Игорь проснулся глубокой ночью. Какое-то время он лежал неподвижно, не понимая, что его разбудило — в туалет ему пока еще не хотелось. Потом вдруг понял — Кристина, лежащая к нему спиной, мелко подрагивала. Он решительно развернулся.
— Ты что? — в серьезном волнении спросил он.
— Нет ничего, — поспешно ответила она. — Все нормально.
По голосу понял — плачет.
— Так не пойдет, — решительно произнес Игорь, стараясь повернуть ее к себе. — Рассказывай давай, отчего плачешь?
Какое-то время она по-детски сопротивлялась, не желая ни разворачиваться к нему, ни показывать ему свое лица. Но потом сдалась.
— Ну, что случилось? — более мягко, но все равно встревожено спросил он. — Я же рядом. Я — помогу.
Какое-то время она лежала совершенно неподвижно.
— Вдруг подумалось, что жить осталось всего-то ничего, — тихо проговорила Кристина, глядя в потолок отсутствующим взглядом. — И так жалко вдруг стало! Жалко вот все это потерять! Навсегда.
Маленькая испуганная девочка, расстроенно подумал Игорь, в сердцах прижимая ее к себе.
— Это жизнь, — сказал он, нежно поглаживая ее и чувствуя, как слезы с ее щек перетекают на его щеку. — Мы здесь ничего поделать не можем.
— Все равно ведь жалко, — всхлипнула она.
— Согласен, — произнес Игорь. — Вот именно поэтому надо стараться жить широко и ярко. А не тратить время на разные грустные мысли. Времени у нас и так мало — зачем его распылять вхолостую? Давай лучше думать о хорошем. Вместе. И завтра придумаем себе какой-нибудь светлый праздник. Давай?
Игорь отодвинулся и посмотрел в ее мокрое лицо — полная Луна и свет от реклам магазинчика напротив достаточно хорошо освещали квартиру.
Она всхлипнула. Потом протерла глаза пододеяльником. Потом посмотрела на Игоря.
— Давай, — кивнула она, слабо улыбнувшись.
Они еще какое-то время шептались, успокаиваясь, и вскоре Кристина уснула. Игорь еще немного поворочался, переживая, но уснул и он.
В следующий раз Игорь проснулся около пяти. Открыл глаза. Он лежал на левом боку. Рядом — Кристина — на правом. К нему лицом. Ровно дышала. А он все смотрел на нее и никак не мог оторваться. Какая она все-таки красивая! Они, дебилы, в школе совсем этого не замечали. Дураки!
Вдруг ресницы ее дрогнули. Игорь тут же напрягся. Ее ресницы дрогнули еще раз. И еще. Наконец она открыла глаза. Какое-то время сонно смотрела прямо перед собой. Потом, разглядев Игоря, вопросительно приподняла ресницы — что, мол?
— Все нормально, спи, — торопливо прошептал он, переживая, что невольно разбудил ее своим взглядом, и она снова закрыла глаза.
2.
Игорь проснулся около семи утра. Он лежал уткнувшись лицом в подушку. Первым делом Игорь протянул руку и нашел рядом с собой Кристину. Она лежала к нему спиной, теплая и по-домашнему уютная. Положил руку ей на талию, расслабляясь. Неторопливо погладил, как бы снова восстанавливая свои права на эту женщину, на это шикарное тело.
Успокоившись, повел руку вниз, погладил ее бедро, потом — ягодицы, потом — впадинку между ними, а потом, следую по впадинке дальше вниз, добрался до ее влагалища. Хотел было сунуть внутрь палец, но там было все сухо и Игорь передумал. Нашел также сухой и вялый клитор. Принялся неторопливо его поглаживать.
— Если хочешь, можешь меня выебать, — услышал он сонный голос.
Игорь упрашивать себя не стал. Он тут же приподнялся на кровати, побрызгал возбуждающим гелем на член. Потом пристроился сзади к Кристине — она по прежнему лежала на боку. Подвигал рукой своим членом вдоль ее ягодиц. Дождался, когда член окрепнет. Заодно нащупал анус.
Замер на нем. Надавил, вдавливая головку в Кристинe. Когда почувствовал, что головка вошла внутрь женщины, Игорь замер, слегка меняя свою позу, чтобы было более удобно. Принялся медленно ебать, взяв ее левой рукой за грудь. Но ебал не сильно. Кристина лежала совершенно неподвижно. И не стонала.
И Игорь еб ее потихоньку, почему-то представляя себе, что она должна ему двадцать сексов за сегодня, и у него впереди будут еще девятнадцать, и она безропотно отдастся ему еще столько раз, сколько он физически сможет. И от этих фантазий Игорь бурно кончил, мелко подрагивая, но сдерживая стоны, чтобы не побеспокоить Кристину.
