и скинула ее. Под кофточкой был белый бюстгалтер.
Потом посмотрела на парней.
Те сидели в непринужденных позах. Вадим закурил, Серега что-то жевал,
Петруха просто смотрел на нее без всякого выражения.
Да, с сиськами у тебя слабо, рыжая, - дашь посмотреть?
Вика покраснела. Ее всегда брала досада! Ну не повезло ей с грудью!
Колян достал еще тонкую пачечку, но не подбросил к викиной
тарелке. Ждал.
А черт с ним, - решила Вика, - джинсы и колготки это еще долларов
60? На пляже ведь ходят в трусиках и в лифчике, и ничего.
А остальное фиг им, - и опустила руку к джинсам. Расстегнула, опустила,
нагнувшись перешагнула, выпрямилась, глядя на Коляна.
Сквозь темные колготки просвечивали белые трусики.
Чего чего, а бедра у меня красивые, - гордо подумала Вика.
Колян медленно подвинул доллары к тарелке. Потом достал новые.
Вика отодвинула лежащие на ковре джинсы ногой, стянула колготки,
нагнувшись к полу, и тут звякнула цепочка Петрухи, которой к ножке
стола была привязана левая рука Андрея. Тот пришел в чувство.
Вика только сейчас поняла, что стоит нагнувшись перед сидящим
на полу, привязанному к столу, Андрею и смотрит в его открывшиеся
глаза.
Она выпрямилась.
- Чего фраер, очнулся? - Петруха подошел к Андрею, - сиди тихо и не вякай.
Смотри представление.
Вика тоже не хотела больше никаких драк и,
поймав взгляд Андрея, поднесла указательный палец к губам.
- Ну ты типа, повернись чтоль туда, сюда, чего замерла?
Вика в белом нижнем белье, в обтягивающих белых трусиках медленно
стала поворачиваться к парням то попкой (пусть смотрят!), то наоборот.
Жалко музыки нет, - подумала она, - как на медосмотре в школе.
Колян добавил пачку и достал новую.
- Больше я не буду! - решительно сказала Вика.
- Чего не будешь?
- Раздеваться больше не буду! - она подошла к столу,
взяла свои доллары, вернулась к брошенным джинсам и
сунула деньги в карман. Потом обернулась к парням, - Все?
Нам можно идти?
- Иди, рыжая, водки выпей, поешь еще, жопа у тебя что надо! -
Петруха отодвинул ее стул, приглашая сесть.
Вика уже не стесняющаяся этих парней, подошла в своем наряде к столу,
села, как ни в чем не бывало на свое место. Разлили, чокнулись, закусили.
Эй ты, дед Мороз, водки выпьешь? - крикнул Петруха, обернувшись к Андрею.
Андрей молчал. Вот упертый! - пробормотал Петруха.
Выпили по еще. Водка приятно расслабила Вику, да и закуска была что надо!
- А хочешь другую игру, по другим ценам? - спросил Колян.
- Какую?
- Про минет слышала?
- Вы же обещали, что пальцем меня не тронете! - ей опять стало страшно.
- Мы и не тронем. Это ты нас будешь трогать, пальцами - парни заржали.
Про это дело Вика знала чисто теоретически. Девченки в общаге рассказывали.
Некоторые говорили, что классно заводит. И никакого риска, ни спида там,
ни чтобы залететь.
- По стольнику баксов? - на сей раз Вадим достал деньги из бокового
кармана. Раз, два, три, четыре, - отсчитал он, глядя на Вику.
Вика прикинула, сейчас у нее сто уже наверное есть, а будет 500!
Полтыщи долларов! Можно будет маме послать в Барнаул! Блин!
- Ты, рыжая, не сомневайся, мы не громилы какие-нибудь, не убийцы.
Сама понимать должна, ну были бы мы не по понятиям, тебя давно бы
вые...али по очереди и выбросили с голой жопой на улицу. Ты сама
решай. Деньги, вот они, - Вадим протянул ей четыре бумажки с другим
президентом США.
- Я не умею, - сказала Вика и покраснела до звона в ушах, до удушья.
Парни опять заржали.
- Чего там уметь? Сардельку ела когда-нибудь? Тоже самое, только
не есть, а сосать, как мороженное на палочке. А когда я кончу, все
проглотить и дело с концом. И вам бабам от этого польза, гормоны
там всякие необходимые, как после е...ли, просекаешь? У тебя мужик
то есть?
- Здесь нет, в Барнауле парень остался.
- Ну вот, значит не е...ет тебя никто с такой жопой классной, а сама хорохоришься.
- Чур я первый, - сказал Серега, я ее научу!
Вика внимательно посмотрела на Серегу. Худощавый, чисто выбрит, глаза
не злые, матершинник правда, но Вика к этому уже привыкла.
-Иди сюда, рыжая! - Серега расстегнул пиджак и показал на вздутую ширинку
на своих дорогих брюках. Первым делом надо выбрать позу, раз я сижу, -
он широко раздвинул ноги, - то ты как должна?
- Что как? - не поняла Вика.
- Что, что, головой работать как будешь, стоя?
