хотела?
Она ничего больше не спросила, как в прошлый раз села на меня сверху. Только в этот раз посадка её была не совсем ровной, она села только на одну мою ногу. Я почувствовал опустившиеся на ляжку прохладную попку и теплую, мягкую, влажную вульву. Это сильно возбудило. Член дёрнулся и стал прибавлять в размере и твёрдости. Этому способствовали и Викины руки, «изучающие» мужской орган. Я отдался во власть ощущениям – закрыл глаза, стараясь только не пропустить момент семяизвержения. Процесс пошёл. Мой писюн стал как каменный.
Сестрёнка не сидела на ноге неподвижно, а всё время елозила по ней своей промежностью. От её выделений нога становилась мокрой, но Вика не унималась, она кажется специально «ездила» вульвой по моей ляжке. Наконец, я почувствовал, что сестра привстала, не выпуская из руки пенис, переместилась немного, подняла его вертикально, он ткнулся во что-то мягкое и …
- Ой! – вскрикнула Вика.
Я открыл глаза. Моя глупая сестрёнка, оказывается, завела член ко входу в вагину и со всего маха села, шлепнувшись на меня попкой. Её, видимо, пронизала боль порвавшейся девственной плевы, из-за этого она вскрикнула, приподнялась, полностью не выпуская пенис из себя, упала корпусом вперёд, опершись руками о кровать.
- Что ты сделала!?
Я руками ухватил её за худенькие бёдра и хотел выйти из трепещущего лона.
- Не, нет! Подожди! Не надо! – взмолилась она.
Лицо её было пунцовым, руки держали её не уверенно, внутри вагины всё дрожало и сокращалось.
- Всё нормально, - опять отозвалась она, - я только встать не могу…
Я решил помочь ей - упёрся ей в грудь так, что мягкие грудки очутились в моих ладонях и дал возможность распрямиться. Некоторое время она так и стояла надо мной с широко расставленными ногами, нанизанная на кончик пениса. Постепенно судороги в вагине затихли и она уже осторожно, начала опускаться и опять подниматься, с каждым разом опускаясь всё ниже на мой огромный для неё писюн. Мой член входил во влагалище родной сестры. Во мне боролось половое возбуждение и осознание, что мы совершаем что-то запретное – мало того, что она малолетка, это ещё и инцест! Побороть разум не получилось..
Как давно я мечтал об этом – обладании женщиной. Пусть это ещё птенец, но у него уже есть горячее похотливое влагалище с желанием идущее ко мне на встречу, так сладко удовлетворяющее меня. Через некоторое время Вика устала, она опять уперлась руками в постель, продолжая насаживаться на меня. Постепенно сестрёнка совсем ослабла и легла мне на грудь. Останавливаться я уже не мог, поэтому взял руками её попку и начал трахать девчонку сам, прогибаясь в пояснице. Вика расслабившись лежала на мне раскачиваясь в такт с толчками, её клитор тёрся омой лобок и это, видимо, ей нравилось.
Больше терпеть я не смог. Разрядки было не избежать. Снимать с себя сестрёнку и мчаться опять в ванную очень не хотелось. Вместо этого я ввел член во влагалище на сколько смог в такой позе и выстрелил внутрь мощным зарядом спермы!
Вика лежала на мне не шевелясь. Наступило расслабление, кинуло в жар, пробил пот. Разум начал возвращаться, пошли мысли: «Как же это случилось! Неужели это та самая маленькая девочка, которую я когда-то катал на коляске, сажал на горшочек и вытирал попку? Теперь она лежит на мне и в её влагалище торчит мой член! Только бы ничего ей не повредить, она ведь на много меньше меня!» Я нежно положил ей на спину руки и погладил. Она тоже была вся мокрой. Поглаживая спину, я постепенно опустился к голенькой попке, бедрам. Член ослабевал всё больше и больше, казалось вот-вот выскачет из уютного гнёздышка. Вика ожила.
- Ты ведь понимаешь, что про это никто, кроме нас с тобой, знать не должен? – спросил я.
- Что я, дура, что ли!
С этими словами она опять села на меня, заглотнув в утробу мою почти совсем опавшую, но всё ещё толстенькую колбаску до самого основания, потом привстала, выпуская пенис, зажала подол рубашки себе между ног и убежала в ванную.. За время всего полового акта я так ничего у неё и не увидел, только голые коленки и бёдра.
