Видя безвыходное положение, Валя стала кричать, но, как только из нее вырвался первый звук - он тут же был и приглушен увесистым ударом по голове. Она упала и заплакала. Было и больно и очень обидно.
- "Ну, что я сделала вам? Чего вы хотите от меня?!", - рыдая, она искала платок в карманах, - "Отпустите меня, пожалуйста!"
Но ее мучители уже начинали входить в раж. Им стало нравиться насилие над девчонкой.. Теперь она принадлежит им, и они могут делать с ней все, что хотят! Это приятно разгоняло кровь.
- "Сама разденешься или помочь?", - сияя наглой улыбкой, внезапно предложил Денис.
Валя умоляюще по очереди заглядывала в глаза парней.
"Возможно, они просто шутят? Или пугают? Только почему, что я им сделала? Почему они мучают меня?", - она не могла поверить, что это происходит с ней всерьез.
Но жесткие руки уже потянулись к ее платью и пуговки на груди разлетелись, открывая красивенький, белый бюстгальтер.
Она попыталась прикрыть руками полуоткрытую грудь, но ей не дали, отшвырнув ее руки. Сильный страх пронзил все ее существо, когда она поняла, что попала круто.
Красивенькая девочка давно была предметом мечтаний двоих ребят из этой компании. Она им нравилась, точнее ее тело вызывало в них похотливые мечты. А тут такой случай! Как можно упустить!
- "Разденься, кисочка!", - подчеркнуто ласково произнес Костик.
- "Ну не стесняйся, лапочка, мы ждем", - спокойно, но как-то жутковато произнес Леха.
Его Валя побаивалась больше всех. Он слыл отпетым хулиганом и жестоким ненавистником девчонок. Что он придумает - невозможно было предугадать. Она, как загнанный зверек, металась в плотном кольце, и не было ни щелочки, куда можно было бы просочиться.
- "В таком случае, ты не против, если мы тебе поможем?", - она уже не разбирала, кто это сказал. Но в следующее мгновение четыре пары нахальных рук вцепились в ее одежду, ловко и быстро стаскивая с нее все. Валя пыталась визжать и сопротивляться, звать на помощь, но ей плотно зажали рот и болезненные побои посыпались на ее голову. Она сильно испугалась и притихла. Били только по голове. Она вжалась в угол, закрывшись руками. Напрасно было пытаться прикрывать обнаженное тело - оно сияло приманивающей нежной белизной здоровой, молодой кожи. Пухленькие небольшие грудки торчали в стороны, оттопыривая розовые соски-бутоны.. В маленькой ямочке плоского животика сиял небольшой, прозрачный камешек. Темный, узкий треугольник плотно прикрывал маленький лобок. Стройные бедра напоминали амфору.
Кто-то не выдержал открывшейся картины и крупной пятерней схватил Валю за зад. Она ойкнула и повернулась в ту сторону. Но в следующее мгновение на нее полетели все четыре пары рук, ощупывая нежное девичье тело. Одни по очереди тискали груди, другие хватали за задницу и грубо мяли ее. Досталось и животику и плечам. Ее откровенно и грубо лапали за все женские прелести. Чья-то рука проникла между ног и плотно легла на маленькие губки, обхватив их полностью, и начала мять их. Девушка попыталась сжать бедра, но получила увесистый подзатыльник.
Валя заплакала от унижения, обиды и бессилия. Но ее слезы не разжалобили нахалов. От вида ее обнаженного тела они только начали заводиться. Ее могли трахнуть прямо здесь и сейчас, но все решено было делать по плану, постепенно приучая девушку к их присутствию, рукам, воле. Тонко рассчитанный психологический трюк исполнялся блестяще с аккуратной последовательностью.
Ребята расступились, и в руках четвертого парня - Вадима блеснул маленький фотоаппарат. Он щелкнул пару раз, затем тихим, но грозным голосом сказал:
- "А теперь ты у нас побудешь фотомоделью. Встань прямо. Я сказал - встань прямо!", - рявкнул он на испуганную девчонку.
Валя не двигалась. Надеясь на чудо, она не спешила выполнять команды этих нахалов.
- "Мы можем трахнуть тебя прямо здесь и сейчас! Но нам от тебя нужны только фотографии на память! Ну же - выбирай!", - Вадим спокойно примеривал ее в окно фотоаппарата, - "Я не понял! Выбирай: или мы тебя здесь выебем по полной программе, или пару-тройку фото на память. Ну?!"
