в то время как я, водрузив на крышку стола свои ноги, опрокидываюсь навзничь, приподнимаю таз и пытаюсь освободиться от трусов.
- Помочь? — спрашивает он и берётся за подол моего платья.
- Не тронь, тебе говорят… И не смотри!.. Отвернись же!.. Займись лучше своими!..
- Хорошо, хорошо!..
- Не подглядываешь?
- Нет!..
Правда, в стекле книжного шкафа смутно отражается его силуэт. А значит и он может разглядеть, как я, задрав подол платья, стаскиваю с бёдер трусы, отбрасываю их в сторону, после чего натягиваю подол на бёдра и снова ложусь на спину.
- Ну вот, — говорит он, оборачиваясь ко мне.
- Что вот?
- Теперь мы в равном положении, без исподнего…
- И что из того? Долго ты в таком виде будешь маячить передо мной?.. Начал, так доводи дело до конца… У нас не так уж и много времени…
- Тогда подвинься, позволь мне поместиться рядышком… Вот так… Поцелуемся?..
- Чего-чего, а это с удовольствием!
Я живо поворачиваюсь, обнимаю Яшина за шею и впиваюсь в его губы. Одна его рука оказывается прижатой к крышке стола, другую же он устремляет к краю подола, а затем — уже под ним — вверх по бёдрам, которые, на секунду сжавшись, потом покорно сами собой раздвинулись.
- Продолжаешь исследование? — спрашиваю я, оторвавшись от его уст, чтобы перевести дыхание. — И как находишь?.. Не укололся ещё?..
- Ну что ты! — успокаивает он. — Тут так приятно!..
- Что же там такого приятного нашёл?
- Бугорок, покрытый мягким мхом, и щелочку, где, кажется, уже…
- Молчи! — прерываю я его разъяснения, закрыв ему рот ладонью и покрывая поцелуями.
- Не могу! Мне подол твоей юбки мешает… Приподними-ка попку! Вот так…
Всё дальнейшее происходит почти без слов. Яшин оказывается сверху. Мои коленки подняты и раздвинуты. И ему ничего другого не остаётся, как ввести своё естество в мои открытые настежь врата, углубиться во влажное и тёплое нутро и начать там ёрзать взад-вперёд.
«А он ничего! — рассуждаю я тем временем про себя.
Особо не подмахиваю, но глаза закатываю от удовольствия… Сегодня это у него наверняка уже второй раз, да и выпить ему пришлось порядочно, так что есть надежда, что скорого финиша не будет… Не разочаруем и мы его…
- О чём ты думаешь? —спрашиваю я, заметив, что его взгляд устремлён куда-то мимо моего лица.
- Не о чём, а о ком.
- О ком же?
- О нас с тобой.
- И что же, интересно?
- Хочешь непременно узнать?
- Да.
- О том, когда ты кончишь…
- Зачем?
- Чтобы и себе это позволить…
- Неужто ты так можешь? Захотел — спустил, не захотел — держишь в себе? Да разве так бывает?
- Не знаю… Но хотелось бы, чтобы сегодня получилось именно так…
- Ну ты даёшь! Первый раз встречаю мужика, который, занимаясь этим делом, не о себе думает…
- Да, как видишь, встречаются такие придурки…
- Ладно, не придуривайся… Значит, ждёшь, когда я кончу?.. Ну, так я признаюсь тебе, что сделала это уже много раз!
- Правда? Что-то не верится…
- Почему?
- Не охаешь, не ахаешь…
- Тебе ещё надо, чтобы я кричала истошно?.. Чтобы дать знать не только тебе, но всякому, кто идёт по коридору?.. Я обхожусь без этого. И не подмахиваю особенно как раз потому, чтобы чересчур тебя не возбудить, чтобы ты, не дай бог, быстро не спустил, чтобы продлить удовольствие… Мне так хорошо с тобой… Вот, вот! Ещё раз! И почему я только сегодня, когда ты уезжаешь, тебя захомутала? Почему не сделала раньше?
Я покрываю его поцелуями и, наконец, начинаю довольно заметно подмахивать ему. Всё это так возбуждает все его чувства, что он, впившись губами в мои губы и вцепившись пальцами в мои ягодицы, принимается наносить такие быстрые и энергичные удары, что уже очень скоро понимаю, что он ощущает приближение волны блаженства, а когда она его накрывает, из его уст вместе с обильной слюной понеслись какие-то невнятные, мычащие звуки…
- Спасибо, — только и может что произнести он. — Так было здорово!
- И мне… Жаль, что рабочий день кончается, а то бы я с удовольствием повторила всё это!
- Я то же.
Мы обмениваются долгими нежными поцелуями и размыкаем объятия.
- Встаём?
- Да, и приводим себя в порядок… О, чёрт!
- Что такое?
- Да ты мне всю юбку смял… И пятна насадил!..
- Надо же… Виноват, конечно… И как это я ухитрился?.. Но и ты тоже хороша… Надо было снять… Предлагал же…
- Надо было, надо было!.. Что теперь говорить… Как теперь на глаза людям показаться?.. Стыд-то какой!..
