длиннее, а при каждом вбивании члена я упирался во что-то мягкое, но неподатливое. Со вздохом я осторожно положил ее на спину на кровать и осторожно вытянул пенис из ее лона. И тут я просто ужаснулся! Вместо моего старого доброго семнадцатисантиметрового пениса моему взору предстал член почти вдвое длиннее, но, к счастью, того же диаметра. Он был весь красный, с прожилками, и стоял под углом примерно в сто десять градусов, то есть был недалеко от моего пупка. Я чуть не упал в обморок! Олечка, лежащая на диване с широко раскрытыми ножками и зовущей в себя влажной киской оторопело наблюдала эту картину. Некоторое время мы молчали. - Какой... хи-хи... большой! - Это ты во всем виновата! Ты загадала желание, чтобы Он увеличился вдвое, и это желание сработало! Ну и что, по твоему, мне теперь с ним делать? - Хи-хи... Да... Ну не вдвое же! Давай я померяю? И она принесла пластмассовую линейку. Приложила к стоящему члену, и оказалось, что все это хозяйство размером в сорок сантиметров! - Даже больше, чем в два. Ну и что теперь делать?, - простонал я. Оля молчала... При помощи денег ее питерского спонсора я попал в больницу. Не в ту ужасную больницу, где лежат обычные люди, а в специальную клинику за городом, где персонал запотлив и расторопен, а врачи умеют лечить по-настоящему. В моей палате было две койки, и одна из них пустовала. Рядом на тумбочке стояла пепельница, на столике в углу лежали всеразличные фрукты, утром, в обед и вечером медсестры в коротеньких белых халатиках приносили мне довольно вкусную еду, а я, не встретив сопротивления, хлопал их ладонью по тугим попкам. Но на самом деле лежать мне было довольно тоскливо, телевизора не было, говорить было не с кем, хоть сестренка навещала меня каждый день. Трахаться она со мной наотрез отказалась, как я не просил - сказала, что я ее просто разорву Этим чудовищем, таранящим ее матку. Правда, она изредка занималась со мной оральным сексом, но заглотить Его, конечно, даже и не пыталась. И еще одна неприятность случилась со мной, как мы выяснили позже - мой пенис не хотел ложиться. То есть, даже после очень откровенных ласк со стороны Олечки он хоть и извергал потоки семени, но не опадал. Он все время стоял! Я стеснялся куда-нибудь выйти, и поведал о своей проблеме врачихе, женщине лет сорока, но довольно хорошо сохранившейся. Она носила под халатиком черные чулочки, в отличие от медсестричек, одетых во все белое. Позже я узнал, что это такой знак отличия. Леля, так звали моего врача, распросила меня о том - об этом, и я выложил все без утайки - и как мы курили марихуану, и как моя сестра делала мне минет в машине, и как я сношал ее в сводебном платье. И про ее желание, чтоб мой член стал больше, тоже рассказал. Она помолчала немного, услышав все это, про весь этот разврат без утайки. Потом пальчиком поправила очки на носу и сказала: - Мальчик, это еще не так страшно, что ты трахался с сестренкой, хоть это и называется инцест и запрещено во всем мире. Но мы, медики, ко всему привычные, и раскрепощенные в сексуальной сфере. Но одно плохо - что твоя Олечка в неподходящий момент загадала свое желание, и оно как-то вступило в контакт с твоим пенисом и увеличило его. А то что ты не можешь его положить в штанишки - это уже другая проблема. Покажи-ка мне его, я хочу посмотреть! Я в этот момент лежал под одеялом совершенно обнаженный, так как пытался до прихода врачихи "уложить" своего мальчика при помощи онанизма, без особого успеха, к сожалению... И я просто откинул одеяло, и этой женщине предстало зрелище, которое, по-моему, запомнится ей на всю жизнь: огромный фаллос здорового, готового к сексу парня! Леля протерла очки и долгим пристальным взглядом стала оценимать его размеры. - Тут, похоже, не меньше тридцати сантиметров! - Да нет. Всего сорок!, - пошутил я и пригляделся к Леле. Ее дыхание стало прерывистым, прядка кудрявых волос упала на ее лобик, но она даже этого не заметила. Я подумал, что вот