меня. Я попытался вытащить его изо рта, но она что-то промычала и еще энергичнее начала сосать член. Я уже не мог сдерживаться и сперма моя брызнула ей в рот. Элла сосала член, вся извиваясь и дергая бедрами. А между ног у нее терся и сосал клитор мой приятель. Дрожь оргазма захватила и ее. Она застонала, крепко сжав голову приятеля бедрами, и вытянула ноги. Оргазм подбрасывал ее, она корчилась, дергалась. А мой член все еще находился у нее во рту, выпуская последние капли спермы. Но вот она выпустила мой член изо рта и развела ноги, освобождая приятеля, полузадохнувшегося в этих неимоверных объятиях. Мы устало лежали на ковре, а мой друг все еще мастурбировал, глядя на нас. "Ты молодец! - сказала она мне. - Ты так много выпустил в меня спермы, что я чуть не захлебнулась. Молодец! Ты тоже молодец! - повернулась она к моему приятелю. - Для первого раза ты очень хорошо целовал меня. Я даже закончила. Иди сюда, - она протянула к нему руки. - Ты ведь еще так и не кончил." Действительно, член его распух и головка побагровела от желания, переполнявшего его. Она притянула его к себе, закинула одну ногу ему на плечо, повернувшись ко мне так, чтобы я мог все видеть, и начала головкой его члена водить по разгоряченной и мокрой вагине. Она раскачивала ей свой клитор, проводила по анусу. Все это возбуждало ее. Она уже прерывисто начала дышать и вдруг, направив головку члена в вагину, как бы насадилась на нее. Член его нырнул в эту восхитительную пропасть. Элла, ухватившись руками за бедра приятеля, крепко прижимала его к себе, как будто старась, чтобы он весь, целиком вошел в нее. Его мошонка колотила по ее анусу, вызывая, видимо, еще больший прилив энергии. Он двигал своим членом все быстрее и быстрее. Я смотрел на все это и мял в руке уже начинающий твердеть член. Я никогда не видел как происходит половой акт. Это меня возбуждало и я уже снова мастурбировал. Мой приятель уже стонал и извивался, и чувствовалось, что приближается развязка. Вот он застонал, как будто выдавливая из себя что-то. Элла еще сильнее прижала его к себе и как бы долила его, вытягивая своей вагиной всю эту живительную влагу. Он извивался в ее объятиях, постепенно за тихая. И вот она начала отстранять его, выпустив из своих объятий, наклонившись вперед, чтобы увидеть у себя плоды его трудов. Он, вынимая из нее член, вылил остатки спермы на ее густые черные волосы, обрамляющие разгоряченную щель, и белая сперма, вытекающая из влагалища, и та, что осталась на курчавых волосах, видимо привели ее в еще большее возбуждение. Она рукой растирал все это по вспухшим губам, клитору и анусу. Я смотрел на все эти манипуляции и член мой , ужасно напрягшись, скользил у меня в кулаке. Вдруг я, уже не контролируя себя и не сдерживаясь, бросился к ней и припал своим ртом к этому влажному и горячему рту. Элла благодарно застонала и задвигала бедрами, прижимая мою голову к вагине. Я лизал ее вагину, обильно политую его спермой, смешанной с ее соком, сосал ее большой клитор, взяв его губами и делая движения, похожие на те, когда член входит в вагину. Я лизал ее жаркую щель, стараясь проникнуть глубже в вагину. Элла стонала, обнимая меня ляжками, а я, задыхаясь во влажном и жарком логове, пытался довести ее до состояния оргазма. Я уже знал теперь, что ей было нужно. И вот она снова забилась в конвульсиях, как клещами сжав мою голову и описывая бедрами всевозможные движения. Вдруг я почувствовал, как мой приятель пытается рукой мастурбировать мой член, чтобы вызвать ответный оргазм. Это было потрясающее ощущени. Но я нашел в себе силы вырваться из ее и его объятий, руками раздвинул ее ляжки и на всю длину всадил мой член в ее вагину, навалившись на нее. Она закинула ноги мне на спину, обняла ими меня, прижалась ко мне, как бы вжимая меня к себе. И тут я кончил. Я чувствовал неудержимый поток спермы, устремившийся в нее. Член мой еще скользил в ней, а я уже затихал. И вот мы втроем лежим на ковре, усталые и довольные. Не знаю что думала про нас Элла, но ведь мы с товарищем впервые вошли в женщину. Это было здорово. Элла лежала на