- Надо нагнуться?
- Нагнешься - голова заболит!
- А как?
- Ну, на коленки чтоль встань, не боись, ковер чистый.
Вика послушно встала перед ним на колени, присев на пятки своей
попкой в белых трусиках, подняв голубые глаза на Серегу..
- Чего смотришь, расстегивай!
- Не, лучше вы сами...
- Расстегивай тебе говорят, и доставай!
Вика протянула руки к его ширинке и стала пуговку за пуговкой
расстегивать. Руками она чувствовала крепкий и толстый серегин
член, странное ощущение овладело ею. Парень в Барнауле просто
трахал ее без всяких таких штучек. Лежа и просто. Сейчас Вике было
и страшно, и интересно.
Под брюками были трусы. Вика опять подняла глаза.
- Ну чего тормозишь, рыжая, доставай теперь.
Трусы приспусти вниз.
Вика обеими ладонями залезла в ширинку, одной захватила край трусов,
а другой подлезла вниз, почувствовав крупные серегины яйца.
Ее начала бить мелкая дрожь..
Наконец показалась серединка, а потом Вика дернула трусы вниз
и перед ее лицом выскочил "предмет". Назвать это по-русски слишком
неприлично. Другая ладонь Вики, засунутая в ширинку, по-прежнему обнимала его яйца.
- Ну вот и познакомились! - Вика узнала голос хулигана-Петрухи.
- А это поместится? - думала Вика, упершись взглядом в предмет.
Предмет издавал совершенно обалденный, незнакомый, таинственный
запах молодого мужчины.
- Ну, поехали, девочка-целочка? - Вика подняла глаза.
Серега смотрел на нее даже с каким-то, как ей показалось, участием что ли?
Понимая, что нужно что-то делать, Вика ткнулась в серегин предмет и
чмокнула его во влажную головку, что-то вроде поцелуя.
- Тоже ничего, - сказал Серега.. Но ты должна язычком работать и глотать.
- Как глотать? - Вика опешила. Вы говорили, как мороженное, сосать.
- Ну соси, еклмн, ну делай чего-то, настрадаешься с тобой в натуре!
Придвинув рот вплотную к члену Сереги Вика сначала захватила его своими
губами, потом начала облизывать языком. Она чувствовала, что Сереге
это дело нравится. Член сначала сильно нагрелся, потом начал подрагивать,
но не дрожью, а такими, как бы сериями. То сильно, то чаще.
А ею овладела полная дурь. Разлилось тепло пониже живота, потом
по спине, потом ее всюду объял такой кайф - мужик, беззащитный, доверчивый,
стоит ей сжать зубы и все. Но Вика знала, что ни за что зубы не сожмет,
уже знала, женским чутьем, что это не сарделька, знала, как и зачем.
Она почувствовала мужчину не языком, не губами, а этими самыми
вибрациями. От которых ее несло невесть куда. Она забыла и про мороженное,
и про сардельку. Она упивалась властью над парнем. И кто знает, был ли он
сильнее ее в этом поединке?
Когда дрожь кончилась, когда серегин член стал тверже стола на который
Вика опиралась руками, вдруг ее слух заполнился серегиным сдавленным "А-аа",
(Вика сначала чуть не подавилась, потом вспомнила "А когда я кончу,
все проглотить"). И начала глотать сначала свою слюну, потом тот горячий
серегин секрет, который поступал ей в рот не как вода из водопровода,
а порциями пахучей мужской реальности, раз в полсекунды, горячими и обильными
порциями. Чуть не задохнувшаяся Вика успела только прошептать липкими губами,
- Хватит!
И рухнула на ковер, ближе к баснословно дорогим серегиным ботинкам.
-Ну ты даешь! - Вика услышала насмешливый голос Петрухи, - типа сломала целочку
во рту! Вика поднялась с пола.. Серега уже застегнул ширинку на брюках.
-Ну, братва, кто следующий? - спросил Вадим.
-Кто, кто? Я! - Петруха подошел к Вике сзади, бесцеремонно приподнял ее попку,
засунув всю ладонь в промежность, - а девченка то промокла вся, - радостно рассмеялся он.
Вика стояла на коленях, вся пунцовая напротив сидевшего Сереги, опустив голову.
Ей было страшно стыдно и одновременно страшно сладко. Удивительное ощущение.
То, что она чувствовала сейчас, особенно после того, как Петруха бесцеремонно задрал
ее попу ладонью, почувствовав ее влажность, ее девчачью теплоту и стыдливость,
это было похлеще, чем то, что она испытывала со своим парнем, просто разводя
ноги в темноте, на кровати потому, что там "так полагалось", там это было законным
и "приличным" даже "без трусов", а здесь таким "неприличным".
Несмотря на то, что "в трусах".
Держи, заработала, - Серега протянул ей сто долларов.
Вика опять посмотрела в серегины глаза. Ни насмешки, ни издевки.
Он смотрел на нее, как на товарища, что ли?
Вика, - он небрежным жестом коснулся пальцем ее щеки, назвав не "рыжей",
а по имени, и подмигнул.
