на ухо..
Она отрицательно мотала головой, а я в это время уже наполовину оголил мою актрисочку. Она прижималась ко мне всё теснее и теснее. Тима, целуя Лию в шею и всё что-то ей нашёптывая, в танце направлял её к дивану. А диван там, ты, наверное, помнишь, такой кожаный и огромный.
- Помню… - прохрипел я. Меня несло. Во мне и вокруг меня звучала какая-то авангардистская музыка с завыванием медных и глиссандо струнных. «Вот он, мой час!» - проносилось в моём мозгу. И моё подсознание молчало.
- Продолжать? – спросил Тима. И вдруг в его голосе зазвенел металл.
…Не знаю, что уж Тимур там говорил Лие, но они оказались на этом долбаном диване. Обнимая монголку, я видел, что на диване идёт какая-то война, с раздеванием, раскидыванием одежды и отдельными Лииными возмущёнными возгласами.. Но вдруг всё стихло.
Чингиз помолчал и заговорил снова.
…В полутьме я видел: Тима раздел Лию полностью. Он лежал на ней, и они целовались. Монголка, улыбаясь мне, потянула меня вниз, на ковёр, и мы очутились прямо перед этим долбаным кожаным диваном. На какое-то время я отвлёкся от происходящего на кожаном ложе, хотя тоже люблю подглядывать. Но я занимался погружением в монгольские глубины: всё произошло, я был в актрисе и начинал её трахать. С дивана начали доноситься приглушённые стоны. Я приподнялся над монголкой: Тимур уже вовсю ебал Лию. Извини, Миня…
- Ну и как, большой у Тимы хуй? – спросил я, чувствуя, что дальнейшая информация уже ничего нового не добавит к моей клокочущей похоти.
- Ты знаешь, что Тимур, когда учился в институте, участвовал в общаговском соревновании «У кого хуй больше». Там их человек двадцать дураков набралось. Они портновским сантиметром мерили вздроченные члены. Это был первый этап конкурса. На втором этапе нужно было кончить: кто дальше брызнет, тот и победитель. Тима в итоге оказался вторым.
- А кто первым?
- А первым был Радик. Всех переплюнул. В буквальном смысле. Но когда я вблизи увидел тимуровский член, я поразился. Он уже посадил Лию на себя. Извини, старик, но у твоей жены на самом деле шикарная жопа.
Картина была красивая: его здоровый хуй и её пышная жопа. Он её минут пять ебал в таком положении, а я на полу свою монголку параллельно. Потом она меня спросила, не обижусь ли я, если она «сходит» на диван. Я выскользнул из неё и подтолкнул к дивану. Тима поставил Лию и мою раком и поочерёдно стал их обрабатывать.
- А ты что в это время делал? – поинтересовался я через силу.
- Я дрочил. Там, на диване, стоял невероятный шум: Тима шлёпал своим передом об зады девчонок так, что звон стоял в ушах. Девки уже откровенно орали. Я такую еблю редко видел. Тима время от времени издавал зверский рык..
Потом монголка пыталась подлезть под Лию, но Лия вдруг отлипла от Тимы, перевернулась на спину и потянула его на себя. Да, Миня, красивая у тебя жена. Такие ноги! Длинные, не худые, пластичные. Она как сплела их у Тимура на спине, как давай подмахивать жопой, Тима совсем озверел, я за его жопой не успевал следить..
Я кинулся на диван, подмял под себя монголку, и через минуту под общий рёв мы с Тимой кончили. Прямо им в пизды…Ты доволен? – спросил Чингиз, переводя дыхание.
- Пойду поссу, - сказал я. В туалете из зеркала на меня глянуло лицо маньяка: я испугался себя. Яйца нестерпимо зудились, член почернел. Но я передумал кончать. Я добрёл до своей комнаты, еле раздевшись, пристроился рядом с женой.
- Мишшша… - простонала она. Несмотря на принятый ею алкоголь, от неё веяло свежестью. Я знал, что отказа не будет. Потому что, принимая алкоголь, она редко мне отказывала. И, оказывается, не только мне…Без прелюдий я вошёл в безупречное лоно сорокалетней женщины. Луна помогала мне лицезреть интимные детали Лии.
Я подсунул руки ей под жопу, закинул её ноги себе на плечи и принялся наблюдать, как мой хуй входит и выходит из моей женщины. Моё возбуждение было на пределе, но хуй был каменным. Я впервые испытывал такую истому в члене.
- Лиечка, так тебе понравилось с Тимой?
- М-м-м… - замычала Лия. – Ты что, перепил?
- Говори, хорошо тебе было с Тимой? – продолжал я, наращивая скорость фрикций. Авангардная музыка во мне приближалась к кульминации.
- Миша, ну ты что? – заскулила Лия, входя во вкус этой похотливой ебли.
- Говори, блядёшка моя, большой у Тимы хуй?
Лия учащённо дышала, всё интенсивнее отвечая своим задом и всем телом на мои движения. Я впился в её «силиконовые», сводящие меня с ума губищи..
- Он тебя так же целовал? – шепнул я ей на ухо, еле оторвавшись от «силикона».
- Да-а-а, - простонала она, не открывая глаз и подмахивая мне с накапливающейся амплитудой.
- Большой у него хуй? – во мне назревал ядерный взрыв.
- Да-а-а, - простонала Лия.
- Что «да-а-а»? – настаивал я, бессчетный раз вонзаясь в её плоть.
- У него…большой…хуй, - всхлипывала жена.
- Больше, чем у меня? – не унимался я.
- Нет, Миша, нет, - шептала Лия.
- Не ври, блядища моя, - коварно дышал я ей в ухо. – Не ври, умоляю.
- У него большой хуй, - заёрзала Лия подо мной. – У него огромный хуй…
Я доставал до самого Лииного дна и спрашивал, спрашивал, спрашивал:
- Он тебя так же глубоко ебал?
- Да-а-а… - отвечала она, содрогаясь.
- А он делал в тебе вот так? – и я сделал круговращательные движения в её пизде.
- Да, да, да - отвечала она, и я понял, что она кончает, кончает, кончает.
В моей башке пронёсся атомный вихрь. Взревели финальные аккорды. И я взорвался.