спине и гладила свои груди, отдыхая и успокаиваясь. Так мы молча лежали некоторое время. "А вы молодцы, мальчики!" - вдруг произнесла она. Мы благодарно зашевелились. Она продолжала: "Чтобы секс приносил удовольствие, в нем не должно быть никаких "табу", никаких ограничений. Вот ты, - повернулась она к моему приятелю, - пытался помочь своему другу, а я успела заметить это, ты мастурбировал его член, а ведь он в это время целовал меня там и твоя сперма была у него во рту. Как ты себя после этого чувствуешь?" повернулась она ко мне. Я сказал, что нормально и что когда он взял в руку мой член, мне было очень приятно. "Вот это я и имела ввиду, - сказала она. - Мы все помогали друг другу." "А вот вы могли бы друг у друга сосать член?" - вдруг спросила она. Мы ответили, что еще этого не пробовали, но наверное могли бы. "Я хотела бы это видеть - продолжала она. - Это меня всегда возбуждает, хотя и видела это у мужчин неоднократно. Я пробовала твою сперму, ты пробовал его, а оба вы с удовольствием, как мне показалось, целовали меня там и слизывали мой сок. И, как видите, мы все живы и здоровы." "Во всем этом нет ничего ужасного," - продолжала она тоном школьного учителя. А ведь и действительно: она нас обучала сексу и, оказывается, мы были не такие уж плохие ученики. Осмелев, я спросил ее, а могла бы она вот также поиграть с женщиной? Она весело рассмеялась: "Конечно! Ведь это же приятно, если молодая и симпатичная женщина, разрешит тебе ласкать ее тело. Или сама ласкает твое. Это совершенно не значит, что мне не нужны мужчины, или что я ими не интересуюсь. Нет! Просто в сексе меня интересует все. И это всегда доставляет мне огромное удовольствие. У меня есть подружка, с которой мы иногда играем в эту игру. И это не мешает нам иметь семью и мужа. Это приятно - заключила она - и от этого трудно отказаться, да и зачем?" Слушая ее, мы с приятелем мастурбировали свои члены. А она, свободно раскинувшись на ковре, обнаженная, рассказывала нам, казалось, невероятные истории. В то же время она не забывала поддерживать в нас сексуальный настрой. Ведя беседу, она руками оглаживала свое тело, осторожно мяла груди, живот. Ноги ее были свободно раскинуты, и ее пальцы время от времени ныряли под эту копну жестких пружинящих волос, раздвигали и сжимали вагину, гладили ляжки. В общем, руки ее находились в постоянном движении, возбуждая нас. Вдруг она спросила не хотим ли мы поиграть с ее грудями. Мы, конечно, тотчас же выразили свою готовность и ухватились за них. "Только осторожно, мальчики, - попросила она. - И нежно." Мы гладили эти тугие, гладкие, темные груди, целовали их, мяли между пальцами сосочки. Потом, по ее команде, взяли сосочки в рот, пытаясь захватить в рот и всю грудь. Она возбужденно дышала и ее руки мастурбировали наши члены. Так продолжалось довольно долго, но вот она повернулась на живот, подставив нам свою спину и прекрасный зад. Она раздвинула ноги и мы, заглянув между них, видели щеточку волос. Мы целовали ее спину и половинки зада, полные ляжки, водили по всей спине своими членами, оставляя на ней светлые дорожки от сока, струившегося из посиневших головок. Мы вводили члены ей в подмышки, утопая в густых волосах, приятно щекотавших головки. А Элла млела под нашими ласками и по ее телу время от времени пробегали волны судороги. Ей было очень приятно. Было приятно и нам. Иногда она давала нам замечания, корректируя направленность наших движений. Лежа по бокам от нее, мы терлись об ее тело, горячее и молодое. Я забрался к ней между ног и пытался членом водить между восхитительными половинками ее зада. Вдруг она поднялась на колени, прогнулась в пояснице, и нашему взору представилась влажная, как бы вывернутая, вагина. Я взялся за нее рукой. Губы ее были мокрыми и скользкими. Моя ладонь скользнула к ней в эту жаркую глубину, упершись большим пальцем в анус. Я начал осторожно водить рукой туда и обратно. Товарищ мой во все глаза смотрел на это прекрасное чудо. Потом он лег на спину и пролез под нее. Его голова оказалась между ее раздвинутыми ногами. Он с восторгом смотрел на то,
