление было такое, что мой член продолжает движение вглубь, одновременно оставаясь на месте! Такое можно было бы испытывать только с членом бесконечной длины, постепенно входящим в бесконечную вагину. Не знаю, испытывал ли кто-нибудь ещё что-нибудь подобное? Я лично не испытывал, поэтому просто балдел от этого процесса, стараясь прижаться лобком и яйцами как можно сильнее к источнику этого чуда!
Сколько это продолжалось, сказать не могу, наверно в этот момент я напоминал крысу с вживлённым в центр удовольствия электр одом, постоянно нажимающую на педаль. Возбуждение при этом достигло своего предела и больше не возрастало, оргазм пока не грозил. Это было тоже замечательно! Можно было, всё-таки контролировать себя. Я потихоньку стал делать обратное движение, извлекая свой член наружу, но как только я обозначил это движение, направление волн сменилось на противоположное. Теперь они двигались снаружи вовнутрь, опять против моего движения, как будто её влагалище пыталось меня задержать в себе. Теперь я как будто вытаскивал бесконечный член наружу! Этим можно было заниматься вечно! Когда я сильнее прижимался к ней – волна шла изнутри наружу, когда же начинал делать обратное движение – волна шла внутрь. Это длилось уже больше часа, а она, казалось, вообще не устала.
Тогда я стал всё чаще менять направление движения, и волна всё так же продолжала идти мне навстречу. За это время я уже полностью отдохнул, работала ведь она! Я плотнее обхватил её правое бедро своими ногами и снова начал быстрые возвратно-поступательные движения. Волны теперь уже просто не успевали за мной и просто остановились. Влагалище плотно обхватывало мой член, но внутри него были ещё три мышечных кольца, или манжетки, которые приходилось преодолевать при движении как вглубь, так и наружу. Стимуляция члена при этом была максимальной, и я быстро шёл к очередному оргазму. Впрочем, судя по дыханию и по движениям моей партнёрши, к оргазму шёл не только я. Действительно, опять оргазм накрыл нас обоих одновременно! Должен заметить, что за всё время, пока мы были вместе, мы всегда кончали одновременно. Я даже не помню, вынул я член из неё, или так провалился в глубокий сон.
Проснулся я уже к обеду, когда летнее солнце стояло уже высоко. Правда, разбудило меня не солнце, а звон посуды на кухне. Как был, даже не прикрываясь простынёй или полотенцем, я выглянул на кухню посмотреть, что же там происходит? Мне пришло в голову, что я не только не знаю, кто она и откуда, но даже не знаю, как её зовут! Да что там, при дневном свете я её вообще не видел! И вот теперь у меня на кухне орудовала богиня! На ней не было вообще ничего, кроме её браслетиков. Эти браслетики при каждом её движении звенели друг о друга, причём звон был не серебряный, а самый натуральный, пластмассовый. Теперь, после такой ночи, уже и браслетики не казались мне такими уж дурацкими, и звон этот не раздражал, а казался музыкой. Она что-то делала у плиты, стоя ко мне спиной.
Я думаю, что она слышала, как я вошёл, но специально не поворачивалась, давая мне возможность полюбоваться её идеальной фигурой. Хотя я знал, что фигура у неё классная, всё-таки всю ночь её обнимал и целовал, но всё равно не ожидал, что это ТАК выглядит при дневном свете! Узкая, «осиная» талия, бёдра чуть шире, чем у большинства женщин её роста, чуть покатые плечи, достаточно длинная шея, не втянутая в плечи, а также потрясающие каштановые волосы, как на рекламе профессиональных лосьонов, густой блестящей волной спадающие почти до пояса.
Почему они вчера показались «копной»? Её кожа в лучах солнца, падающего из окна, казалось, светится изнутри. Ни малейших следов целлюлита, ни одной лишней морщинки, пятнышка, прыщика или родинки! Действительно, богиня! Она, наверно, почувствовала спиной, как у меня отвисает челюсть, а может, уловила свист рассекаемого воздуха, который шёл от моего члена, подпрыгнувшего вверх, как пружина. В любом случае, она повернула голову и улыбнулась, а я снова утонул в её глазах. Столько песен и стихов сложено о бездонных женских глазах, но ни одна песня не может выразить того, что я в тот момент почувствовал. Даже не зная её имени и вообще о ней ничего не зная, я готов был идти за ней куда угодно, хоть на другую планету. В голове осталась только одна мысль, повторяющаяся без конца: «Не упусти! Не упусти! Только не упусти!»
– А я тут завтрак нам готовлю из того, что нашла в холодильнике. – голос у неё был глубокий и бархатный, очень чувственный и сексуальный.
Я подошёл к ней и спросил: – Как же тебя зовут, королева?
Она улыбнулась и ответила: – Зови меня Лия, – потом чуть нахмурилась, но видно было, что это понарошку, – А теперь не мешай мне, а то останешься голодным! Я, например, ужасно проголодалась, после таких физических упражнений!
Она снова отвернулась к плите, тихо прошелестев своими пластмассовыми колечками. Неужели вы думаете, что я мог куда-то отойти от таких форм? Да плевать мне было на завтрак! Пусть горит ко всем чертям! Наоборот, я подошёл к ней сзади вплотную и прижался к её удивительным полушариям своим членом и яйцами, так, что член поместился точно в ложбинке между её тугими ягодицами, а яйца оказались прижаты к её полушариям всем моим телом. В то же время я просунул свои руки вперёд и нежно обхватил другие её шары, на которых тут же набухли твёрдые сосочки. Член как будто сам заёрзал вверх-вниз по соблазнительной ложбинке, а передо мной встала сложная задача: как бы умудриться, не отпуская рук, направить ствол своей зенитки в наземную цель?
– Слушай, ну-ка прекрати! А то я обрежусь или обожгусь, а ты будешь виноват! – произнесено это было таким голосом и с таким придыханием, что я
