Вот они, заберём или оставим пока – спросил Никита.
- Пусть тут пока, надо на поле посмотреть что там – сказала Вера и мы вернувшись назад, рассказали всё Серёге и поехали на поле. Возле переезда мы остановились, и стали рассматривать следы, где утром прошёл деревенский табун. Ничего подозрительного мы на заметили и обойдя низину слева от грейдера где лежали втоптанные в грунт части ног и справа где были сброшены кости таза и брюшина а так же Серёгины яйца и член. Ничего подозрительного сквозь грязь не проглядывалось, и мы спокойно вернулись назад. По дороге Вера заикнулась.
- А может Марина, ты наши тоже изымешь, и мы их тоже там, где и Серёгины разбросаем?
- Я не хочу – ответил Никита.
- Это ещё почему. Я главное хочу, а ты нет – возмутилась его жена Вера.
- Я тогда потеряю интерес ко всему этому, так как меня это не будет возбуждать – пояснил Никита.
- А что он прав – согласилась я.
- Тебя что тоже это возбуждает – спросила Вера.
- Есть что-то в этом такое неестественное из ряда вон выходящее – ответила я.
Мы ехали не спеша так как дорога была грязной и со множеством ям и луж. До самого дома обсуждали отношение каждого к тому на что согласился Сергей и сами того не подозревая перешли от обсуждения к предложениям что делать дальше. Вера стала предлагать одно, Никита настаивал на другом, и я тоже не осталась безучастной. Вернувшись, мы рассказали всё Сергею и его это даже ничуть не побеспокоило. Он только добавил, чтобы мы подождали пару дней и снова его кишечник выбросили, предварительно восстановив. Нам это понравилось и через пару дней мы сходили до силосных ям и откопав его там, среди палок и мусора уложили в пакет и принесли домой. Я и Вера несколько часов отмывали его и восстанавливали лазером все разрывы, а утром затолкали в вакуумную камеру для регенерации и восстановления, что прошло, как и первые разы успешно, и перед нами снова лежала груда Серёгиных кишочков словно их изъяли минуту назад. Они были даже тёплыми и приятными на ощупь.
Дождавшись ночи, мы, снова положив их в пакет, вышли на улицу и в этот раз выбросили возле соседей с другой стороны прямо на угол ихнего палисадника. Рано утром стали наблюдать, так как в этот раз можно видеть всё прямо из окон дома. Тётя Паша вышла на улицу и увидев это безобразие позвала соседа так как она жила одна. Подошёл д.Коля и вилами поднял кишочки и бросил в тележку и повёз за деревню. Никита вышел в палисадник и стал наблюдать, куда он поедет, но д.Коля не стал заморачиваться и выехав за крайний дом свалил их прямо в канаву из которой после зимы мы уже вынимали их. Никита сообщил нам об этом и мы решили посмотреть, что с ними сталось.
- Я пойду мусор из ведра вынесу – сказала Вера и взяв ведро наполнила его чем попало и мусором и битым бутылочным стеклом и прочим.
Пройдя по улице сотню метров она свернула немного за угол и остановилась разглядывая то месту куда вывалил д.Коля Серёгину требуху. Они в полной красе лежали на поверхности и посередине их торчал кол из сломленного штакета. Когда он их вываливал с тележки, они просто упали на него и наделись, словно на ось. Вера приподняла ведро чуть повыше на уровне груди и стала медленно вываливать из него всё содержимое и мусор и стекло стали падать и засыпать и впиваться в мягкую ткань кишечника. Опустошив ведро, Вера вернулась домой. Мне тоже хотелось посмотреть, но ходить друг за другом вызвало бы подозрение и мы стали собирать ещё разного мусора в ведро. Вера разбила пару бутылок, Никита подмёл во дворе и пару лопат вывалил в ведро, я выскребла на кухне прокисшую и сгнившую картошку и наполнила этим остатки ведра.
Дождавшись обеда, я взяла ведро и пошла на край деревни к той яме. Рядом и прямо на них кто то уже вывалил мусор, и я сверху закончила засыпать кишечник, что со стороны его уже не было видно. Вернувшись домой, я рассказала всем об этом и мы решили подождать с неделю, а потом вызволять их снова. На поле где лежали все остальные части, мы решили не ездить до начала холодов или пока не пройдёт дождь, так как после него могло вымыть некоторые части и их могли бы увидеть. Но во второй половине лета погода изменилась, и оставшаяся грязь засохла и все лужи тоже.
Установилась настоящая засуха, и нам было не до этих развлечений. В огороде у Сергея было много работы, и мы пропалывали грядки и поливали, таская воду с озера. Так что вместо недели Серёгин кишечник провалялся в той яме под слоем мусора и битого стекла почти месяц. А когда выдался свободный день после небольшого дождичка, мы съездили на поле, где пасли коров, и осмотрели всё в области перехода через грейдер и ничего подозрительного не нашли. Ноги коров, которых гоняли тут постоянно, перемесили всё и превратили в некий плотный слой навоза и глины что его не только нельзя было так легко продавить, но и лопатами не раскопать. Нужно было ждать дождей и когда тут снова вся эта засохшая грязь раскиснет.
Вернувшись домой ближе к вечеру мы сходили на ту помойку и откопали там кишечник, который был весь в грязи и мусоре так как на него выливали всё что ненужно было да и битым стеклом его сильно во многих местах порезало. Принеся его домой, я и Вера отмыли и рано утром снова стали восстанавливать и зашивать все разрывы и порезы. Повозиться пришлось довольно долго, но удача снова нас не подвела, и уже к вечеру кишечник снова был как новый и мы думали, куда бы его ещё выбросить. Впереди предстояла огромная работа по уборке урожая с огорода, и предложение Никиты для всех стало более разумным, чем наши. Мы решили это обсудить с Сергеем, и когда он услышал это, то сильно обрадовался. Мы стали ждать вечера и пока Вера и Никита там что-то делали, я решила поговорить с Серёгой.