Мокрый, уставший член лежал у меня на животе. Я взглянул на него, он был в крови. Тревога за Викино здоровье усилилась. Я встал, сестрёнка, всё ещё была в ванной, пришлось идти на кухню и там на скорую руку приводить себя в порядок. Проходя назад, я прислушался, Вика плескалась в воде и что-то напевала. «Значит не все так страшно,» - подумал я .
- Ну, как ты, - первое, что я спросил у неё, когда она вышла.
- Все нормально.
- Больно было?
- Сначала сильно, потом меньше, потом не чувствовала, а сейчас немножко болит…
- Крови больше нет? Ты так плюхнулась, я боялся, что повредил тебе что-нибудь!
- Конечно повредил! Ты что как маленький, это же целка была! – бодро заявила она.
Её объяснение меня немного успокоило. Я и в правду имел смутное представление о потери девственности, и почти забыл, что у женщин в первую брачную ночь бывает кровь… И всё же уточнил:
- Ты, правда, себя нормально чувствуешь?
- Да всё хорошо, не переживай ты. Вот заживёт, опять к тебе приду. Прогонять будешь?
- Посмотрим…
Я понимал, что уже не в силах буду отказать ей, мне ведь теперь тоже хотелось продолжения, но так сразу сдаваться не хотелось, да и душевные терзания до конца не покинули. После этого первого раза я стал по-другому смотреть на сестру. Если раньше я видел в ней только бойкого подростка, то теперь она превратилась в маленькую близкую и желанную женщину с манкой фигуркой и нежным цветком между ног.
Я начал подготовку к следующему разу. Стал расспрашивать знакомых ребят – что к чему. Они знали, что я по женщинам не ходок и сначала удивлялись моим вопросам, но потом охотно консультировали. Я всем врал, что познакомился с девушкой… Совсем решительным шагом была покупка пяти презервативов. Тогда они продавались только в аптеке. Я набрался смелости и совершил это! С этого дня, ложась спать, всегда клал один под подушку – ждал сестру…
Вика не подходила ко мне уже полторы недели. Я начал беспокоиться. Спрашивать не хотелось, подумает, что сдался, сам захотел и тороплю события. Но в конце второй недели не выдержал, спросил:
- Как ты? Болит ещё?
- Нет. Надо подождать ещё немного.
Я постарался сделать интонацию, как будто просто проявляю заботу о её здоровье. Это «немного» протянулось еще три дня. Был вторник, утро, у меня выходной. Просыпаясь, я почувствовал, что рядом кто-то есть. Открыл глаза. Забравшись на кровать, у стенки, опять в ночной рубашке сидела сестрёнка.
- Давай ещё попробуем? – спросила она: Я хочу научиться. У нас некоторые девчонки уже давно этим занимаются и говорят, что бывает очень-очень хорошо и приятно. Я тоже так хочу.
- Давай, - сразу согласился я, - только теперь по-другому будем.
- Как?
- Сейчас увидишь.
Я быстренько сбегал в туалет, освободив мочевой пузырь от накопившегося за ночь, как следует вымыл его.
- Ты писю свою помыла? – спросил я, вернувшись.
- Вчера… - иди, помой как следует и всегда так делай перед ЭТИМ.
Она ушла.
- Теперь давай снимем с тебя ночнушку, - сказал я, как только Вика вернулась.
- Зачем? Давай так, - испуганно просила она.
- Ты боишься? Ничего я тебе плохого не сделаю. Я ведь перед тобой все время голый.
- Ничего я не боюсь, - не желая показать слабинку, парировала сестрёнка.
Она явно стеснялась. Рассматривать мой член и задавать вопросы не стеснялась, показывать писю под юбкой не стеснялась, трахаться не стеснялась, а раздеться полностью робеет. Она переборола себя и, наконец, скинула рубашку.. Её молоденькие сисечки с торчащими сосочками оказались не такими уж и маленькими. Они колыхались, дразня и приманивая меня.
- Ложись на спину.
Вика послушно легла, вытянувшись в струнку. Сисечки под своим весом расплющились, худощавое стройное тело казалось очень хрупким. Она хорошо загорела и только два места были контрастно белыми: грудка и лобок. Разрез пухленькой розовенькой писи прятался между ножек. Было видно, как там из под внешних половых аппетитных половых губ рвутся наружу нежные внутренние. Первый раз в жизни я попробовал ласкать девушку: поцеловал ей шею, плечи, сосочки, промежуток между грудками, опустился ниже к животу, лобку, ниже, ниже…
Когда дело дошло до вульвы, Вика дёрнулась.
- Что? – спросил я.
- Всё хорошо, продолжай, - почти шёпотом ответила она и раздвинула ножки.
Целовать это
