плотненько, горячо и так приятно двигаться, входя в её лоно. Вскоре она, возбуждённая похоже ещё больше меня, стала подмахивать мне и кончила, тихо и так возбуждающе-сладко застонав. Мы ещё полежали обнявшись, а потом она спихнула меня, направив к Лиле. Так что кончил я в попку Лили, как настаивала подруга, мол, чтобы никому обидно не было. А мне было просто хорошо!
А через недельку Вика предложила нам с её "папахеном", как она его называет, съездить на их дачу, чтобы подготовить к встрече Нового года. Мы, как мужчины, накололи дров, протопили печку, чтобы сжечь паутину в трубе, а девчонки сделали уборку и приготовили лёгкий ужин. Николай Иванович предложил нам переночевать здесь, уже поздно, а тут тепло, тихо, чисто, уютно - обживём, так сказать, дачу в предверии Нового года. Мы с ним выпили по рюмашке, а когда вышли покурить, то похоже что девчонки тоже "причастились" - глазки у них так блестели! Мы ещё немного поболтали, как всегда пошли в ход анекдоты, в исполнении Николая Ивановича порой весьма скрабезные, но девчонки с удовольствием слушали и хохотали.
Потом мы, уже устав, пошли укладываться. Большая у них дача - мы с Лилей легли на втором этаже, а Вика с папочкой своим внизу. Я сразу уснул и прокинулся от толчка в бок. Разбудив меня, Лиля потащила меня потихоньку вниз по широкой лестнице. Ну и видок нам открылся в слабом свете торшера! Папан, положив Вику на животик, вовсю трахал её, а она похоже дала сейчас себе волю, громко ахая и издавая сладкие стоны. Но вот он вытащил своего "друга" и похоже пристраивается к попке дочурки, собравшись уже кончать. Лиля не дала мне досмотреть и, похоже сильно возбудившись, аж лицо у неё покраснело, с силой потащила по лестнице. Чтобы не шуметь, через минутку и мы, лежа на матрасе, брошенном на пол, вовсю трахались тоже. Оказывается, какая у меня сестрёнка возбудительная и азартная!
Да и кончив, она не отпускала меня, а продолжала медленно двигаться мне навстречу, доставляя море удовольствия. А когда я вышел из неё, так и не кончив от напряжения, то неожиданно к нам приплелась и Вика. Оказалось, что её папочка кончил в её попку и лёг спать, а она только "разогрелась". Он уже прихрапывает, а у неё животик болит и хочется "продолжения банкета", тем более, что сегодня можно и в неё кончать. Так что вскоре с разрешения Лили я с удовольствием вошёл в Вику. Кончили мы почти одновременно!
Новый год мы встречали вчетвером на этой даче. Прошло всё просто отлично! Запах горящих берёзовых поленьев, живое тепло от печки, холодное шампанское, горячий чай и бой курантов - это настроило нас всех на лад праздника. Мы выпили обе бутылки шампанского, одну за Новый год, а вторую - за беременность ещё такой молодо мамочки Володи - Ларисы! Вика при этом так хитренько посмотрела на меня! А тут ещё страсти! Лиля весьма ловко соблазнила Вовку, а потом мы с Викой, как два цербера, пришли разбираться к этому "ботанику".
- Вовка, так я тебя спас от этих бандюганов, чтобы ты совратил мою сестрёнку? Я пробил тебе встречу с профессором из Киева, чтобы ты вот так сотворил? Спасибо, дружище! В общем, или ты обещаешь на ней жениться, когда ей будет двадцать лет, после окончания техникума, или мы не друзья и я тебя не знаю! Понял! Или идём в милицию? Выбирай! Быстро!
Вовка, похоже весь ещё в неге от ласк Лили и удовольствия секса с ней, а тут наш грозный "наезд", так что он, обалдевший, опешивший, да ещё и полуголый, поклялся, что женится обязательно на моей любимой сестрёнке. А я также пообещал Вике, что женюсь на ней в своё время. А что - отличный вариант. Умная девочка, развитая, похоже будет отличной хозяйкой, а насчёт постели - это вообще отдельная тема!
И тут, как небесное знамение, раздался удар грома и по крыше загрохотали крупные капли дождя. А у нас так часто бывает - под Новый год идёт дождь. Правда сейчас настоящая гроза и страшные удары грома - точно знамение! Удивив всех, я в подтверждение своих слов открыл окно, и, став у подоконника, громко закричал в полыхающее молниями небо:
- Не греми, я всё понял! Я не уйду! Я остаюсь! Этот мир теперь мой! Я остаюсь! Поняли - я остаюсь! Этот мир теперь мой! Не греми так страшно - я всё понял!
