От своей дочери - скромницы такого не ожидал. Понятно, что девочка взрослая, что уже всё можно, что никто ей ничего запретить не в праве. Мог подумать, что с парнем её когда-нибудь дома прихвачу, но вот чтобы с девушкой.
Пришёл домой. Двери открыл, вошёл. Из дочериной комнаты какие-то звуки непонятные. Потихоньку подкрался к двери. Некрасиво, конечно, но интересно же. А ведь всем известно, что любопытство - не порок, а простое хобби. А она там на кровати со своей подругой кувыркается. Обе голенькие, лежат друг на дружке и пиздёнки вылизывают. Стонут от удовольствия. И подружку её хорошо знаю. Они с первого класса дружат. И живём по соседству. Сдал задним ходом, на кухне сел и сижу тихой мышкой, жду, чем всё закончится.
А в штанах столбняк. Насмотрелся на молоденькие попки - письки. Хорошо, что в джинсах. В трико было бы намного неудобнее. А так поставил его на двенадцать часов и сижу, млею. И так хочется пойти к ним и воткнуть хоть одной, хоть другой. А лучше обеим по очереди. Мля, это же дочь! Ладно подруга. А они притихли чего-то, потом захихикали, о чём-то говорят. Разговор всё громче, сюда идут. Ну да, на столе вино, закуска. Расслабились девочки, выпили вот на секс и потянуло. А мужика рядом и нет. Или они лесбиюшки конченные и мужик им как таковой не нужен. Выплывают на кухню, а там нежданчик в виде папочки, который сидит за столом и нагло пьёт их вино.
Опаньки! Две красивых статуи. Молоденькие тела, кожа загорелая, только полосочки от лифчиков и трусиков белеют. Титечки задорно торчат. Тоненькие талии. Да и сами ещё не коровы, а вполне стройненькие девочки. Замерли и молчат. Только краской покрываются. Ага, той самой, цвета кумача, словно праздничные флаги. Внизу животиков волосики аккуратно подбритые. У подружки в виде какой-то бабочки. У дочери в виде бородки мушкетёров. Приветливо махнул рукой
- Не стесняйтесь, девчата, заходите, выпьем немного, за жизнь покалякаем.
Взвизгнув, рванули в комнату. Я следом, крича
- Девчонки, чего испугались? Это же я!
Залетаю следом, а они уже на кровати и покрывалом прикрылись до подбородков.
- Дочь, что за фокусы? Ты кого испугалась? Меня? Я что, голой тебя не видел? Ладно Наташка. Хотя не могу ничего плохого сказать: фигурка у тебя, Ната, отличная. Так что не стоит такой стесняться. такой фигурой гордиться надо.
Несу всякую околесицу. Надо же девочек из ступора выводить. А ничего иного, кроме спокойно гоолоса я им предложить не мог. Так болтая ни о чём подошёл к кровати, сел на край. Девчата поджали ноги, будто испугавшись, что укушу.
- Да расслабьтесь вы, чего испугались. Подумаешь, голышом выскочили. Так тепло же дома, не замёрзнете, поди. Да что вы, как маленькие. Чего засмущались. Ну-ка расслабьтесь, улыбнитесь. Успокойтесь и приходите на кухню, выпьем, замнём небольшое недоразумение. Всё, всё, я пошёл и жду вас.
А у самого аж ломит всё. С каким наслаждением засадил бы им обеим по очереди. Чую, что перестоит и потом муки принимать в виде болезненных ощущений внизу живота. А если срочно не спущу, то потом долго не смогу кончить, даже если будет не две, а двенадцать девушек. Хоть звони куда и заказывай на дом шлюшку. Двенадцать-то я слегка загнул. А этих двух продрал бы знатно. Мля, о чём это я опять? Дочь же. А у самого в глазах дочерина раскрытая пиздёнка и Наташкин палец в ней. И Наташкин же язык по клитору. И Наташкина же выставленная задница с раскрытой пиздой, с коричневатым колечком ануса, которое то сжимается, собирая вокруг себя кожу в морщинки типа гусиных лапок, то расслабляется. Нет, в зад, наверное, ей не вставишь. Хотя кто знает. Может она и не раз туда кому давала. Кто их современных поймёт. О, выплывают расписные. Щёчки всё ещё красные, но одеться успели. Идут и не знают, что я видел, кроме их голеньких тел. А я наглопью вино, ем. Приглашаю девчат
- Чего встали? Проходите, садитесь. Сейчас поедим. Пить будете?
Обе затрясли головёнками, соглашаясь. Хоть вином залить неудобную ситуацию. А я бутылку в руках покрутил, поставил назад на стол.
- Доча, чего этот квас пить. Принеси из бара коньяк.
Дочь пошла в комнату за коньяком
- А ты чего стоишь, сиротка?
- А чё делать, дядь Коль?