- Сергей, скажи только честно, что ты испытываешь от того что происходит и с тобой и с твоими так сказать запчастями? – спросила его я.
Он некоторое время думал, а потом ответил мне.
- Знаешь Марина, это трудно объяснить, так как я об этом думал давно как ты и мои друзья проделывали нечто подобное со своими интимными частями, удаляли их, выбрасывали и снова восстанавливали. Жили без них, и спустя какое-то время всё снова становилось, как и раньше. Вот тогда я и подумал, а что было бы, если бы медицина такое могла, чтобы человек мог не весь, а его половина жить, а вторая половина отсутствовать, а потом бы всё снова восстанавливали на место. А тут такой случай и это необычное предложение профессора и я не мог отказаться, хотя это лишь всего эксперимент и что будет потом, я не знаю, но я рад, что я в нём участвую – объяснил он.
- Ну а что ты думаешь о том, что мы вот так бесшабашно или не жалеючи относимся к тому что на время у тебя удалили? – спросила я.
- Ну как тут сказать помягче – начал было Сергей.
- Да говори как есть, думаю, нас тебе не стоит и стесняться и выбирать для этого мягкие слова, мы ведь не выбираем что и как – сказала я.
- Ну если так то меня это жутко самого заводит жаль что я это не чувствую так как нечем – ответил он как мог.
- И что тебе ничуть не жаль ни единой части своей, которые мы вот так запросто выкинули – спросила я.
- Нет конечно, я даже рад когда вы придумываете что то такое необычное на грани или даже за гранью потерять или утратить данную часть – объяснил он.
Я знала что Сергей немного в душе культурный человек но так выразиться и точно объяснить своё отношение и понимание того что происходит я и сама не смогла бы и спросила его.
- А сам что бы ты хотел чтобы мы изменили или проделали по другому?
- Мне очень понравилось как вы мои кишки выбросили на улицу отдав их на волю того кто их заметит – сказал Серёга.
- Мы тоже об этом думали, но нам будет некогда их искать если их кто то куда то утащит – пояснила я.
- А вы только посмотрите, куда их поволокут, и всё и не ищите пока не закончите все дела – предложил Серёга.
- А что, в этом что-то есть – согласились, вошедшие Вера и Никита.
- Ну тогда и не будем ничего больше придумывать, сегодня же от них избавимся и будем прибирать урожай, солить мариновать, зима всё подберёт – сказала я.
Когда наступили сумерки и на улице уже никого не было, мы вынесли пакет с кишочками и вывали их неподалёку от того же д.Миши но чуть дальше в надежде что их заметит другой сосед и тот куда-нибудь их утащит, но мы ошиблись. Рано утром мы заметили как д.Миша зацепив крюком всю требуху волоком потащил их за дома на степь и мы даже не пошли смотреть куда он их утащит так как знали что он всегда таскал всё в силосные ямы. Время шло, и мы убирали огород, копали картофель и занимались домашним консервированием. У Веры это здорово получалось, и она всеми нами командовала, что мы на время совсем забыли про всё. Так закончился август и к концу подходил сентябрь. В огороде всё было убрано и вычищено и овощи прибраны в погреб. Мы все подсели к кровати Сергея и дружно решили отметить борозду – что означало успешное завершение уборки урожая. Выпив по стопочке а потом ещё мы вдруг заговорили про Сергея и вспомнили о том что давно уже не проверяли ни на поле где пасли коров ни силосные ямы куда д.Миша возможно утащил требуху Сергея.
Утром, сделав все дела и накормив Сергея мы все втроём отправились на поле искать то что выбросили больше месяца назад. Облазив все силосные ямы мы ничего не нашли и вернулись ни с чем и сказали об этом Серёге. Он даже не испугался и не расстроился. На другой день мы снова пошли на поиски и снова ничего не нашли и так мы в течении всей недели облазили все силосные ямы, а их было пять или шесть и ни где не было не валялось Серёгиных кишок. И тут меня что-то осенило.
- А может он в другие какие-то ямы выбросил их – сказала я.
- А что, может – ответил Никита и мы наутро стали обходить на степи все ямы и ямки, но безрезультатно и только на второй день, когда мы добрались до останков старой сторожки, мы увидели небольшую яму, которую не видно было среди зарослей крапивы. Притоптав крапиву, мы видели в этой ямке Серёгину требуху и обрадовались. Во многих местах требуха была порвана. Кишочки свисавшие в разные стороны, словно ремки от половой тряпки, покачивались у нас на глазах от порыва ветра.
- Что будем делать – спросил Никита.
- Что-что, ремонтировать – сказала Вера.
- А получится, вон как всё прорвано, дыры то какие большие – сказал он.
- Попытаемся, а там будет видно, но потрудиться придётся – сказала я и мы сложив их в пакет вернулись домой.
- Как только мы раньше не посмотрели там, ведь это чуть ли не вдвое ближе, чем силосные ямы – возмущалась Вера.
- А кто его знает, ведь д.Миша нам не доложил куда он их уволок – схохотнул Никита.
Два дня я и Вера упорно трудились над кишочками, перебирая и отмывая их, а где находили разрыв или порез тут же сращивали. В итоге к вечеру второго дня кишечник Сергея был снова как новый.

продолжение дальше.

Марина К.
marinakcnh@rambler.ru

 Назад

Главная