- Ещё раз прошу прощения… Не хотел этого…
- Мало не хотеть… Думать надо!..
- Да ладно тебе!.. А ты о чём думала?.. Давай теперь подумаем лучше, как выйти из этого положения… Чем я могу помочь?..
- Ты? Ничем… Во всяком случае сейчас… Но так просто, тебе от этого не отделаться… Ты уже оделся?
- Как видишь…
- Эти шмотки твои? — спрашивает Рита, указывая на свёрток, принесённый Мурченковой.
- Мои.
- Забирай их и иди. Оставь меня здесь одну, я попытаюсь что-нибудь сделать с этой чёртовой юбкой…
- Ещё раз извини за эти хлопоты, виновником которых я невольно стал…
- Извинения твои я буду принимать позже, когда и если окажусь в Южном… Напиши-ка адресок, чтобы предупредить тебя заранее об этом… Ты не против?
- Что ты! Как можно? Сейчас…
Яшин достаёт авторучку и листок бумаги, кладёт его на стол и, не присаживаясь, пишет свой южносахалинский адрес и телефон.
- Вот, пожалуйста… Буду ждать с нетерпением…
- Жди, — говорю я, рассматривая запись.
И, повеселев, добавляю:
- Тебе моя испорченная юбка так просто прощена не будет… Придётся попотеть при встрече… Так что готовься… А теперь беги!..»
- Вот что мы услышали от Риты и чуть ли ни дословно тебе передали, — завершает свой рассказ Нина. — Всё так и было?
- Вроде бы всё так…
- Добавить ничего не хочешь?
- Да вроде бы нет…Разве только то, что всё услышанное тут так меня возбудило, что я готов нарушить все свои обещания не приставать к вам и…
- Нет, нет! — возражает Нина. — И не думай! Мне сейчас не до этого, а Ленку и Верку ты без моего согласия, хоть расшибись, не заполучишь… Придётся тебе подождать нашего возвращения… Кстати, сколько сейчас времени? Не пора ли нам собираться и двигаться в аэропорт? Ага, уже почти одиннадцать… До автобусной остановки нас проводишь?
- Охотно, тем более что мне нужно вернуться в город…
- Встреча с Аллой? — интересуется Вера.
- Любопытной Варваре нос оторвали! — отвечает Женя, слегка дёргает её за нос и целует.
- Уверена, что с кем-нибудь ещё! — замечает Лена.
- Ты права, — соглашается он и тоже целует её.
- Так что, девахи, — подводит итог Нина, — у нас через месяц будет такая возможность выслушать здесь все его россказни о его новых похождениях… А теперь пожелаем друг другу удачи и каждый — в свою сторону: мы — в Хабаровск, он — к Алле, или ещё к кому-то…
- Ну конечно ещё к кому-то, — слышат они низкий голос Аллы. — Видели бы вы, какую шикарную мамашу с детишками он сегодня выгуливал!..
- Алла? Какими судьбами? — спрашивает Женя, судорожно соображая, что ему теперь с ней делать.
- Ну ладно, — говорит Нина, — вы тут разбирайтесь, а нам следует уже торопиться, а то самолёт улетит ещё без нас…
- Да, — соглашается Женя, — уже пора.
И вдруг предлагает Алле:
- Давай проводим их до автобуса на аэропорт, а потом я провожу тебя до дома…
- Да тебя не узнать сегодня, — отвечает та. — Выпроваживаешь, чтобы потом привести сюда кого-нибудь ещё?..
- Если ты мне поможешь, то я избегну такой напасти.
- Напасти, говоришь? Сам, поди, накликал, а теперь помощи просишь… Не дождёшься, выпутывайся, как хочешь…
- Я думаю, что это и в твоих интересах, — говорит Женя, закрывая за вышедшими девицами дверь и выходя с ними во двор.
- В чём же тут мой интерес?
- Я должен встретиться с этой, как ты говоришь, «шикарной мамашей» и передать ей кое-что для её мужа, моего знакомого, но боюсь, как бы она, не воспользовалась его отсутствием и не попробовала склонить меня к ночной прогулке с нею, дабы помочь ей развеять её сегодняшнее одиночество…
- И ты, дамский угодник, собираешься отказать ей в этом?.. Да кто ж тебе поверит?..
- Тогда бы я не просил тебя о помощи…
- Устал бедненький!.. Неужто?
- А ты как думала?.. Вторую ночь подряд не спать, легко ли?.. Тем более, что завтра с утра надо идти на работу… Но не в этом дело… Я бы с удовольствием…
- Кажется, из центра идёт автобус, — вмешивается в их разговор Нина. — Мы побежим на ту сторону улицы, и если это будет наш, то мы с вами прощаемся… До свидания! Спасибо за гостеприимство! На обратном пути их Хабаровска рассчитываем снова им воспользоваться…
И поронайки, внимательно и с нескрываемым интересом следившие за выяснением отношений между Женей и Аллой, торопливо переходят на другую сторону. Автобус на самом деле оказывается следующим в аэропорт. Они в него вскакивают и уже оттуда машут руками.

 Назад

Главная