Наконец он счастливо замер, оставив член в ее попке.
— Ну все, выебал, спи теперь, — пробормотала сонная Кристина и Игорь, успокоенный, уснул.
Когда он проснулся во второй раз, было уже около девяти. Член его давно выпал из Кристины, и она лежала на животе. Не удержавшись, он положил руку на ее спинку. Погладил, возбуждаясь. Потом погладил ее крепкие ягодицы.
Потом — ее ноги, каждую по отдельности. Потом — все, что находится между ее ног. Потом, когда член его достаточно окреп, он снова смазал его гелем, на этот раз — обезболивающим, потом под одеялом повиснул над ней на левой руке, правой выискивая ее анус. Нашел. Ввел член внутрь. Она даже не вздрогнула и ничего не сказала. Игорь снова тихо ее еб, наслаждаясь этой доступностью и безнаказанностью. И снова кончил, в резком порыве схватив ее за бедра и с силой вдавливая себя в задницу своей бывшей учительницы.
Потом, успокаиваясь, затих, устраиваясь сбоку (член по-прежнему оставался внутри нее) и уткнувшись лбом между ее лопаток. Кристина лежала абсолютно неподвижно. Но вдруг ее левая рука взяла его за задницу и прижала к себе — и его член полностью вошел в ее попу.
— Сколько время? — через несколько минут прошептала она, по-прежнему прижимая его к себе, и слегка двигаясь попкой по его члену.
Игорь посмотрел на часы.
— Восемь тридцать, — ответил он.
— Будешь вставать или еще полежишь? — сонно спросила она.
— Я — в ванную, — сказал Игорь. — Я уже проснулся.
— А я еще немного полежу, — прошептала Кристина, убирая свою руку и аккуратно снимаясь с его члена.
Игорь выбрался из под одеяла. Встал. Глядя на обнаженную Кристину, дал себе слово, что после того, как он умоется, он обязательно выебет ее еще раз. После такого обязательства ему стало легко и приятно на душе, и он совершенно спокойно умывался и чистил зубы, твердо уверенный в своем будущем, в том, что когда он выйдет, он снова овладеет этой замечательной женщиной, и ни что ему не сможет помешать.
* * *
Но когда он вышел из ванной, Кристина в зале на туристическом коврике делала зарядку (или растяжку). На ней было обтягивающее светлое трико и короткий топик.
— Зачем? — удивился он, стоя в дверях и с удовольствием наблюдая, как соблазнительно гнется ее тело, как выпячивается попка, как раздвигаются ноги.
— Ебаться гораздо удобнее и приятнее, когда тело у тебя достаточно гибкое, — честно пояснила она, опускаясь на шпагат и замирая.
Потом сменила позу. На еще более соблазнительную.
Какое-то время он смотрел на то, как она, стоя на коленках, вытянула руки на коврике вперед, сильно выпятив верх свои ягодицы. Вздохнул, понимая, что глупо сейчас хватать ее за бедра и вводить член.
— Будешь яичницу с гренками? — поинтересовался он, подумав, что мне бы тоже не помешало чем-нибудь заняться. А то она старается, а я все на диване валяюсь.
— Буду, — сосредоточенно кивнула Кристина, переворачиваясь на бок и двумя руками старательно оттягивая свои ноги.
Поняв, что наблюдать, как она гнется он может бесконечно долго, Игорь решительно скрылся на кухне. Вынул из холодильника шесть яиц. На всякий случай помыл их с мылом — чтобы при разбивании зараза со скорлупы не попала внутрь. Потом снял с крючка сковородку. Поставил ее на плиту. Включил.
Подлил оливкового масла. Достал из холодильника пакет с хлебом — так он дольше сохраняется. Вынул четыре нарезанных кусочка. Разбил яйца в широкую глубокую тарелку. Посолил. Потом, с помощью вилки, тщательно перемешал белок и желток. Потом старательно, с двух сторон, вымачивал хлеб, надавливая на него вилкой, чтобы он впитал в себя больше яиц. Потом выкладывал хлеб на сковородку, отворачивая лицо от шипящих брызг. А потом, когда сковорода была заполнена гренками, он вылил туда же остатки яиц. И, стоя рядом, просто контролировал процесс, чтобы ничего не подгорело.
Надо побольше ебаться, чтобы потом было что вспомнить, — думал он, наблюдая за сковородой. — Весь день, постоянно. Почти без отдыха. Хотя бы каждый час. Хоть через силу, — твердо решил Игорь. — Так как с воскресенья я ею больше никогда не овладею. Причем, совсем-совсем никогда в своей жизни!
— Все готово! — наконец крикнул