- А из холодильника лимон достань и нарежь. Не огурцами же коньяк закусывать.
Наташка занялась лимоном, дочь принесла коньяк. Сели обе на краешках стульев, как двоечники в учительской. Ничего, сейчас расслабитесь. Налил в рюмки коньяк. Конечно по столько не наливают, да у меня в башке подлая мыслишка вертится споить их и выебать. Выпили, осмелели немного. Коньяк в голову хорошо шибает. Молча жуём. Дочь прервала молчание
- Па, а ты давно пришёл?
- Доня, ты же видишь, что я даже не переоделся - Ещё бы я домашнюю свободную одежду надел, тут бы всем всё ясно и стало И так не встаю. - Пришёл, увидел на столе угощение. Почему-то подумал сразу, ч то вы с Наткой расслабились и уснули. Не стал мешать. Раз оставили папе, то и угоститься не грех. А тут вы, как почуяли, что я ваше вино пью.
Они вновь зарделись, переглядываются. Я продолжаю
- Конечно, честно говоря, чуть не подавился. Очень уж вы эффектно появились. Вроде Афродиты из пены морской. Только вы не из моря, а из спальни. Но ничем не хуже её. Даже лучше. Красивые вы, девчата. Заранее завидую вашим будущим мужьям. Он такой приходит с работы, жрать просит, а ты из спальни в таком виде. Сразу аппетит пропадёт.
Наташка спрашивает
- А почему аппетит пропадёт?
- Если он настоящий мужик, то сразу в охапку и на кровать. И пока не уласкает в усмерть, никакого ужина.
Они захихикали, видимо представляя это действо.
- А если он голодный?
- А тогда пусть идёт к маме. Она сыночка всегда накормит.
- Дядь Коль, а вы свою жену всегда в кровать тащили?
И обе уставились на меня, ожидая реакции. Я тяжко вздохнул.
- Нет, девочка, не всегда. - Наташка торжествуя взглянула на дочь, типа: а я что говорила? - Иногда у неё и критические дни бывали, как в телевизоре говорят в рекламе. Тогда уж приходилось страсть едой лечить.
Они захихикали. Всё, расслабились девочки, оттаяли. А что голыми перед дядькой показались, так что из этого. Бывает.
- А вы, девочки, чего так меня застеснялись, убежали, не дали полюбоваться?
- Так неудобно же. Тут ты, па, а тут мы голые. Мы с Наташкой ....м-мм...спали. Жарко. А что ты уже пришёл и не подумали.
-Ну и что? Представили бы, что на нудистском пляже. Были же там?
- Ага, дядь Коль, там все голые.
- А тут что? Не все?
- А вы?
- Хэх, Наташка, так вы бы предупредили, я бы успел раздеться. А так я разделся, а вы одетые выходите. И как бы я смотрелся?
Рассмеялись. Ну всё, отпустило совсем. И всё же, милые вы мои, выебу я сегодня кого-то. Ох и выебу! Налили ещё. Девочки совсем расслабились. Болтаем. Наташка всё успокоиться не может
- Дядь Коль, что спросить хочу. А вот если бы мы с Надей, к примеру, разделись и вам предложили. Вы бы что сделали?
- Хм. Вопрос. А что бы я сделал? А я бы с удовольствием разделся только чтобы вновь полюбоваться на вас, рядом побыть. Только вот ничего из этого не выйдет
- Это почему? - Наташка аж подпрыгнула на стуле - Застеснялись бы?
- Да что мне стесняться. Тело у меня совсем даже и не позорное. Нормальное. Только вот вы ведь не разденетесь. Так что это пустой трёп.
Наташка точно захорошела. Или просто чего-то хочет. Девушка созревшая, не удивлюсь, если она давно уже полноценной половой жизнью живёт. А тут под коньячок взрослого мужика попробовать. Только вот решится ли, не застесняется дочери?
- А чего это не разденемся? Разденемся. Надь, разденемся?
- Наташка, ты дура пьяная .
- А чё дура сразу.
- Пошли в туалет сходим. Я в туалет хочу.
- Ну иди.
- Пошли, пошли.
Дочь подхватила подружку под руку и потащила за собой. Глупенькая, у нас же звукоизоляция ещё та. Пердануть лишний раз в туалете боишься. А она там вздумала на повышенных тонах разборки устраивать
- Ты что, дура пьяная?
- А что я?
- Ты как себе это представляешь? Мы просто раздеваемся, что ли? И отец тоже? А как ты потом смотреть на него будешь?
- Нормально смотреть буду. Он же сказал, что мы красивые. И чего тогда стесняться?
- Ладно, ты разденешься. А я?
- И ты.
- Ты что, дура? Как ты это представляешь?
- Молча. Что он, не видел тебя ни разу. Да мы вот только что перед ним голышом стояли, как две дуры. А так пусть смотрит.
- натка, ты точно