он тот шанс, который нельзя упускать! - А ты, Вадим, не пробовал... это... сделать самостоятельно? - Как это? - Ну... Рукой? - Пробовал. Не помогает. Думаю, мне нужно женское внимание... - Ну ладно, хорошо, у нас особая клиника и услуги тоже особые. Я думаю, что смогу попробовать... Во всяком случае, на моего мужа это действует! - Что - действует?, - поинтересовался я и тут же почувствовал, как ее рука обхватывает мой хуй и начинает легонько подрачивать. Я откинул голову на подушку.... - Да вам, Леля Петровна, неудобно так - вы садитесь на кровать! - А как я там умещусь - у меня ноги видишь какие длинные? - А вы их по бокам положите, а сами на колени встаньте надо мной!, - сказал я. Разумеется, я был возбужден морально, не говоря уже о моем члене, который просто бился в ее ласковых ладонях. - Наглец! Ну ладно, чего не сделаешь ради медицинской карьеры! Надеюсь, мне удастся описать этот феномен! И она сделала так, как я предложил, и вскоре я уже мял ее сиськи, вылезшие из халата, тискал их по-всякому, но она ничуть не возражала и только ее руки выдавали предоргазменную дрожь... Внезапно до меня долетели какие-то странные и неуместные здесь звуки, а через мгновение они повторились. Я посмотрел на входную дверь и увидел, что она приоткрыта и оттуда виден краешек белого халата. Эти звуки - это было приглушенное прижатой ко рту ладонью девичье хихиканье! Услышав, врачиха быстро спрыгнула с меня, одернула халатик, укрыла меня одеялом и грозно посмотрела на дверь. - Входите!, - сказала она командирским тоном. Дверь распахнулась, и вошла вся красная и, видимимо, жутко смущенная медсестричка. Я видел ее раньше - в свою смену она приносила мне еду и уходила совершенно пунцовая при виде моего торчащего сорокасантиметрового хозяйства, но частенько оборачивалась и задерживала свой взгляд на нем... Я онанировал и на нее тоже в бесплотные часы попыток усмирить свой хуй. Она была полной противоположностью моей сестренке - ее пышный бюст так и выпирал из халатика, ножки были немного пухленькими и толстоватыми, а бедра широкими, личико округлым, но непонятно почему она привлекала меня. Кажется, я помню ее имя - ее звали Настя. - Анастасия, войдите! Что вы себе позволяете?! Я осматриваю больного, разговариваю с ним, а вы нам мешаете? Как это понимать? - Да видела я, как вы его осматриваете!, - хихикнула Настя, но уткнувшись на суровый взгляд врачихи, продолжила уже обычным тоном: - Я процедуру пришла ему делать, клизму ставить, а потом Сева ему зонд будет вводить, вы же сами нам приказали? - Выполняйте!, - сказала Леля и, отстранив пухленькую медсестричку в белых чулках выхла из палаты. Когда шаги за деверью стихли, она рассмеялась. - Больной, поворачивайтесь на спину, я вам сделаю клизму! - Зачем еще клизму? - Потом вам введут в анус зонд и врач посмотрит, что там у вас с... этим..., - она указала пальчиком на мой пенис и снова захихикала. - Ты же никому ничего не расскажешь, девочка?, - неожиданно для нее я прижал ее пухленькое тело к себе, когда она подошла с баночкой вазелина и прынцовкой. - О чем - расскажу?, - она сморщила личико, будто бы не понимая. - Ах так? Тогда мне придется закончить с тобой то, что ты не дала нам закончить с Лелей!, - сказал я и откинул одеяло в сторону, а затем попытался повалить Настю на кровать. Вся пунцовая, она поднялась и посравила волосы. - Больной, если вы дадите мне сделать вам клизму, я, возможно, обследую ваше хозяйство... Обрадованный тем, что так быстро склонил эту пухленькую девочку к нескольким приятным минутам, я встал на четвереньки и подставил ей попу. Настенька смазала мне анус вазеливом, потом, вероятно, неудовлетворенная этим, смазала им указательный пальчик и просунула мне его в задний проход. - Вот тебе, противный, за то что обижаешь замужних девушек! - Так я же еще тебя не обидл? - Ну так обидишь своим пенисом после клизмы, не так ли?, - и она повертела пальцем внутри. - Видишь ли, я признаю всякий секс