Валя, зажавшись в угол, не двигалась. Тогда двое парней, медленно, но четко, расстегивая на ходу ширинки, двинулись к ней.
- "Не надо! Я прошу вас - не надо! Я сделаю, что вы просите", - всхлипывая, она приподнялась и встала ровно, печально глядя в объектив.
Вадим сделал пару снимков. Затем посмотрел фотоаппарат и сказал, что заклинило, надо еще сделать. Теперь ее заставили повернуться так, чтобы все части тела: и грудь, и промежность, и зад были видны. Снимки вполоборота получились лучше.
- Ништяк! А ну-ка, расставь ноги! Ноги - я сказал! Вот так, здорово! Теперь повернись жопой! Наклонись! Не понял?! Так может, прекратим эту ерунду, да займемся серьезным делом?", - он вопросительно в упор глянул на Валю.
Та, всхлипывая, немного наклонилась, выставляя к ним свою кругленькую попку, и, смутившись, покраснела.
Сзади послышалось радостное улюлюканье.
- "Ниже! Ниже наклонись! Стой так! Теперь поверни голову ко мне, улыбайся! Вот так!", - он почти профессионально щелкал кадр за кадром, - "повернись боком! Встань коленом на стул, прогнись, а руками возьмись за сиськи! Улыбайся! Так, прекрасно! Залезь на стул, стань на корточки, ляжки разведи, руками сиськи держи, улыбайся веселее! Ништяк! Сядь на стол, раздвинь ноги на столе! Шире! Улыбайся! Отлично! Теперь разведи пизду руками! Шевелись! Что, непонятно?!"
Валя ежилась, не желая выступать в таком виде. Трое ребят в это время сидели на партах и в упор разглядывали Валю. Видя ее замешательство, они встали и молча направились к ней, на пути расстегивая брюки. Девушка испуганно расширила глаза на приближающихся парней и попыталась сбежать, но тут же была поймана и вмиг распластана на столе.. Она в испуге закричала и постаралась вырваться, но не тут то было! Крепко прижатая грудью к столу, она едва ли могла что-либо сделать. Четверо пар сильных рук плотно удерживали ее в таком положении. Чьи-то руки лапали ее киску, больно сжимая грубыми пальцами. Дернуться - не было возможности! Она поняла, что всецело в их руках, и с ней могут сделать, что угодно прямо здесь - в ее родном классе. И помочь будет некому.
Кто-то уже мельтешил сзади, вводя пальцы ей между половых губок. Он пытался просунуть пальцы дальше, но наткнулся на преграду. Поняв в чем дело, он усмехнулся и отнял руку.
- "Пацаны, да она же целка! Во попали! Здорово!"
- "Ништяк! Круче будет! Целочка еще лучше! Может, разыграем, кто первый?!", - услышала Валя страшные для себя слова.
- "Пожалуйста, не надо! Я вас очень прошу - не надо!", - слезы сами потекли из глаз, обильно орошая бледные от испуга щеки.
- "Стой, телка, ты нам кайф ломаешь! В натуре, подержите ее!", - услышала она чей-то голос, но от страха уже не разбирала чей.
- "А может нам ее азерам продать? За целку бабла нехило состричь можно".
Валя повизгивала и плакала от бессилия и страха. В один момент она из одной беды могла попасть в другую - еще хуже! Выбора не было. Точнее, выбор был, но из создавшейся ситуации можно было только выбирать меньшее. И она, не веря даже своим собственным ушам, медленно произнесла онемевшими губами:
- "Я сделаю, как вы хотите!"- задыхающимся голосом произнесла она и обмякла на столе.
Ее отпустили и отошли в сторону. Молчание затянулось.
Девочка приподнялась, сползла со стола и, повернувшись, обреченно посмотрела в глаза своих мучителей. Ее мокрые щеки блестели тонкими дорожками слез. Не сводя с них мокрых, припухших глаз, она подошла к столу и, встав к нему задом, немного приподнялась на носочки и плотно села на край стола. Затем, замешкавшись немного, устроилась удобней, так, чтобы можно было поставить на стол ноги, и, улыбаясь через силу, приняла позу, которую от нее требовали, разведя широко в стороны круглые белые колени, и растянув пальчиками губки.
Нежно-розовая, гладкая промежность открылась перед взором обнаглевших юнцов. Их глаза масляно заблестели, и у всех заметно повысилось настроение. Возгласы она уже не слышала. Ее немного трясло. Было заметно, как дрожали согнутые коленки. Она опустила
